Вот какое впечатление об ополченцах осталось у генерал-лейтенанта Владимира Попова, назначенного от Объединенной группировки войск (сил) курировать новую чеченскую милицию[13]:
“В декабре 1999 года командование группировки поставило задачу: вылететь с группой офицеров в район Ачхой-Мартана и приступить к формированию отрядов ополчения Бислана Гантамирова. Вторая задача — обучить ополченцев основам ведения общевойскового боя. Основной отряд в то время насчитывал 100 человек. Не скрою, для меня это оказалось полной неожиданностью.
В большинстве своем многие из них в 1995–1996 годах служили в милиции Грозного. С выводом наших войск из Чечни ушли и они. Когда же стало известно об освобождении Гантамирова и его планах, изгнанники устремились в Чечню — из Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Ставропольского края, Волгоградской области и даже из Москвы.
Бислан ждал моего прибытия, но… не выдержал и помчался “на часок” громить ваххабитов в родном селе Гехи. Их оказалось много, бой длился пять часов. Полностью была разрушена и сожжена родовая усадьба Гантамировых. Кстати, перед боем ваххабиты связались с Хаттабом и спросили, что им делать с Гантамировым. Тот ответил: уничтожить. В бою один ополченец погиб, а над вторым, раненым, бандиты зверски надругались. А с Бисланом мы встретились лишь под утро, обнялись и расцеловались.
Он призывал освобождать села Урус-Мартановского района, говорил, что люди нас поддержат. Еще попросил наладить управляемость подразделениями. Как выяснилось, группы до пяти человек были мобильны и действовали слаженно, “вольница” же начиналась в группах по 10 и более человек. Так что начали мы с организационных задач — подбирали, назначали командиров отделений, взводов, рот. По сокращенной программе шло слаживание подразделений и обучение личного состава основам ведения общевойскового боя. Командиры научились оценивать обстановку, уяснять полученные задачи, принимать решения, отдавать боевые приказы. По сокращенной программе и тоже в бою шло обучение основам маскировки, ведения визуальной разведки, инженерного дела.
При освобождении Урус-Мартана гантамировцы шли впереди, были, что называется, глазами и ушами наших войск. Они знали город, хорошо в нем ориентировались, оперативно давали целеуказания для артиллерии. Кстати, наши совместные действия оказались сильным психологическим ударом для ваххабитов.
Конечно, у наших войск сначала было к ним чувство недоверия. Видел я и то, как душевно страдали от нашей недоверчивости сами милиционеры. Но так продолжалось недолго — до первого совместного боя. В этом смысле многого стоит слова Бислана: “И армия, и мы чувствуем себя боевыми товарищами, друзьями н братьями по оружию”.
Но вернемся к замыслу предстоящей операции. В Грозном войска и другие силовые подразделения должны были провести поисково-разведывательные мероприятия в районах и по рубежам, указанным командованием группировки особого района. Предполагалось предварительное нанесение по этим районам артиллерийского и авиационного поражения.
Сразу следует оговориться, что разработанная тактика, ясная и гладкая на бумаге, в реальной жизни существенно менялась. Причины были простыми — сопротивление боевиков, хорошо подготовленных и вооруженных не только стрелковым оружием, но и гранатометами и огнеметами, зенитными установками ЗУ-23 и минометами, оказывалось столь сильным, что войскам приходилось искать нестандартные способы для продвижения вглубь кварталов Грозного и уничтожения боевиков. Правильно и хорошо спланированное применение артиллерии и авиации, после ударов которой, казалось, не должно было остаться ни одного опорного пункта или укрепления, в реальности оказывалось недостаточным. Боевики пережидали эти удары в бетонированных подвалах и укрытиях и по-прежнему оказывали яростное сопротивление атакующим. Но это штрихи. В целом же участвующие в спецоперации подразделения в тактическом плане были лучше подготовлены, чем те, которые участвовали в печальном новогоднем штурме чеченской столицы 1994–1995 годов. На этот раз в город не входили многочисленные колонны техники, танки использовались в основном лишь для поддержки наступающих в пешем порядке подразделений огнем прямой наводкой. Из БМП, БТР и приданных танков создавались бронегруппы, действующие на особо опасных направлениях для огневой поддержки штурмовых отрядов, подавления огневых точек противника. Многие командиры имели реальный боевой опыт, помогавший им корректировать утвержденную тактику продвижения по мере возникающих форс-мажорных обстоятельств.
13
Бедула О. Чеченская милиция воюет бескомпромиссно. — Независимое военное обозрение, 2000, 12 мая.