Джеймс приказал Энни оставаться на месте, когда мы с ним поднимались по ступенькам. Я с сомнением посмотрел на обугленное крыльцо и оплавленную обшивку, но когда мы вошли внутрь, оно оказалось в приличном состоянии. Огонь только начал разгораться под карнизом, окрашивая часть потолка в черный цвет. Пока Джеймс пытался открыть окна, я разогнала затянувшийся дым заклинанием силы.
— Надеюсь, Сантана высказал свою точку зрения — сказал Джеймс — и теперь он не против рассчитаться.
— Надеюсь — согласился я, хотя и с гораздо меньшей уверенностью, чем Джеймс. Последнее, что нам было нужно, это еще одна конфронтация с этой бандой. Нам нужно было найти и уничтожить бога нежити.
В гостиной я положил свой чемодан на раскладной диван и выбрал несколько толстых томов. В одном из них я просмотрел лунные циклы за 1902 год и сравнил их с датами в моем блокноте. Конечно же, первое исчезновение произошло за два дня до полнолуния, а второе в само полнолуние.
Смерть Стена, произошедшая месяц спустя, совпала с третьим полнолунием.
Я рассказал об этом Джеймсу, складывая оставшиеся книги на его столе. Он наполнял водой посуду Энни в кухонной раковине.
— Итак, что ты сейчас ищешь? — спросил он.
— Несколько вещей. Во-первых, любая информация, которую я смогу найти об идоле и браслете. Во-вторых, как защитить нас от Хель, если она нападет снова. И, в-третьих, как изгнать её обратно в её царство навсегда.
— Мы можем это сделать? — Джеймс спросил — Я имею в виду, она звучит как довольно важная богиня.
— Она есть и её нет. В мифологии используется одно название для таких богов, как Хель, но на самом деле существует множество вариаций, в зависимости от культа, который им поклоняется. Коллективная вера в бога создает шаблон. Определенные обряды, проводимые с течением времени, превращают богов в отдельных существ.
— И ты говоришь, что есть одна версия Хель, которой нравятся молодые блондинки в полнолуние.
— Точно.
— А как ты все-таки определяешь, которая из них?
— Это будет непросто, учитывая распространенность скандинавской мифологии и верований. Но то, что рассказала нам Миртл, несколько сужает круг поисков. Стен Клаузен был датчанином. Я начну с изучения культов в Дании.
Джеймс прошел мимо меня с миской для воды.
— Если все в порядке, я еще немного поухаживаю за Энни и поработаю над восстановлением защитных полос. Наверное, стоит закопать еще одну партию клейморов.
Я был не в восторге от того, что он будет обращаться со взрывчаткой всего в нескольких футах от меня, но, желая хорошенько сосредоточиться на час-другой, я сказал:
— Хорошая идея — и открыл первую книгу.
— Как дела, профессор?
Я и не подозревал, насколько стемнело, пока Джеймс не включил свет. Удивительно, но электричество в трейлере все еще работало. Я покосился на раскрытые тома, разбросанные по столу, затем заглянула в заметки, которые делала в своем блокноте.
— Не так хорошо, как я надеялась — проворчал я.
— Почему? Что случилось? — Он сел на стул напротив меня. Энни забралась под стол и лизнула один из моих ботинок, прежде чем улечься. То, что питбуль был в хорошем расположении духа, хотя и было приятно, не очень-то смягчило мое разочарование.
— Я прочитал обо всех культовых обрядах Хель в этом регионе, но будь я проклят, если смогу найти что-нибудь о золотом браслете. Идолы, конечно. О них много чего написано, так же как и о человеческих жертвоприношениях и приношениях в полнолуние. Но ничего о браслетах, или даже о блондинках, если уж на то пошло.
— Возможно, культ был тайным — предположил Джеймс.
— Возможно, но это все равно заставляет нас стрелять вслепую.
— Ты ничего не можешь перенять из других практик?
Я сверился со своими заметками, пока Джеймс вставал и направлялся к холодильнику. Он вернулся с парой банок пива, открыл их и поставил передо мной одну из бутылок. Я нарушил свое собственное правило не пить и сделал глоток. Мне нужно было что-то, чтобы снять напряжение с мозга.
— Что ж, в любом случае, уничтожение идола уничтожит и бога — сказал я.
Джеймс кивнул.
— Вот так.
