31 декабря военнослужащие 320-го батальона при поддержке артиллерии и огня танка захватили здание, где погибли их товарищи. В доме были найдены обезображенные тела майора В. Нургалиева и четырех бойцов. Взвод ставропольцев в память о погибших решил остаться в захваченном строении и держать оборону. 2 января он был заменен красноярскими омоновцами.
2 января бойцам 17 оспн и подразделениям 255 мсп удалось захватить здание СПТУ № 12, которое вплотную прилегало к реке Сунже. Боевики оказали ожесточенное сопротивление, но удержать объект не смогли. Этот важный в тактическом плане успех дал возможность обезопасить левый фланг в полосе действий группировки. С этой стороны боевикам практически уже не удавалось атаковать подразделения северян: бывшее кондитерское профтехучилище располагалось вблизи излучины Сунжи — левее начинался лесной массив, за рекой стояли кварталы 1-го и 2-го микрорайонов, чуть поодаль — 3-го и 4-го, блокированные группировкой полковника Кукарина. Тем самым задача по обеспечению и закрытию флангов была решена. В ходе боевых действий были уничтожены два бандита и одна снайперша. Их тела по приказу командующего северной группировкой были вынесены в тыловую зону в район медсанбата 255 мсп. Как показали дальнейшие события, это было очень правильным решением.
К Новому голу кровопролитные бои существенно подорвали боевые возможности 320-го батальона оперативного назначения внутренних войск, в нем были погибшие, попавшие без вести, много раненых. За первые три дня спецоперации в батальоне погибло 8 военнослужащих, в том числе 2 офицера, 2 сержанта, 4 рядовых, при этом тела 5 человек — майора Владимира Нургалиева, младшего сержанта Валерия Шавина, рядовых Павла Аблаева, Виталия Шевелы, ефрейтора Ульяна Мухаметянова (четверо последних погибли 28 декабря в ожесточенном бою в кварталах перед консервным заводом) — не удалось вынести с поля боя. Ранения получили 19 военнослужащих. Двое — старший лейтенант Павел Сухорученков и старший сержант Александр Цаплин числились пропавшими без вести, их судьба оставалась неизвестной до 19 января 2000 года. В 17-м отряде специального назначения к этому времени погиб один военнослужащий — рядовой Ильмир Мухамедьянов, 15 были ранены.
Сказалось и длительное пребывание батальона в зоне боевых действий — более 3 месяцев, у людей накопилась большая психологическая усталость. Между тем штаб группировки особого района г. Грозный требовал двигаться вперед, не ослаблять давление на бандитов. Однако достаточных сил и средств у полковника Груднова не было: мотострелковые полки Минобороны по-прежнему не принимали активного участия в боевых действиях, оставаясь на рубежах блокирования, или поддерживали действия внутренних войск и бойцов ОМОН и СОБР отдельными подразделениями, артиллерийским и танковым огнем.
1 января 2000 года 320-й батальон оперативного назначения, действовавший на этом направлении, был заменен подразделениями 22-й отдельной бригады оперативного назначения — калачевской, как ее называют во внутренних войсках.
Бригада прибыла в северную группировку особого района г. Грозный накануне, 31 декабря, совершив марш из селения Кошкельды Гудермесского района Чечни. Выйдя на маршрут ранним утром, она к вечеру уже встала базовым лагерем в районе фруктового сада совхоза “Родина” в нескольких километрах к северу от Грозного, а вскоре ей было определено новое место дислокации: КП бригады размещалось в ХОЗО МВД, батальоны — в районе школы ДОСААФ. На обустройство и врастание в обстановку было дано не более двое суток
Калачевцы к этому времени уже 5 месяцев находились в командировке на Северном Кавказе. Еще в августе 1999 года они участвовали в тяжелейшем штурме укрепленных ваххабитских сел в Кадарской зоне. Понесли большие потери. После боев за Чабанмахи 4-й батальон бригады, наиболее пострадавший в тех боях, был выведен в пункт постоянной дислокации в г. Калач-на-Дону.
Для участия в спецоперации в Грозном в составе бригады было два батальона оперативного назначения (1 — й и 2-й), рота разведки, артиллерийско-зенитный дивизион, подразделения обеспечения. Исполнял обязанности командира бригады полковник Валерий Липинский[37]. Очень опытный, закаленный в боях офицер. Внушительный боевой состав, перечисленный выше, на деле выглядел так. Во взводах было не более 10–15 человек, в ротах — от 30 до 50. Численность первого батальона, например, составляла 115 человек (!). Немногим более 160 было во втором. Разведрота, которая выполняла задачи аж с мая 1999 года (еще задолго до активных боевых действий, развернувшихся в Дагестане в августе 1999-го), насчитывала около 50 человек. Разведчики, как это было принято, весь кавказский поход бригады шли впереди, выполняя самые сложные задачи, нередко заменяя штурмовые подразделения. Достаточно сказать, что у разведроты за плечами был кровопролитный бой на горе Чабан, в котором погибли 5 и получили ранения больше 40 человек. 4 военнослужащих калачевской разведроты за тот бой были удостоены звания Героя России, в том числе и начальник разведки бригады подполковник Александр Стержантов. Двое — майор Сергей Басурманов и рядовой Александр Каляпин — это высокое звание получили посмертно. Техника находилась на пределе своих эксплуатационных возможностей, практически не получая из-за нехватки времени требуемого капитального ремонта. И то технари бригады во главе с замкомбрига подполковником Владимиром Корневым умудрялись в беспрестанном движении и боях поддерживать ее на ходу и в боевом состоянии.
37
Генерал-майор Валерий Липинский погиб 29 декабря 2009 года в Махачкале в результате совершенного против него теракта. На тот момент он являлся начальником группы оперативного управления при оперативном штабе Республики Дагестан