Носильщики отправлялись к Тигру за водой с ослами или мулами, но было также несколько водопроводов, доставлявших воду из резервуаров, и во дворах некоторых домов имелись колодцы (сооружение фонтана в мусульманских странах всегда считалось благочестивым делом). Чтобы создать в доме хоть немного прохлады, жители Багдада использовали все средства, в то числе комнаты в полуподвале с вентиляционными трубами, расположенные таким образом, чтобы в них попадал ветер[115], обливание стен водой, куски ткани, смоченной в воде (панка), в руках специального слуги, который должен был ими размахивать, кубы льда, замурованные в стене с двойной облицовкой. Самые богатые также помещали куски льда в купол, покрывающий комнаты дома. Обогреться было гораздо проще — с помощью древесного угля, который в домах простых смертных жгли в жаровнях из железа, а у прочих — из серебра или серебра с позолотой. Холодный сезон в Багдаде неприятный, но краткий.
Обстановка в домах была утилитарной, что не исключало наличия кроватей в зажиточной среде. «Взойди на ложе, господин…» — говорит царю юная особа в «Тысяче и одной ночи». Во времена Харуна в качестве софы выступал сарир. Он был достаточно длинным, чтобы на нем могли усесться по-турецки два человека. Ночью спали на фирасе (толстый матрас), украшенном более или менее удобной обивкой в зависимости от финансовых возможностей. Высота подушек зависела от статуса людей, которые на них сидели. Эстеты набивали их легким пухом, волосом и перьями экзотических животных и птиц.
Роскошь дома измерялась также количеством и качеством его ковров. Дороже всего стоили ковры из Армении и Табаристана. Эти ковры, красного цвета, сотканные из тонких нитей, высоко ценились со времен Омейядов. Жены Харуна сидели на армянских коврах и подушках, которые одни были достойны халифского двора. Спросом также пользовались ковры из Исфахана и Мазенде-рана. Они бывали всех цветов и с самыми разными узорами. Знаменитые ковры из Хиры (Южный Ирак) изображали птиц, коней, верблюдов или стилизованные цветы и геометрические узоры.
В Средние века в восточном доме было мало мебели: утилитарные предметы и сундуки для хранения посуды, одежды, книг, украшений и денег, сделанные из металла, дерева и драгоценных материалов или сплетенные из волокон, такие большие (сундук), что внутри мог спать человек, или такие маленькие, что их можно было спрятать в рукаве. Кроме того, предметы можно было хранить на полках и в более или менее декорированных стенных нишах. Крупногабаритной мебели вроде шкафов не существовало.
Богатые частные дома включали помещение бани, оснащенное тем же оборудованием, что и общественные хаммамы. Несмотря на то что омовение является одним из ритуальных предписаний ислама, в начале хиджры обычай мыться в бане был встречен с предубеждением по причине своего иностранного происхождения, но к VIII и IX вв. прочно вошел в обиход. В X в. один халиф еще называл хаммам «греческой баней». Во времена Харуна их можно было встретить в каждом городе. В Багдаде, если верить авторам той эпохи, их было от 15 до 60 тысяч, причем в VIII в. первая цифра, разумеется, была ближе к реальности. Они выглядели как просторные и красивые постройки, как правило, непритязательные с точки зрения архитектуры. Некоторые были облицованы асфальтом, что делало их стены похожими на черный мрамор. Масуди отмечает, что часто их украшал мотив сказочной птицы Анки, этого восточного ангела с человеческой головой и птичьим клювом, четырьмя крыльями с каждой стороны и птичьими когтями вместо рук.
В то время хаммам играл общественную роль, которую и сегодня сохраняет за собой в мусульманских странах. Существовали мужские и женские дни. В бане происходили встречи и обмен новостями. Однако это место не всегда оказывалось безопасным, как свидетельствует стихотворение некоего Мухаммеда Сакары: «Я обвиняю бани Ибн Мусы, хотя их благовония и жар не имеют равных. Количество воров там так возросло, что посетителям приходится уходить голыми и босыми. Я вошел туда как Мухаммед, а вышел — как Бишр [знаменитый суфий]».
Хаммам являлся своеобразным продолжением мечети (G. Marcais). Однако мечеть находилась в самом сердце мусульманской жизни, будучи местом собрания общины, куда верующие приходили, чтобы помолиться и послушать имама. Аббасидская революция была совершена во имя религии, заброшенной и искаженной по вине Омейядов. Их наследники придали своему режиму исламский характер и старались способствовать распространению своей веры путем проповеди и строительства культовых сооружений. В результате халифы и принцы возводили мечети по всей империи, особенно в Багдаде.