Льешь на меня кучу воды сверху – я особо это не замечаю. Проблемы возникают лишь в том случае, если объем превышает кубов двадцать. Ну и, понятное дело, не стоит залезать во всякие озёра, реки и моря, ибо воды там явно куда больше.
Всё, что связано с морозом и льдом – лесом. Этим меня практически невозможно ранить. Какая их основная цель и задача? Пробить, нашпиговать сосульками, заморозить и так далее. Всё это против меня не работает.
Умудрился отыскать парочку магов земли. Вот они весьма неплохо умудряются мне насовать. Главный их минус – неторопливость. Пока до меня долетит что‑то большое, способное меня прихлопнуть, я десять раз уже доберусь до самого мага и прикончу его.
Про каких‑нибудь ребят, которые используют магию природы и подобный шлак даже упоминать лениво. Тут весьма понятные исходы, оно всё тупо сгорает, хоть немного приближаясь ко мне.
Параллельно разбирался с тренировочным полем, рвался во время пробежек и силовых тренировок. Впитывал знания на немногочисленных лекциях по тактике и индивидуальным действиям.
Вот и выходит так, что приползаю в казарму где‑то к полуночи, а выхожу из неё уже в шесть утра. Частенько приходится отвечать на телефонные звонки, так что ношу с собой мобильный, рискуя раздолбать её при любом неудачном движении.
Самое интересное, что я не загибаюсь от усталости. Наоборот, чем дольше времени я провожу в подобном ритме, тем сильнее он мне нравится. Реально ощущаю, как с каждым днём я способен прыгнуть дальше, пробежать дольше, резерв продолжает расти нереальным темпом…
Несколько раз пришлось всё‑таки съездить в Москву. Слить энергию с кристалла, подписать огромный ворох документов, встретиться с какими‑то репортерами, искренне желающими что‑то у меня спросить. Этот день прошёл очень быстро, даже встреча с Миланой не заставила меня выбиться из тренировочного ритма и подумать, чтобы остаться у себя на целую ночь.
Хочется сказать, что получилось наладить отношения с Софьей и Софией, вот только это нереально. Когда я умудрился бы выделить хотя бы несколько минут на общение с ними? Приемы пищи длятся у меня несколько минут, вечером ни с кем не сижу в общем доме отдыха, так как продолжаю насиловать себя на тренировочном поле.
Радует то, что Никита с Колей, оценив мой порыв, решили присоединиться ко мне, пытаясь выдержать такой темп. Не знаю, зачем они сразу ныли. Это же было чисто их добровольное решение, я никого с собой не тянул.
Да, это произошло не сразу. Целую неделю мне пришлось заниматься одному. Ровно до того момента, пока мы не начали сдавать какие‑то нормативы. Бег, прыжки и подобная фигня, даже не вспомню уже, что же там такое было.
Я, неожиданно для всех, умудрился почти везде занять первое место. Обогнал меня лишь Николай, да и то, ему пришлось активировать свою родовую способность, которая превращает его в некий аналог «Флеша». В противном случае он бы очень сильно от меня отстал.
Кстати, внезапно выяснилось, что тренировочная одежда не особо готова к таким нагрузкам. Мне пришлось сменить уже один костюм, ибо старый тупо порвался, и две пары обуви, так как я умудрился стоптать подошвы. Забавно звучит, учитывая их толщину, но, что есть, то есть.
День за днём, неделя за неделей…
Одним прекрасным утром около казармы меня перехватил полковник. Причем ему пришлось конкретно так ухватиться за меня, ибо я уже начинал разбег, планируя выбраться на беговую дорожку с максимальной для себя скоростью.
– Куда собрался? Утреннее построение не для тебя? – недовольно наехал на меня Кутузов.
Понимаю, я чуть было не потянул его за собой. Едва умудрился осознать, кто пытается меня остановить, прежде чем тупо отмахнуться от мешающего мне человека.
Тут, кстати, он прав. Какой смысл на неё идти, если там ничего интересного или нового не бывает? Прерывать свои тренировки, чтобы минут пятнадцать‑двадцать послушать очередной бред от инструктора и отметиться при перекличке? Меня и так видно, тут беговая дорожка совсем рядом проходит, пылим мы на ней вместе с Никитой и Колей.
