– Нет, – ответила она. – Кое-кто подарил.
Лю-эр удивилась.
– Наверняка это молодой господин Фан поручил кому-то в денежной лавке купить их нам, – подытожила она, радостно приближаясь с платьем в руках.
Цзюнь Цзюлин посмотрела на себя в зеркало и решила не произносить вслух то, что хотела.
Лю-эр, быстро умывшись, переоделась и вышла.
– Юная госпожа, а где мы будем завтракать? – спросила она, не отставая от идущей впереди Цзюлин.
Юная госпожа не стала ничего отвечать. Когда они спустились вниз, она увидела озирающегося по сторонам Сяо Дина. Как только слуга заметил девушек, глаза его загорелись, а сам он убежал.
– Юная госпожа, юная госпожа, где мы будем есть? – продолжала спрашивать Лю-эр.
– Погоди, узнаем пожелания остальных, – ответила Цзюлин.
Остальных?
Лю-эр остолбенела.
Из денежной лавки кто-то пришел?
Служанка поплелась за Цзюлин в прихожую. Прежде чем Лю-эр как следует смогла рассмотреть людей в зале, она услышала мужской голос:
– Рядом есть лавка семьи Чжэн, я уже заказал еду оттуда. Частенько к ним наведываюсь, там повар из Жунаня.
Жунань?
Глаза Лю-эр засверкали.
Хоть они с юной госпожой Цзюнь выросли в Фунине, господин Цзюнь был родом из Жунаня. Слуги его также являлись жунаньцами, поэтому еда и питье тоже соответствовали обычаям этого города.
Причина, по которой они в семье Фан питались отдельно, заключалась в том, что их вкус отличался от того, чем питались в семье Фан.
А семья Фан с каждым разом все более и более находчива!
Довольная Лю-эр посмотрела на говорившего. Улыбка на ее лице в тот же момент застыла, а глаза расширились.
– Вы… вы… – запнулась она и обернулась к Цзюлин: – Юная госпожа Цзюнь, это точно не сон? Может, я еще не проснулась? Почему я здесь вижу десятого молодого господина Нина?
Нин Юньчжао улыбнулся:
– Потому что я по удачному стечению обстоятельств тоже оказался в столице.
Правда?
Лю-эр с удивлением посмотрела на юношу.
– Я случайно встретила его, когда выходила наружу, – пояснила Цзюлин.
Опять совпадение?
– Раз уж мы встретились, я, как ваш земляк, прибывший сюда раньше, просто обязан оказать гостеприимство, – отметил Нин Юньчжао.
Лю-эр посмотрела сначала на молодого господина Нина, а затем на Цзюнь Цзюлин.
– Молчание – знак согласия! – пробормотала она.
Эта служанка надумывает себе лишнего.
Любому человеку на ум придут странные мысли, если он увидит за беседой улыбающихся мужчину и женщину.
Нин Юньчжао, слегка улыбнувшись, взглянул на Цзюлин.
Та, ни разу не смутившись, просто улыбалась в ответ.
А она особо ни о чем и не думает.
Улыбка Нин Юньчжао стала еще шире.
– Теперь вы оказываете нам гостеприимство. Что же не поступили так, когда мы были в Янчэне? – по-прежнему негодовала Лю-эр.
– Потому что тогда мы не были знакомы, – с улыбкой ответил Нин Юньчжао, не волнуясь и не сердясь на служанку, после чего взглянул на Цзюлин.
Лю-эр еще больше запуталась.
Как это не были знакомы? А сейчас знакомы? Когда успели-то?
Лю-эр не ездила тогда в башню Цзиньюнь и знать ничего не знала об их встрече тогда, в ресторанчике.
– Ты есть хочешь или нет? – спросила Цзюлин служанку.
Ладно, забудем! Семья Нин в долгу перед юной госпожой. Раз ему так хочется нас угостить – пожалуйста!
Съедим как можно больше!
– Еще один суп с овощами! – выкрикнула из-за стола Лю-эр.
Стоявший напротив Сяо Дин ошарашенно пялился на нее.
– Ты… сколько же в тебя взлезает? – не удержался он от вопроса.
Лю-эр закатила глаза.
– И добавьте еще куриный бульон с сушеным тофу! – продолжила она.
Сяо Дин бросил взгляд на молодого господина, что сидел за соседним столом. Нин Юньчжао аккуратно вынул тушеную лапшу и положил в миску перед собой, а после предложил юной госпоже Цзюнь.
Молодой господин уже позавтракал, однако в него, на удивление, все еще влезала еда.
Ну и хорошо, что у всех такой отличный аппетит!
Сяо Дин подозвал работника и распорядился о дополнительных порциях для Лю-эр.
– Это лянфэнь цюэшань [8], – ответил Юньчжао. – Думаю, еда здесь очень даже аутентична.
Закатав рукава, Цзюнь Цзюлин попробовала немножко.
– Как вкусно, – ответила она с улыбкой.
Девушка понятия не имела, являлась ли эта еда в самом деле аутентичной, поскольку не являлась уроженкой Жунаня.
Тем не менее от здешних кушаний она получила удовольствие. Все-таки Цзюлин жуть как проголодалась. Ей хотелось поесть еще прошлой ночью во время прогулки, но она не взяла с собой денег.