– Отлично! – воскликнула Кора. – И я не хочу с вами разговаривать. Уходите!
Рудольф не двинулся с места, хотя и подумал, что, возможно, это было бы разумнее всего. Возможно, психиатрическая клиника – это сущий кошмар, но профессор Бурте – опытный эксперт. Он выяснит, почему погиб Георг Франкенберг. И наверняка узнает, была ли Кора Бендер знакома с ним, когда и при каких обстоятельствах они встретились, принимала ли она в ту пору героин или это произошло значительно позже. То, что он задумал, было глупо. Это не будет иметь доказательной силы в суде. Не поможет установить связь с Георгом Франкенбергом. А для того, чтобы убедиться, не провела ли ее тетка в очередной раз отвлекающий маневр…
Рудольф глубоко вздохнул.
– Я понимаю, что вы очень злы на меня, госпожа Бендер. Понимаю и то, что вы не хотите со мной говорить. Но я пришел не затем, чтобы с вами разговаривать. Я хотел попросить вас об одолжении…
Кора посмотрела на него – вопросительно, удивленно – и по-прежнему с торжествующим блеском в глазах. Рудольф опустил руку во внутренний карман пиджака. Проклятье! Вот он и достал эту штуку. И теперь хотел выяснить правду. Он вынул из кармана пластиковый пакет, подошел к столу и разложил на нем несколько предметов: запакованный шприц, ложку из жаропрочной пластмассы, огарок свечи, жгут для перевязки и маленький пакетик с похожим на пудру содержимым.
Кора пробежала по ним взглядом и поморщилась, демонстрируя отвращение.
– Зачем это все? Вы любите американцев, да? Они неплохо умеют обращаться с газовыми камерами и смертельными инъекциями, экономят государству кучу средств, а мы ведь почти разорены. Что же я должна для вас сделать? Вколоть себе «золотую дозу»[10]?
– В пакетике не так уж много порошка, – отозвался Рудольф.
Она безучастно пожала плечами.
– Так что, это просто для затравки? Очень мило с вашей стороны, но я, пожалуй, откажусь. Видите ли, здесь я получаю достаточно лекарств. Очень интересно, смогу ли я с такой же легкостью отвыкнуть от них, как от этого.
– Неужели вам так легко было отвыкнуть от наркотиков? – Рудольфу почему-то захотелось улыбнуться. Казалось, перед ним – мизерное доказательство того, что ее тетя сказала правду. – Значит, вы – невероятное исключение, – добавил он. – У других это протекает очень тяжело.
– Я проспала ломку, – дерзко отозвалась Кора.
Он кивнул.
– При участии любезного врача, полагаю. Конечно же, у медиков есть возможность облегчить человеку абстинентный синдром. Но судя по тому, что я слышал раньше, они заставляют наркомана пройти через ад, чтобы его вылечить. Что ж, ад бывает разный. Об этом мы поговорим позже…
– Не буду я об этом говорить, – с нажимом произнесла Кора. – Ни сейчас, ни позже.
– Ладно, – сказал Рудольф. – Вы не обязаны говорить на эту тему. И колоть вы это тоже себе не обязаны. Просто покажите мне, что вы умеете с этим обращаться.
Кора негромко, презрительно засмеялась.
– Ах, вот в чем дело! Вы говорили с Маргрет? Что же она вам рассказала? Что я не сумела тогда сделать себе укол? Видите ли, бывают ситуации, когда не знаешь, что делать. Когда боишься, что тебя вышвырнут, потому что ты и так доставляешь массу проблем. А если при этом еще и станет известно, что ты наркоманка… Тут уж приходится крутиться.
Она еще раз негромко хмыкнула.
– А что будет, если я докажу вам, что умею со всем этим обращаться? Тогда вы наконец оставите меня в покое?
Когда Рудольф кивнул, Кора поднялась с кровати и подошла к столу. Подняла правый указательный палец, словно напоминая ребенку о том, что нужно быть внимательным.
– Хорошо, тогда давайте договоримся. Я выполню вашу просьбу. А за это вы оставите в покое не только меня, но и моего отца. И пожмем друг другу руки.
Рудольф протянул ей ладонь и удивился крепкому пожатию крохотных пальчиков. Отпустив ее руку, он дал ей зажигалку.
Кора вздохнула, посмотрела на запечатанный шприц и жгут.
– Но я буду колоть не в руку, – сказала она. – Мне никогда не нравилось это ощущение. Достаточно ведь просто заправить шприц. А поднесу я его к запястью. В сгиб локтя я все равно не попаду. Вы согласны?
Рудольф еще раз кивнул.
– Что ж, тогда дайте мне вспомнить. Это было довольно давно. – Она поднесла пальцы к вискам, а затем решила: – Сначала приклеим к столу свечку. Но если на столешнице останутся следы воска, пеняйте на себя. Это была ваша идея.
– Вам не обязательно приклеивать свечу к столу, госпожа Бендер, – успел произнести Рудольф, когда она поднесла зажигалку к фитилю, перевернула огарок над столом и стала ждать, когда с него натечет воск.