— А руки не ободрала, — заметил я.
Секунду она глядела на меня, затем ее глаза расширились, и она спряталась за мать.
Женщина перевела взгляд с меня на ребенка. Потом кивнула мне, взяла дочь за плечи и, подталкивая, повела к дому, не произнеся больше ни слова. Я посмотрел им вслед, после чего зашагал к жилищу Майкла, по пути ногой отправив мяч Кортни к ней во двор.
Дверь открыла Черити. Она одного возраста с Майклом, хотя ее золотистые волосы отлично скрывают седые пряди. Высокая и широкоплечая для женщины. Я видел, как она крушила черепа сверхъестественных тварей, когда ее дети оказались в опасности. Черити выглядела усталой: целый год наблюдать, как твой муж занимается интенсивной физиотерапией, не шутка. Но еще она выглядела счастливой. В последнее время в нашей личной холодной войне имело место некоторое ослабление напряжения, и Черити мне улыбнулась.
— Привет, Гарри. Неожиданный урок? Думаю, Молли рано отправилась в постель.
— Не совсем, — улыбнулся в ответ я. — Просто подумал заглянуть к вам.
Улыбка Черити не исчезла, но стала настороженной.
— Неужели.
— Гарри! — зазвенел тонкий голосок, и младший сын Майкла, мой тезка, прыгнул ко мне, уверенный, что я его поймаю. Маленький Гарри был сверстником Кортни и обычно воспринимал меня как занятное приспособление для лазания. Я поймал его и звучно чмокнул в макушку. Протестующе взвизгнув, мальчик захихикал.
Черити недовольно покачала головой:
— Что ж, заходи. Позволь предложить тебе выпить. Гарри, это не «джунгли».[17] Слезай.
Внезапно оглохнув, маленький Гарри вскарабкался мне на плечи, и мы направились в гостиную. Майкл и Алисия, серьезная темноволосая девушка, как раз вернулись из гаража, где убирали софтбольное снаряжение.
— Папа! — крикнул маленький Гарри и сиганул вперед, вытянув руки к Майклу.
Наклонившись, тот поймал сына, хотя я заметил наморщенное лицо и резкий выдох. Мой желудок от сочувствия зашевелился.
— Алисия, — сказала Черити.
Ее дочь кивнула, повесила бейсболку на деревянный колышек возле двери и забрала у Майкла маленького Гарри, подкинув хохочущего мальчика в воздух и поймав.
— Пошли, малявка. Ванна ждет.
— Пиявка! — завопил Гарри и немедленно начал карабкаться на плечи сестры, лепеча что-то о роботах.
Майкл с улыбкой проводил детей взглядом.
— Я пригласил Гарри поужинать сегодня, — сказал он Черити, целуя супругу в щеку.
— Неужели, — ответила она тем же тоном, каким беседовала со мной у двери.
Майкл посмотрел на нее и вздохнул.
— В моем кабинете, — сказал он.
Мы отправились в кабинет Майкла — теперь, когда он действительно постоянно им пользовался, вещей здесь стало еще больше — и закрыли за собой дверь. Я молча достал фотографии и показал их Черити.
Супруга Майкла хорошо соображала. Она быстро просмотрела фотографии, и с каждой следующей ее глаза сверкали все ярче. Потом спросила ледяным голосом:
— Кто их сделал?
— Пока не знаю, — ответил я. — Хотя на ум приходит имя Никодимуса.
— Нет, — тихо возразил Майкл. — Он больше не может навредить мне или моей семье. Мы защищены.
— Чем? — поинтересовался я.
— Верой, — бесхитростно сказал он.
В большинстве случаев подобный ответ привел бы меня в бешенство — но я видел силу веры моего друга в действии, и она была такой же реальной, как мои умения. Бывших президентов охраняет Секретная служба. Быть может, бывших рыцарей Креста тоже кто-то охраняет, например серафимы.
— Ты хочешь в этом разобраться? — спросила Черити.
— В общем, да, — ответил я. — Это означает, что я могу немного вам поднадоесть.
— Гарри, — сказал Майкл, — в этом нет нужды.
— Не говори ерунды, — возразила Черити, поворачиваясь к мужу. Взяла его за руку, очень мягко, хотя голос остался твердым. — И забудь о гордости.
Он улыбнулся ей:
— Гордость здесь ни при чем.
— Не уверена, — тихо возразила она. — Отец Фортхилл сказал, что мы защищены только от сверхъестественных угроз. Если здесь замешано что-то иное… У тебя столько врагов. Мы должны знать, что происходит.
— Я часто не знаю, что происходит, — ответил Майкл. — Если потратить все время на выяснение, некогда будет жить. Скорее всего целью было запугать нас.
— Майкл, — тихо произнес я, — один из лучших известных мне способов борьбы со страхом — знание.
Слегка нахмурившись, он наклонил голову.
— Ты говоришь, что не будешь жить в страхе. Хорошо. Позволь мне полюбопытствовать и немного порыскать по закоулочкам, чтобы мы знали, что происходит. Если я ничего не найду, вреда от этого никакого.