Выбрать главу
[49], как заговорщицки выражались, слегка краснея, пожилые дамы в семье, как будто тот грех был уже совершен. Одних только жилетов в его гардеробе насчитывалось несколько сотен. Жилет, как и слава, рождает другие жилеты, и на Рождество и прочие праздники жилеты лились рекой, чему мой дед только радовался: если жилет был в его вкусе или отвечал настроению — то поэтому, а если нет, то от чувства радостного изумления: сколько же разных вкусов существует на белом свете! Он носил и те и другие (безобразно безвкусные), вызывая скандал и (плохо скрываемые) усмешки. О каждом жилете он знал, кем он был подарен, у каждого, как у собаки или у лошади, было имя, жилет с бахромой, или «Янчи», он получил от отца своего Яноша IV. (Однажды, как губернатор Веспрема, дабы предотвратить избрание в качестве вице-губернатора некоего Хорвата из городка Коч, мой прадед так настроил против себя электорат, что последний — а именно господа из Сентгали, — угрожая смертоубийством, взломали ворота губернаторского дворца, и дело дошло бы до рукоприкладства, если бы прадед, ускользнув в боковую дверь в сопровождении верного егеря, имя которого в обманных семейных анналах не сохранилось, не удалился стремглав, под громкие возгласы избирателей, в более безопасное помещение; но перед дверью его все же догнали и оторвали один рукав его ментика; и тогда безымянный егерь, втолкнув моего прадеда в двери, выхватил кинжал и в конце концов прекратил преследование. Годы спустя после этого инцидента — когда прадед во время коронации на пожоньском госсобрании замещал шталмейстера — император распорядился запечатлеть его на коне, о чем свидетельствуют ксилографические копии портрета, — и вот здесь-то ментик с оборванным рукавом и превратился в жилетку с бахромой в проймах, которой потом присвоили имя «Янчи».) Черный жилет ему подарила тетка Терезия, когда вынуждена была выйти замуж за Лайоша Реваи, а красный — когда она овдовела. («Милый Яношка, я несчастна. Я сильная и выдержать могу многое… Только ради чего?.. Этот красный веселый цвет появился в моей жизни… в моей семье… в моем мире только сейчас…») А от своей тети Боры он получил в подарок белый жилет, испещренный бесчисленными маленькими крестиками (нечто вроде рисунка «елочкой»), после чего нянька его единственного сына — как гласит предание, — подкупленная Жофией Дюлафи, выбросила младенца из окна замка Сентдеметер. «Маленький закопченный» достался ему от его тетки Антонии, которая умерла, неудачно задув свечу; пламя, перекинувшееся на ее чепец и одежды, местами так обожгло ее тело, что она скончалась в страшных мучениях. Портрет тетки висит в Пожони, у нашего родственника Иштвана. «Марию Терезию» он получил от матери — тяжелый бархатный фиолетовый жилет до сих пор источает облака сладковатого пота, так что дед носил его только в толпе (выборы, крестный ход). (При чем здесь Мария Терезия? Родители матери моего прадеда сперва были протестантами, но отец перешел в католичество, чтобы затем сделать католичкой и свою дочь, которая была обручена тогда с будущим канцлером Шамуэлем Телеки; с согласия Марии Терезии девушку, вырвав из рук ее матери, упорствующей в своем протестантстве, под конвоем доставили в Вену, где в присутствии всего двора она торжественно приняла католичество; за дальнейшим ее обучением, происходившим под руководством придворной дамы графини Михны, а также за будущим бракосочетанием следила сама королева; в результате чего семья стала обладательницей украшенного императорскими регалиями сундука с нарядами и золоченой кареты с подушками красного бархата; вот при чем.) Братья, кстати, тоже не забывали о своеобразном жилетном налоге; Алайош-Фиделис, например, подарил деду так называемый «ременный» жилет. (Как знаменосец в полку Алвинци он участвовал добровольцем в штурме Кунео в Пьемонте и был ранен в плечо, попал в плен; рана его, к тому времени как крепость была взята, зажила, он был освобожден, но часто потом рассказывал, как им приходилось бороться с голодом, перетягивая живот ремнем.) Ласло, отличаясь исключительным целомудрием, всю жизнь сторонился женщин, обогащая ценную коллекцию монет, начало которой положил его отец, еще более ценными экземплярами, и к тому же, пользуясь доверием Меттерниха, по поручению герцога изучил секретные императорские архивы, составив весьма примечательный документ о Партиуме — присоединенной в XVI веке к Трансильванскому княжеству части Венгрии (копия — в библиотеке Ослопа); короче, жилет, шелковый, черно-желтый, сшитый портным, которого рекомендовал Меттерних (Зингером), теперь так и называется: «меттерних». Item: одна из блестящих вещей в коллекции — подарок моему деду от племянника Кароя, застрелившегося от меланхолии, вызванной неизлечимым недугом позвоночника, — яркий цветной жилет, словно доставленный прямо из Сан-Франциско, make love not war. А от Дёрдя, приемного сына Кароя, достался «прусский» жилет; дело в том, что он (Дёрдь) в качестве лейтенанта 12 гусарского полка участвовал в антипрусской войне. И когда 3 июля первые ряды полка атаковали пехоту пруссаков, под ним застрелили лош
вернуться

49

Стоит того, чтобы согрешить (нем.).