- Нет, не дадим!.. - нестройно отозвались из процессии жениха.
- А какой же выкуп вы хотите? - спросил Гюндюз.
- Орехи!
- Конийские серьги, сходные с косточками сливовыми, серебряные!
- Браслеты!..
Гюндюз сделал знак взмахом руки. Принесли мешок, заранее приготовленный. Высыпали на землю перед дружиной девичьей орехи и украшения, приговаривая:
- Пусть жизнь молодых будет сладкой и красивой!
Девицы кинулись подбирать и кричали наперебой:
- Пусть жизнь молодых сверкает, как серебро!..
А в юрте невесты тем временем мать жениха говорила по обычаю:
- Не бойся меня, моя невестка! Я пришла посмотреть, хорошо ли ты снаряжена! Не бойся, не прячься! Это не гром гремит, не молния сверкает с неба; это я, твоя свекровь, иду смотреть на тебя!..
Девушки, окружившие Мальхун, расступились. Мальхун сидела высоко, на трёх кожаных подушках, положенных одна на другую.
- Ты - красавица, моя невестка. И наряжена ты хорошо! Согласна ли ты пожить в моём становище?
Мальхун отвечала, также по обычаю, потупившись и краснея лицом:
- Если ты поднесёшь мне в левую мою руку айран, я, быть может, и соглашусь!
- А я никому и ничего не подаю в левую руку! - отвечала мать Османа, как полагалось.
- Ладно! Приму айран в правую руку! - согласилась невеста.
Мать Османа подала ей айран в серебряной чаше. Все смотрели, как Мальхун поднесла чашу к губам и пила. Но вот чаша опустела, невеста выпила всё, до капли. Свекровь приблизилась, обняла её порывисто, затем накинула на голову ей красное свадебное покрывало — дувак:
- Появись для моего сына из этого дувака такая же прекрасная, как солнце появляется прекрасное из прекрасной утренней зари!.. - громко произнесла свекровь...
- Мы ведём к вам нашу куропатку! Мы поймали её в сеть! - закричали девушки снаружи.
Невеста, закрытая с головой дуваком, показалась.
- Наше солнце восходит! - закричали девушки. - Наше солнце восходит и несёт на землю подарки!..
И девушки вынесли содержимое бохчи, которую увязала с собой Мальхун. На плечи самым ближним спутникам жениха накинули шёлковые, разных цветов, халаты, с воротниками и без воротников, расшитые золотыми и серебряными нитями...
Торжественно, под клики радостные приветственные, повели невесту в юрту жениха. Процессия девушек шла впереди. Следом двигалась процессия юношей, окружавших Османа, ехавшего верхом на коне, прекрасно украшенном...
В юрте ждал имам, а также и Тундар ждал их, исполнявший роль отца невесты. На низком деревянном резном столе расстелили белую скатерть. На скатерть поставлено было красивое бронзовое зеркало, а по обеим сторонам от зеркала зажжены были в подсвечниках восковые свечи, одна - во имя жениха, другая - во имя невесты. Мать Османа расстегнула на верхней одежде Мальхун все застёжки и развязала все завязки, чтобы жизнь молодой жены протекала легко, словно речная вода гладкая по равнине ровной... Мальхун приблизила к зеркалу лицо и смотрела неотрывно, как положено было, опять же по обычаю... Сначала она видела в поверхности гладкой и золотистой одну лишь себя, свои большие глаза, смотревшие встревоженно, радостно, отчаянно... Но вот посадили жениха, по обычаю, опять же и опять же! Посадили его так, чтобы невеста могла видеть в зеркале и его лицо... И она увидела, что и он смотрит большими глазами; глаза эти были куда темнее её глаз, совсем чёрные, и глядели так же, как и её глаза, - встревоженно, радостно, отчаянно...
На скатерть положили молитвенный коврик и Коран, лепёшку, поставили чашку, наполненную сладким айраном, белый сыр, орехи и дорогое конийское лакомство - сахар - две головки, жёлтые зернистые, твёрдые...
- Какой махр - обеспечение - даёшь ты своей жене? — спросил жениха имам.
Осман уже обговорил этот махр с Эртугрулом.
- Даю для неё такую-то и такую-то часть моего имущества, из того, которое у меня есть и которое случится мне ещё нажить!..
Женщины и мужчины, собравшиеся в юрте как свидетели заключения брачного договора и бракосочетания, переглянулись, потому что жених показал щедрость большую!
Одна из женщин взяла со скатерти сахар и принялась тереть друг о дружку головки сахарные. Она подняла руки с головками сахарными над головой невесты. Лёгкое скрежетанье сопровождало заключение брачного договора...
Имам начал чтение хутбы. Как полагалось при заключении брачного договора, читал он суру «Человек»:
- Во имя Аллаха милостивого, милосердного!
Разве пришёл над человеком срок времени, когда он не был вещью поминаемой. Мы ведь создали человека из капли, смеси, испытывая его, и сделали его слышащим, видящим. Мы ведь повели его по пути либо благородным, либо неверным. Мы ведь приготовили для неверных цепи, узы и огонь. Ведь праведники пьют из сосуда, смесь в котором с кафуром — белой камфарой душистой, с источником, откуда пьют рабы Божии, заставляя литься его течением. Они исполняют обеты и боятся дня, зло которого разлетается. Они кормят едой, несмотря на любовь к ней, бедняка, сироту и пленника: «Мы ведь кормим вас ради лика Божия; не желаем от вас ни воздаяния, ни благодарности! Мы ведь боимся от нашего Господа дня мрачного, грозного». И Аллах избавил их от зла этого дня и дал встретить им блеск и радость. И вознаградил их за то, что они вытерпели, садом и шёлком. Лежа там на седалищах, не увидят они там солнца и мороза. Близка над ними тень их, и снижены плоды их низко. И будут обходить их с сосудами из серебра и кубками хрусталя - хрусталя серебряного, который размеряли они мерой. Будут поить там чашей, смесь в которой с инбирём - источником там, который называется салсабилем. И обходят их отроки вечные, - когда увидишь их, сочтёшь за рассыпанный жемчуг. И когда увидишь, там увидишь благодать и великую власть. На них одеяния зелёные из сундуса и парчи, и украшены они ожерельями из серебра, и напоил их Господь их напитком чистым. Поистине, это для вас награда, и усердие ваше отблагодарено! Поистине, Мы низвели тебе Коран ниспосланием. Терпи же до решения Господа твоего и не повинуйся из них грешнику или неверному! И поминай имя Господа твоего утром, и вечером, и ночью; поклоняйся Ему и восхваляй Его долгой ночью! Ведь эти любят проходящую и оставляют за собой день тяжёлый. Мы сотворили их и укрепили их целость, а если пожелаем, заменим подобными им. Это - поистине, напоминание, и кто пожелает, избирает к своему Господу путь. Но не пожелаете вы, если не пожелает Аллах, - поистине, Аллах - мудрый, знающий! Вводит Он, кого пожелает, в Свою милость, а обидчикам приготовил Он наказание мучительное[245].