Под Познанью оставалась группа войск под командованием заместителя командира 8-го гвардейского мехкорпуса В. М. Горелова, которая держала блокаду города до подхода войск Чуйкова и Колпакчи.
Основные силы армии Катуков повел к Одеру. Утром 25 января корпус Дремова переправился через Варту в районе Чапуры. Как только войска были сосредоточены на западном берегу, вперед была брошена бригада Темника. Вечером в этом же месте Варту перешел 11-й гвардейский танковый корпус Бабаджаняна, и его 45-я бригада под командованием полковника Моргунова с ходу вступила в бой с группой генерала Штрека, которую германское командование сколотило из запасных частей, учебных и саперных батальонов[319].
В ближайшие дни армии Катукова предстояло штурмовать Мезеритцкий укрепленный район, а там — на Берлин.
Путь в Померанию
Советские войска подходили к границам Германии. Можно было с уверенностью сказать, что война вступила в завершающую стадию, хотя еще требовала немалых усилий страны, народа, армии и флота.
В феврале 1945 года 1-я гвардейская танковая армия отмечала вторую годовщину со дня своего создания. За это время она прошла с боями тысячи километров, нанесла врагу огромные потери в живой силе и технике. Ею уничтожено и пленено 207 900 немецких солдат и офицеров, уничтожено и захвачено 4438 танков, 3318 орудий, 1857 минометов, 654 самоходных установок и много другой техники[320].
730 дней на фронте, из которых, пожалуй, половина — в непрерывных боях. Завидная доля живучести армейского объединения.
23 февраля 1945 года по армии отдается приказ № 049:
«Товарищи бойцы, сержанты, офицеры и генералы!
Поздравляю вас со второй годовщиной организации и боевых действий нашей 1-й гвардейской танковой армии.
Рожденная в огне Великой Отечественной войны, она участвует в боях с первых дней своего существования и за два года прошла славный боевой путь.
Она совершила тяжелый и длительный марш, невзирая на метель и глубокий снег, на Северо-Западный фронт, победоносно участвовала в жестоких боях на Курской дуге и Правобережье Украины, форсировала такие реки, как Днестр и Прут, Сан и Западный руг, Вислу и Одер, с боями прошла через всю Польшу и сражается на подступах к Берлину…
Однако было бы неправильно думать, что победа достается легко. Впереди еще серьезные бои. От нас требуется полное напряжение сил, еще больше мужества и отваги, чтобы навсегда покончить с ненавистным врагом, добить врага в его собственной берлоге…
Мы обязаны ознаменовать вторую годовщину нашего существования и боевых действий еще более высокими героическими подвигами, новыми боевыми успехами на фронте борьбы с немецко-фашистскими захватчиками. Мы должны водрузить знамя нашей победы над Берлином.
Но до такой торжественной минуты, как празднование второй годовщины, армии еще предстояло изрядно повоевать — разгромить Мезеритцкий укрепленный район противника. Разведка установила: Мезеритц станет крепким орешком для армии. Еще до войны Германия построила на западе линию Зигфрида, на востоке — Одерский треугольник. Передний край его предполья идет по западному берегу реки Обры, за ним начинается главная полоса обороны. Она находится в 20 километрах западнее Обры и простирается по рубежу Шверин — Мезеритц — Швибус.
Катуков понимал: армия готова разгромить любой укрепленный район. Но какой ценой? Разведка дает лишь ориентировочные данные, истинного положения вещей никто не знает. Только после того как войска прошли через укрепленный район, стало известно, что же на самом деле он собою представлял. Мезеритцкий УР — это долговременные огневые сооружения из бетона и железа в два-три этажа с поднимающимися и опускающимися пушечно-пулеметными бронеколпаками. Внизу — настоящий подземный город с автономной системой электро- и водоснабжения, вентиляции и канализации.
При разработке плана наступательной операции начальник штаба Шалин заметил, что в истории войн еще не было примера, чтобы танковая армия прорывала мощные укрепленные рубежи противника, обычно это делали общевойсковые соединения со своей тяжелой артиллерией, при поддержке авиации, саперных и других частей.