Раннее утро 14 марта…
…Смотрю на часы. Время. В ту же секунду — залп. Сработали все 12 установок. В каждой по 12 реактивных снарядов. Раздался характерный шум и свист. Сверкали молнии траекторий, напоминающих полет кометы. Первый залп советские „катюши“ направили по району порта и вокзала, туда, где сосредоточена немецкая артиллерия. С нашей наблюдательной вышки мы видим, что реактивные снаряды рвутся в гуще вражеских укреплений».
Далее С. Г. Поплавский повествует о том, что командование Польской Армии в гуманных целях несколько раз предлагало коменданту Кольберга капитуляцию, однако предложение отклонялось.
Последний штурм был назначен в ночь на 18 марта. В 5 часов 30 минут утра 18 марта город Кольберг был полностью освобожден от фашистов и снова стал польским. Бои за город длились без передышки 10 дней и ночей. Гитлеровцы потеряли убитыми более 5000 и пленными 6292 солдата и офицера.
Теперь до Берлина нам оставалось пройти 60 км. Об этом напоминал указатель, установленный недалеко от переправы через Одер у Кюстрина.
В конце марта и начале апреля бригада начала готовиться к последней и решающей битве — Берлинской операции. Разведывательные данные говорили о том, что противник, готовясь к длительному сопротивлению, создал на подступах к столице сильно укрепленные, глубоко эшелонированные оборонительные рубежи, использовав для этого естественные возвышенности, водные преграды, населенные пункты. Нам предстояла тщательная подготовка к завершающей операции Великой Отечественной войны. На это нацеливало обращение командующего артиллерией 1-го Белорусского фронта генерал-полковника В. И. Казакова. В нем содержался призыв к артиллеристам включаться в борьбу за честь первыми выпустить снаряд по Берлину.
Обращение было доведено до всех наших воинов, и все очень переживали, что нам не достанется пальма первенства из-за небольшой дальности стрельбы наших установок. Зато все были полны стремлением обрушить на Берлин первыми залп гвардейских минометов.
Как всегда, перед началом операции огромную работу провели штабные работники бригады, особенно потрудились начальники штабов дивизионов гвардии старшие лейтенанты Владимир Скотников и Михаил Блоштейн и гвардии капитан Святослав Новак. Их можно было часто видеть и на переднем крае, и в районе сосредоточения боевой техники. Вся их деятельность в те дни направлялась опытным штабным работником начальником штаба бригады гвардии подполковником И. С. Беловым. Кадровый офицер И. С. Белов стал начальником штаба на Ленинградском фронте. Штабное дело он знал хорошо, и его четкость, оперативность высоко оценивались комбригом. Под его руководством велась вся подготовка штабов в Берлинской операции: изучались разведданные, тщательно велись карты, на которые оперативно наносились поступавшие сведения.
Не один раз комбриг Лобанов с командирами дивизионов и батарей выезжал на передний край для выбора боевого порядка (Б/П). Но выбрать Б/П на этот раз было особенно сложно, так как на узком плацдарме каждый выгодный участок местности уже был занят артиллеристами, танкистами, другими частями. Нам, участникам многих боев, никогда не приходилось еще видеть такое плотное насыщение огневой мощи перед наступлением, как было здесь, на Берлинском направлении. К началу операции все три фронта, участвовавшие в ней, имели 2500 тысяч человек, более 42 тысяч орудий и минометов, 6250 танков и самоходных установок, 7500 боевых самолетов[29]. Один лишь 1-й Белорусский фронт располагал 20 000 орудий и минометов всех калибров, в том числе около 1500 боевых установок и рам полевой реактивной артиллерии.
Энергично работали перед операцией политработники нашей бригады. Начальник политотдела подполковник М. М. Федоров, политработники гвардии капитан Сергей Гнездов, гвардии старший лейтенант Виктор Астахов, заместители командиров дивизионов по политической части гвардии капитаны Павел Матусевич, Павел Бабеко, Петр Гришняков постоянно находились на огневых позициях и на командных пунктах. Здесь же шел прием в партию воинов, отличившихся в боях.