– Что такое?
Ничего умнее я не придумал. Мой мозг уже понял, что проще подстраиваться под такой ритм, загоняя лишние мысли куда‑нибудь подальше, ибо они очень мешают.
– Ты совсем охренел? Построение через четыре минуты, обязан быть, курсант! Как понял?! – Кутузов аж глаза выпучил, услышав мой недовольный тон.
– Так точно! – гаркнул я, поставил внутренний таймер на три с половиной минуты и уселся у стенки казармы, закрывая глаза и проваливаясь в лёгкую дрёму.
Построение вышло очень интересным. Из него я узнал, что в подобном темпе умудрился пропустить практически полтора месяца. Через двое суток, чёрт побери, мы уже грузимся в самолёт и летим в Африку!
Из‑за того, что мы окажемся очень далеко, эти пару дней нам дали отгулы, чтобы мы успели решить все свои накопившиеся дела, если подобные возникли.
Посмотрел на календарь – среда. Почесал голову, немного подумал… Переоделся в казарме и отправился в Москву. Когда у меня ещё возникнет возможность так рано приехать к своим «Ёжикам» в рабочий день?
– Ага, очень интересно, – пробормотал я.
На нашей парковке, которую мы арендовали около своего офиса, стоит всего три автомобиля. Время – половина девятого утра, то есть мы должны работать уже минимум тридцать минут. Странно, мне казалось, что машин должно быть намного больше.
Зашёл в холл – полнейшая тишина. Нет относительно привычного гула голосов, который постоянно раздавался со стороны большинства кабинетов. Подошёл к нашему аналогу «технической поддержки» и дернул за ручку – закрыто. Попытался зайти в бухгалтерию – никого нет. Подошёл к кабинету Вадима – пустота.
– Что тут за запустение такое? – единственным местом, куда мне удалось попасть, оказалось рабочее место Алексея, который большими глазами встретил моё появление.
– О чем ты?
– Где, мать твою, все остальные?!
Можно понять, с чего я слегка повысил тон. Если никого нет, значит у нас появились новые проблемы, о которых мне никто не сообщал. Это приводит к потере выручки, а это, в свою очередь, к падению прибыли. Если перевести на самый простой язык – нет людей, нет бабок. Меня такое не устраивает, так что я жутко недоволен.
Последующие слова Алексея дали мне понять, что мой заместитель, которого я оставил за себя, с обязанностями руководителя явно не справляется. Исполнитель он неплохой, это я уже успел увидеть, но вот управление значительным количеством людей – не для него.
Нагло стырил из его кабинета стул, взял пустой блокнотик и ручку. Хорошо, что около входной двери в наш общий коридор стоит стол. Поставил его напротив входа, уселся за него и начал ждать…
«Не, ну я же не монстр какой‑то, который думает, что надо вечно находиться на работе», успокаиваю я сам себя.
Если бы Алексей сказал мне, что всё работает как часы, я бы успокоился и забил на это. Но, нет! Он вручил мне огромную папку, где указано, какие проблемы появились у нас за это время, которые не получилось решить!
– Стоять! Имя, фамилия, должность! – потребовал я у девушки, которая пыталась проскользнуть мимо меня. Или меня память на лица подводит, или её не было, пока я тут всем руководил. Больше верю во второй вариант, память на лица у меня более‑менее неплохая.
– Пацан, ты кто такой? Отвянь и не мешай работать, – отмахнулась она, продолжив свой путь.
«Чёрт, а логичный вопрос», задумался я, проводя взглядом в спину. Ну ладно, он сполз чуть‑чуть ниже, благо, что там есть, на что посмотреть.
Пришлось подпереть дверь этим тяжелым столом и метнуться за Алексеем. Пусть постоит рядом, чтобы люди понимали, что я – не пустое место, которое можно обойти. А что ещё делать? Взять листочек, написать на нём «Собственник» или «Директор», после чего повесить себе на грудь? Смешно будет выглядеть, наверное…
Стоять Лёше пришлось долго. Я даже позволил взять ему стул, ибо моя человечность взяла верх. Следующим, к половине десятого утра, приехал Вадим. Да, никто не появился в этом временном промежутке, поразительно!