— Ну как там они? — Кас отвлекся от каких-то вычислений.
— Спят, — отчитался Грег и плюхнулся в соседнее кресло. — Что у тебя?
— Да вот, все пытаюсь расщелкать твою защиту.
— У тебя ошибка вот тут, — смуглый палец указал на место в расчетах.
— Интересный ход, не ткни ты меня носом в ошибку, ни за что сам бы не додумался.
— Не ты один, — согласно кивнул некромант, — это семейные наработки, а поскольку мы теперь не чужие, нет необходимости делать из этого тайну.
— Грег, а как ты относишься к тому, что мы женаты на одной и той же женщине? — ри Кавиньи резко сменил тему разговора.
— Я предпочел бы ни с кем ее не делить, но раз уж все сложилось так, а не иначе… В общем, лучше уж ты, чем кто-нибудь другой, — последовал честный ответ. — А ты похоже чем-то встревожен?
— Я никак не могу выбросить из головы события последнего месяца, — решился на откровенность рыжий. — Ты обратил внимание как складно все получается, просто один к одному, — Кастерс отбросил расчеты и сердито намотал кончик косы на палец. — Миранда прекрасно ладит с Аолой. Я уезжаю. Ты воруешь моих женщин, — он вскочил и зашагал по комнате. — Потом я возвращаюсь вместе с твоей теткой. На Аолу совершают покушение, и мы вынуждены консумировать брак.
— О, твоя знаменитая паранойя проснулась. Только сначала ты уехал, а потом уже женился.
— Но ведь это подозрительно, признай? Девушка хотела получить свободу, а вместо этого у нее два мужа. При этом она на удивление спокойна. А ее слова? Ты слышал термины, которыми Аола оперирует, обратил внимание на ее поведение в постели? — Кас остановился, требовательно глядя на Грегори.
— Я все слышал, Кас, только не понимаю кого ты подозреваешь? Просветленных сестер или Аолу? Думаешь тетка сама отравила любимую воспитанницу, чтобы сделать нас ее якорями?
— Я этого не говорил, — Кас снова забегал из угла в угол.
— Но подумал, — Грег расслабленно откинулся на спинку кресла. — Вот что я тебе скажу, мой рыжий друг. Не считай себя самым прозорливым. Я не хуже тебя вижу насколько необычна наша жена. Только ты считаешь, что это вселенский заговор против тебя любимого, а для меня Аола — благословение Пресветлой.
— И что ты предлагаешь?
— Живи и радуйся! Если не можешь, оставь нас в покое, замок большой, места много. А то еще могу выпустить тебя из Морено касла.
— Я подумаю.
— Хорошо, но приставать к Аоле с вопросами ты не будешь. Захочет, сама все расскажет, — Грег поднялся, показывая, что разговор закончен. — И не вздумай расстраивать девочек.
Спустя час Кастерс вошел в кабинет Грегори.
— Уезжаешь, — глядя на Каса в дорожном костюме констатировал некромант, — А с женой и племянницей попрощаться не хочешь?
— Я думаю, что будет лучше, если ты им все объяснишь.
— Все? — смоляная бровь удивленно поднялась.
— Грег, пойми всем будет легче, если я уеду. Аола будет в твоем безраздельном, — Кас поморщился, но закончил, — пользовании, Миранда стабильна только с вами рядом, а я смогу вплотную заняться расследованием.
— Как все удачно складывается. Да, рыжий?
— Оставь ты свой сарказм, — отмахнулся ри Кавиньи. — Меньше чем через две недели проведешь обряд, и приезжайте в столицу. Я буду ждать вас в Кастерс-холле. Тебе пора кончать со своим затворничеством да и Аолу ко двору представить не мешает.
— В самом деле? — брюнет хмыкнул. — А я-то думал, что его величество со свитой находится в своей летней резиденции. Что ты задумал?
— Ничего плохого, клянусь, — Кас устало опустился в кресло. — Возможно я сам навещу вас раньше, тем более, что разобраться с защитой Морено касла ты мне помог, — он поднял на друга больные глаза. — Мне надо уехать, Грег.
— Хорошо! Идем, я провожу тебя до границ поместья.
В молчании мужчины дошли до конюшни, и дальнейший путь проделали уже верхом.
— Ну бывай родственник, — Кастерс вскинул руку в прощальном жесте и направил Росса прямо на защитный купол, проход в котором успел открыть Грегори. Лошадиные копыта сменили раскисшую грязь Морено касла на точно такую же, только принадлежащую его величеству. Поместье осталось позади. — Скоро увидимся! Жду вас в Ридаане[4], а если сильно заскучаю сам к вам приеду.