— И защитные круги в разных культах довольно похожи, соль самое распространенное средство.
Джеймс еще раз кивнул в знак поддержки.
— Но хотя некоторые обряды предполагают украшение тех, кого скоро принесут в жертву, драгоценностями — сказал я — в них ничего нет о браслетах. Я даже не нашел ничего похожего на символ, который нарисовала для нас Карла.
— И все же — сказал Джеймс — два из трёх, это неплохо. С браслетом мы разберемся, когда дойдет до этого дело.
— Если дойдет до этого — сказал я. — Послушай, реклама была отличной идеей — я не говорю, что это было не так, — но каковы шансы, что следующая жертва, во-первых, наткнется на рекламу, а во-вторых, действительно поднимет трубку и...?
Из штанов Джеймса доносилась мелодия песни "The Good, the Bad and the Ugly"[2]. Он вытащил телефон из заднего кармана. Посмотрев на номер, он пожал плечами, как бы говоря, что его нет в его контактах, и поднес телефон к уху.
— Алло?
Возможно, это Миртл перезванивала нам с информацией о том, кто купил ранчо Стена на аукционе. Но когда он заговорил снова, его голос стал бархатистым.
— Да, это он — сказал он — можешь описать браслет?
Я медленно встал, сцепив руки, не желая обнадеживаться. В округе Гримстоун, вероятно, было немало женщин, настолько отчаявшихся, что откликнулись на объявление о продаже жилья, которое не имело к ним никакого отношения.
Джеймс щелкнул пальцами и кивнул мне.
— Это она — одними губами произнес он.
10
— А вот и она — сказал Джеймс.
Он поставил джип задним ходом на свободное место напротив входа в закусочную, и я вытянула шею, чтобы лучше видеть. Пожилая пара сидела за столиком рядом с витриной и поглощала свой поздний ужин, в то время как пара дальнобойщиков склонилась над стойкой. Официантка с седеющими волосами снова наполнила их кофе.
— Выглядит немного постаревшей — сказал я.
— Только не она, чувак. Она.
Он поворачивал мою голову, пока я не увидел молодую женщину за столиком в дальнем углу. её светлые волосы рассыпались по плечам розового свитера, когда она пила воду из стакана и оглядывалась по сторонам. Мой взгляд упал на браслет на её левом запястье.
— Ладно, хорошо — сказал я, облегченно вздохнув — Готов Ромео?
Джеймс улыбнулся чуть шире, чем следовало — Я рожден для такой работы. Увидимся в пять?
— Да, я буду за вторым столиком от кабинки. Тот, что поменьше. Просто помни, мне нужно время, так что...
— Продержу её здесь столько, сколько смогу — закончил за меня Джеймс — Я знаю, как это делается, профессор. Смотрите и учитесь.
Он вылез из джипа и с важным видом пересек стоянку. По моему настоянию он снял ковбойскую шляпу и сменил жилет на кожаную куртку. Я нервно наблюдал, как он вошел в закусочную и направился к молодой женщине.
Ее звали Эллисон. Ей было интересно, кто подарил ей браслет, подарок, который кто-то завернул в коричневую бумагу и оставил у нее на крыльце, а когда она услышала рекламу по радио, ей просто пришлось позвонить и узнать. Идея Джеймса сработала. Он спросил, не могли бы они встретиться, чтобы получше узнать друг друга, и Эллисон предложила "Закусочную Полин": "У них потрясающие стейк-бургеры".
При приближении Джеймса она выпрямилась. Он сказал что-то, что заставило её расплыться в очаровательной улыбке. Она встала и обняла его. Джеймс ухмыльнулся мне через плечо и выстрелил из маленького пальцевого пистолета.
— Сосредоточься, чувак — пробормотал я, но, похоже, он начал с самого начала.
Они сели напротив друг друга, и в течение следующих нескольких минут я наблюдал, как она наклонилась вперед, возбужденно разговаривая. Джеймс, со своей стороны, откинулся на спинку кресла, облокотившись на спинку кресла, и то и дело вставлял замечания. Он заверил меня, что сможет убедительно нести чушь, сколько бы времени мне ни понадобилось, чтобы оценить браслет и безопасно снять его с её запястья.
2
The Good, the Bad and the Ugly — инструментальная композиция Эннио Морриконе. Основная музыкальная тема одноимённого кинофильма 1966 года, режиссёра Серджо Леоне.