— А как же опасения, что о нас все узнают, и это плохо скажется на моей безопасности? — и зачем она снова пыталась язвить, ведь, было же понятно, что ее василиск сделал нужные выводы?
— Думаю, после того, как вся академия имела возможность видеть меня, мечущимся по этажам в поисках тебя, вопрос наших отношений очень быстро станет достоянием общественности, — Аратон несмело ей улыбнулся, и Ади вытянула руку из-под своего одеяла и погладила его по колючей щеке.
— Не надо спать на полу, у тебя большая кровать, — ее истинный улыбнулся немного шире, а в его глазах блеснул недобрый огонек.
— Ты приглашаешь меня к себе? — стоило только приспустить лангерты[37], а ее василиск моментально сделал стойку.
— Нет, Аратон. Я готова спать рядом с тобой, но мне нужно время, чтобы принять все эти изменения и смириться с мыслью, что вокруг моего самца постоянно будут кружиться голодные самки. А еще, я не рискнула принять душ, с магистром Ревалити за стенкой…
***
Аделари стояла под спадающими ей на затылок и плечи горячими струями воды. Она обеими руками упиралась в бледно-голубой с темно-серыми прожилками камень, которым была отделана душевая комната в апартаментах магистра. До сих пор Аделари не могла понять, из каких соображений она вдруг согласилась на просьбу василиска переночевать в его комнате. Вроде бы девушка доступно объяснила, что ему не стоит слишком обольщаться и жать от их совместной ночевки чего-то сказочно-невероятного, просто потому что она еще не готова так сразу переводить их общение на новый уровень. Но вот какие выводы из их сумбурного разговора сделал Аратон, оставалось за рамками ее фантазии, ведь, никакие пусть и слабые протесты не помешали ему, «закинуть ее на плечо» и собственнически уложить спать в своей постели…
И, тем не менее, она с трепетом вспоминала, как две гертьи назад нежилась в его крепкой хватке и ощущала мощные магические потоки, пронизывающие их тела и обогащающие резервы. И ей безумно, как самой настоящей зависимой весталийке[38], хотелось еще хотя бы раз испытать нечто подобное… А еще ей не хватало его поцелуев, горячих, обжигающих, в один миг сметающих ее волю, или вдруг неожиданно нежных и тягучих, как бы смакующих каждый миллиметр ее кожи… Что же делать, если магистр начнет напирать, а она не сумеет ему воспротивиться?
В этот раз Аделари не копалась в купальной комнате, желая дождаться момента, когда ее василиск просто уснет в своей кровати, поэтому она быстро обмылась, привела себя в порядок и надела заботливо предоставленную им пижамную рубашку, так как в ее походном мешке не оказалось даже смутно подходящих случаю предметов гардероба.
Свет в комнате был приглушен, и василиск, натянув на себя пижамные брюки от одного с Ади комплекта и оставив торс неприкрытым, уже растянулся на своей половине кровати. Он лениво поднял голову, мазнув заинтересованным взглядом по ее стройным ножкам, и тут же откинул ей край одеяла, приглашая, наконец, расслабиться и забыться обновляющим магию сном. Девушка нерешительно легла спиной к нему на самый ее край, но потом, вспомнив, как молниеносно в прошлый раз он сгреб ее в охапку, быстро откинулась назад и уставилась в потолок, задрав край одеяла до самого подбородка. Где-то справа от нее раздался недовольный хмык накрывающегося своим неизменным теплым пледом магистра.
Да, Аратон держал свое слово не форсировать развитие их отношений, и даже не попытался поцеловать ее перед сном, или легко приобнять, пусть даже поверх хорошо взбитого одеяла, но это почему-то совсем не радовало и не способствовало тому, чтобы действительно уставшая девушка, наконец, уже провалилась в мир своих сновидений. Полежав несколько шестидесятых в неудобной для себя позе, и чувствуя на щеке зудящий пристальный взгляд василиска, она все же не выдержала и повернулась к нему лицом, тут же провалившись в два обволакивающе-манящих темно-шоколадных омута.
— Тоже не спится? — голос истинного звучал надтреснуто.
Аделари в ответ закусила губу, стараясь придумать достойный ответ.
— Не делай так, — он хищно прищурился, разглядывая ее рот. — Для меня это прямой призыв к активным действиям по захвату условного противника.