Проводив взглядом удаляющийся рыжий круп, некромант взмахом руки восстановил защиту. «Извини, Кас, но самостоятельно защиту ты не преодолеешь. Ни к чему это», — он поворотил своего вороного, пора было домой, девочки наверное уже проснулись.
— Мэтр! — на ступенях главного дома приплясывала некромашка. — Аола, он здесь! Он нашелся! А где дядя?
— Кастерс уехал, малышка, — Грег отвечал Миранде, но при этом не сводил глаз с жены, торопливо спускающейся ему навстречу.
— Как уехал? Зачем? Что-то случилось?
— Теперь я понимаю почему вы так быстро поладили с племянницей, он рассмеялся, подхватил жену на руки и закружил. — Вы совсем одинаковые! И вопросы из вас сыпятся, как сухой горох из дырявого мешка, — чмокнул супругу в нос. — Ничего страшного не произошло, не волнуйся. Просто мы подумали, что настало время заняться расследованием вплотную, а у Каса большой опыт. Он…
Чем больше он говорил, тем быстрее сбегала радость с ее лица, словно акварельная краска с листа бумаги, если плеснуть на нее водой. Сейчас Аола напоминала незаслуженно обиженного ребенка, столько удивленного непонимания плескалось в ее глазах. Она покачала головой, погладила мужа по руке, сморгнула слезы и постаралась улыбнуться.
— Я понимаю, Грегори. У мужчин всегда дела, — улыбнулась уже по увереннее. — А какие у нас планы на вечер?
— Ну что ты спрашиваешь? — некромашка ухватила тетку за руку. — Мы будем играть в куклы.
Глава сорок первая, в которой героиня ищет утешения
Ночь медленно опускалась на Морено касл. Она не спешила. Сначала разогнала тяжелые тучи и позволила багровому солнцу пообещать ветреный день знающим людям, потом добавила фиолетовых чернил в ту краску, которой сумерки превращают обычный мир в зыбкую сказку, а там уж настала пора зажигать звезды и подгонять толстушку луну, которая нехотя вышла на небосклон. Осталось только напомнить ночным цветам, что пора просыпаться, и можно со спокойной душой слушать соловьев, поджидая подружку Дрему.
Иришка допела колыбельную, поглядела на спящую некромашку.
— Завтра на речку пойдем? — спросила шепотом, чтобы понять спит рыжая егоза или только дурачится. Детка молчала, чему-то улыбаясь во сне. — Спокойной ночи, девочка любимая! — поцеловала и отошла к окну, прислонилась лбом к прохладному стеклу.
Весь вечер она, не позволяя себе думать о Касе, играла в куклы, рассказывала сказки, ухаживала за Грегори во время ужина, потому что боялась расплакаться, а сейчас слезы покатились по лицу. «Вот чего ты разрыдалась, дура? Можно подумать тебя первую муж бросил, тем более, что еще один имеется. Этот не бросит, самом крайнем случае выгонит!» — тут же стало совестно перед Грегом, который все время глаз с нее не сводил. Аола даже обернулась, чтобы убедиться, что в комнате кроме нее и Миранды никого нет. «И вообще хватит уже рыдать, с самого начала было понятно, что Кастерс козел! Так что вытри сопли, собери попу в горсть и улыбайся». Приоткрыв створку выскользнула на балкон. Там на столике некромашка оставила зеленую расписанную анютиными глазками леечку, чтобы поливать махровые настурции, растущие в каменных вазонах. Быстро умылась и уже собралась идти назад, как услышала свое имя.
— Аола, птичка моя! — в тихом бархатном голосе мужа было столько нежности. — Я знаю, что ты меня слышишь, — она заулыбалась, враз выбросив мысли о рыжем из головы. — Выходи, красавица, я жду!
Не переставая улыбаться, послушно выглянула с балкона, перегнувшись через балюстраду. На черном зеркале воды в небольшой лодке, стоял Грег. Сейчас он нисколько не походил на знатного вельможу. Перед ней был искатель приключений, пират, один из тех, книгами о которых Иришка зачитывалась в детстве. Белая рубаха, распахнутая на груди, облегала широкие плечи. Алый кушак перетягивал тонкую талию. Длинные ноги, обутые в высокие ботфорты, широко расставлены. В свете фонаря, стоявшего на корме он казался просто ожившей девичьей грезой.