Я с трудом вдыхала терпкий запах чеснока, исходящий от заказанного мной сувлаки[17], и едва противилась соблазну дыхнуть в сторону Куинна. Не потому что чеснок и вампиры — несовместимые понятия, а потому что это окончательно испортило бы мне и без того плохое настроение.
Которое частично было испорчено нашей непосредственной близостью к клубу. В воздухе явственно ощущалось тонкое переплетение ароматов похоти, секса и мускуса, от которых мои гормоны пришли в взволнованное состояние. Но учитывая предстоящую встречу, возбужденные гормоны были как нельзя кстати. Миша знает о том, как сильно я хочу ребенка, и о том, что мне для этого представился мизерный шанс. Он ощущает это на инстинктивном уровне, как только могут ощущать вервольфы. Миша рассчитывает, что я буду сексуально-агрессивной — просто потому, что все волчицы становились такими, когда приходила пора обзаводиться потомством. И неважно, что мы не родственные души — он все равно будет ожидать от меня подобного поведения, потому что знает — это, быть может, мой единственный шанс.
А еще ему хорошо известно, что я не стану ни во что влезать без предварительных вопросов. Он ожидает расспросов, впрочем, как и ответов на свои вопросы. А это уже было другой составляющей моего плохого настроения. Я не была всецело уверенна, что доросла до подобного рода игр с чуваком, который собирался вовсю попользоваться мной для собственной выгоды.
Появился Роан. Он не спеша шел вверх по улице, на его губах играла довольная улыбка.
— Проверка «Голубой Луны» прошла на «ура»? — съязвила я, когда он уселся на стул за нашим столом.
— Ага, — усмехнулся он. — Там был Лиандер.
— И в оплачиваемые Управлением часы ты совокуплялся, а не работал? — Я покачала головой в притворном осуждении. — Нет, правда, братишка, где же твои моральные принципы и устои?
— В яйцах, — где у большинства мужчин хранится нравственность. Ты думаешь доедать это сувлаки?
Я отдала ему свой сувлаки и обхватила кружку кофе, грея пальцы о ее поверхность.
— И так, что же происходит?
— Несколько наших людей заняли позиции на обоих выходах. В твоей одежде спрятаны «маячок» и передающее устройство, которое будет транслировать ваш разговор. Миша находится в клубе, «хвоста» за ним не замечено.
Я подняла брови.
— И он тебя не заметил?
— Мы с Лиандером можем быть весьма осторожны, когда того хотим. К тому же, Миша нажаривал какую-то миниатюрную блондинку.
Прелестно. Я бросила взгляд на часы и увидела, что время без четверти три. Проглотив свой кофе, я поднялась.
— Пора.
Никто из мужчин не шелохнулся. Они будут ждать здесь — наблюдать за главным входом и сканировать помещение при помощи инфракрасного зрения. Взгляд Куинна встретился с моим.
— Будь осторожна. — Все, что он сказал.
Кивнув, я чмокнула брата в щеку, перекинула сумку через плечо и направилась в клуб.
Парадные двери открылись так быстро, что послышался свист рассекаемого воздуха. В дверном проеме обрисовалась гороподобная фигура ухмыляющегося Джимми — получеловека-полульва, работающего здесь вышибалой.
— Здорово, Райли, — сказал он и так крепко стиснул меня своими здоровенными ручищами, что на какой-то миг я утратила способность дышать. — Давненько тебя не было здесь. Мы уже начали переживать, как бы с тобой чего не случилось.
Случилось. И все же, как приятно знать, что по тебе скучают. Я притянула его к себе и чмокнула в щетинистую щеку:
— Я тоже рада видеть тебя.
Он ухмыльнулся еще шире, при этом обнажились два сияющих белизной зуба. Его собственные зубы были выбиты в потасовке пару месяцев назад в этом клубе, и, по-видимому, за время моего отсутствия, он вставил новые.
— Сегодня аншлаг, — сказал он, открывая двери, как только я заплатила за вход и взяла ключ от шкафчика. — А, да… Миша здесь, если тебе интересно.
— Миша? — в притворном удивлении переспросила я.
Пусть я доверяла Джимми, но я не знала билетера и охранника на второй двери, и не рискнула бы поспорить, что один из них не Мишин соглядатай. — Как правило, по субботам он в «Рокере».