Толпёшка генералов на десяток секунд замерла, наморщив лбы, после чего откуда-то из середины послышался изумлённый голос:
– Так это что, в обороне полноштатный взвод может целых две роты положить?
После чего генералы возбуждённо загомонили…
Николай подошёл к бывшему майору и, усмехнувшись, хлопнул его по плечу.
– Вот за что я тебя уважаю, Данька, так это за то, как ты умеешь людям ежа в штаны запустить…
Свадьба цесаревича прошла просто шикарно. И стала самым громким событием года во всей Европе. Да-да – благодаря телеграфу и железным дорогам на свадьбу в Москву успел съехаться весь высший бомонд континента. Прусский король с супругой, как родственники жениха, прибыли лично. От австрийцев прибыл юный наследник, которого звали Франц-Йозеф. Как понял бывший майор, это был будущий император Австро-Венгрии, которого он знал под именем Франца-Иосифа I и который за время своего правления не только коренным образом изменил политику своего государства, уже полтора века – со времён ещё Петра I и Елизаветы Петровны ориентирующегося на союз с Российской империей, но и много сделал для того, чтобы Пруссия, а потом и образованная на её основе Германская империя так же стали врагом России… Но пока это был тонкий-звонкий миловидный юноша, глядящий на всё вокруг восторженными глазами. Ну да – российские города за двадцать лет, прошедших с момента начала правления Николая, изрядно изменились. А уж обе столицы изменились куда более остальных… Несколько линий конки, уличное освещение – газовый завод по производству светильного газа в Петербурге действовал ещё с начала сороковых, а в Москве его запустили буквально за месяц до свадьбы, – мосты, булыжные и кое-где уже даже асфальтовые мостовые[55], ухоженные бульвары, увеселительные и прогулочные парки… И – нет, Данька не имел ко всему этому почти никакого отношения. Ну, за исключением обустройства питерской конки и помощи в обустройстве московской. Причём не личной, а своими инженерами и мастерами… Всё остальное сделали местные шестигласные думы. Вот странно – почему в прошлом бывший майор о них никогда не слышал, несмотря на всю свою увлечённость историей? Впрочем, именно вопросами городского самоуправления он никогда не интересовался.
От французов прибыл брат покойного Фердинанда Филиппа – Луи Шарль Филипп. Слюни в сторону Евы Авроры он, как и ранее его брат, тоже пускал, но тщательно это скрывал. От англичан – двоюродный брат королевы Виктории – Георг Уильям Фредерик Чарльз, герцог Кембриджский с немалой свитой. Кроме того, из монарших особ прибыли также король Греции Оттон I и отпрыск наполеоновского маршала Бернадота, ставшего королём Швеции, у которого, согласно ходящих в будущем баек, на груди была наколка «Смерть королям», которую сын почтенного беарнского адвоката Жан Батист Жюль Бернадот сделал в бурные годы Великой французской революции – Оскар I с супругой. А также извечный соперник шведского королевского дома – король Дании Кристиан VIII. Для бывшего майора Дания и Швеция всегда были маленькими уютными и ухоженными европейскими государствами, и лишь в этом времени он узнал, что эти две страны несколько столетий свирепо дрались друг с другом за территории и гегемонию в Скандинавии. Жёстко. Кроваво. С предательством и резнёй невинных. И было таких войн почти два десятка. Причём последняя случилась не так и давно – тридцать с небольшим лет назад… Кроме того, в Москву на торжества приехала парочка монархов экзотических, в понимании бывшего майора, стран – король Сардинского королевства Карл Альберт и суверен Королевства обеих Сицилий – Фердинанд II. В будущем оба эти названия являлись всего лишь наименованиями островов в составе Италии… Нет, было много и других – толпа всяких немцев, от баварцев с саксонцами и до вюртембержцев с баденцами, а также всякие там савойцы с бургундцами и люксембуржцами, но Данька их как отдельные государства не очень воспринимал.
Столь массовое присутствие царственных особ, затмившее любые другие подобные мероприятия, включая и свадьбу королевы Великобритании Виктории, скорее всего было вызвано жарким желанием всех этих особ посмотреть на всякие чудеса, первое место из которых, естественно, занимали железные дороги. Нигде в мире пока нельзя было, сев в вагон, выйти из него спустя три с небольшим дня на расстоянии двух тысяч вёрст от места посадки. Что по нынешним меркам было невероятно быстро. В карете подобное путешествие без смены лошадей заняло бы не меньше пары месяцев, а верхами и со сменной лошадью – в лучшем случае месяц с небольшим. Ну, если здоровья хватит… А какие виды открывались из стремительно мчащегося вагона! Причём любоваться ими можно было на мягком диване, под уютный перестук колёс и балуясь чаем с плюшками или попивая шампанское и закусывая голубикой, собранной на болотах в окрестностях Питера. И ведь это были ещё не все русские чудеса, пусть уже ставшие не эксклюзивно-российскими, но массово пока по-прежнему имеющиеся только в России! Всё это вызывало жгучий интерес к стране у большого числа людей во всех слоях общества множества европейских стран. Но если простому человеку… да даже и родовитому аристократу достаточно было купить билет и спокойно отправиться пялиться на все эти чудеса, которые с восторгом расписывали журналисты и путешественники, то царственным особам так проявлять свой интерес к чудесам другого государства было как-то не совсем comme il faut. Но такой важный повод, как свадьба наследника крупнейшей континентальной империи, снимал любые возможные вопросы.
55
В нашей истории в России первый асфальт уложили в 1836 году, в Петербурге, в переулке у Исаакиевского собора со стороны Синего моста… В этой реальности Даниил асфальтом не занимался, но нефтеперегонный завод в устье Мги у Даниила появился ещё в конце 1810-х, а асфальт, как известно, изготавливается из отходов нефтеперегонки. Так что «лишний» битум поблизости от Питера тут точно появился намного раньше. И последствия его появления так же должны проявиться и распространиться раньше.