Аделари удивленно охнула и немного отпряла от слишком уж давящего на нее взгляда, но василиск в секунду сменил выражение своего лица и с совершенно невозмутимым видом предложил поболтать.
— Что тебе бы хотелось узнать обо мне? — он выпутал свою руку из пледа и аккуратно коснулся кончиками пальцев ее лица, прикрывая глаза и смакуя это легкое прикосновение.
— Хмм… Я боюсь, что если спрошу, то испорчу этот момент, и… ты все равно не ответишь… — неуверенно протянула Ади.
— А ты попробуй… — промурлыкал василиск, выписывая своими пальцами замысловатые узоры на ее коже, и уже пробираясь куда-то по направлению к шее.
Аделари задумалась, долгое время, ее не покидал вопрос, что за портрет она нашла в одном из кухонных шкафчиков в доме ее истинного. Но спрашивать, и тем самым признаваться, что она без разрешения копалась в его вещах, выглядело слишком уж позорным. Тогда девушка решила зайти с другой стороны, вспомнив, что именно он рассказывал о своем решении стать наставником факультета существ.
— В самом начале Зимней ночи, ты говорил, что решил принять свой пост, чтобы быстрее покончить с… — она замялась. В тот раз сам василиск не закончил это предложение, и ей было как-то не по себе сделать это за него.
Магистр же нахмурился и убрал руку от ее лица.
— Моя Аделари, — сказал он после небольшой паузы. — Я готов рассказать тебе эту историю, но боюсь, что еще одна моя неуместная откровенность плохо скажется на наших только установившихся доверительных отношениях.
— Я не какая-нибудь трепетная ланьетка, — прошептала Ади, немного пододвигаясь к своему истинному.
— Хорошо… — задумчиво проговорил Аратон и вытянул свою руку, приглашая девушку лечь к нему еще плотнее. — Тогда предлагаю устроиться удобнее.
Ади поздно поняла, что хитрый самец снова ее переиграл. Теперь она узнает правду, только в том случае, если примет его условия. Девушка поколебалась несколько мгновений, а потом решилась рискнуть.
Уже через шестидесятыху она лежала головой на его плече, а крепкая рука василиска собственнически вжимала ее тело в свой горячий бок.
Глава 23
— Это произошло около десяти лет назад, когда мне еще не было и тридцати, и я по глупости верил, что даже последний в мире василиск тоже заслуживает найти свое счастье. На тот момент я арендовал небольшой домик недалеко от особняка моего дядюшки в Кастарде, подрабатывал в его магической лавке и с увлечением принимал участие во всех, предпринимаемых им «запрещенных» исследованиях. С Юреусом Ревалити мы были знакомы с детства, вернее с того самого момента, как после смерти моих родителей я, их единственный наследник, перебрался под крыло мастера Терра. Как ни странно, семья Ревалити была чуть ли не единственной на нашей улице, кто не приходил в благоговейный ужас при одном только виде идущего им навстречу василиска…
Аратон горько хмыкнул и замолчал, крепко сжав плечо девушки. Аделари вздрогнула от неожиданности, а через миг ощутила ласковое поглаживание травмированной кожи. Она глубоко вздохнула и обняла своего василиска в ответ.
— Моя милая, мудрая, маленькая девочка, — выдохнул ей в макушку ее самец, — ты не представляешь, каково было жить, видя изо дня в день страх в глазах каждого проходящего мимо тебя человечка… Собственно, поэтому мы и сдружились с Юреусом, хотя, он, конечно, был прилично меня старше… Его сестра с самого детства обучалась в разных пансионах для одаренных человечек, поэтому мы почти с ней не виделись. Дело в том, что у Юлаи, как и у тебя был очень редкий дар, она владела всеми видами стихийной магии, и родители тратили кучу средств и сил, чтобы развить в ней все заложенные способности. А когда она, повзрослевшая и вступившая в самостоятельный возраст, наконец, вернулась в родной дом, я понял, что пропал…
37
приспустить лангерты — элемент упряжки тягловых олвов(тягловые олвы — крупный рогатый скот, используемый человеками для обработки полей),заимствовано из выражения «ослабить вожжи»
38
зависимая весталийка — жительница Весталии, после брачного обряда попадавшая в полное магическое подчинение выбранного ей мужа;