— Выманить его из города не удастся? — все же не унимался Кречет. — Мы такие засады тоже умеем делать, бывало не раз, опыт имеется хороший!
— Без сильного хирда Драгомир из города не выйдет! — покачал головой Хельги. — И не в обиду тебе, Ратибор, и твоим воинам, но те, что вы били — пожиже были. А с князем элита пойдет. Там и моим лучшим хирдманам не совладать! Нет, сделаем, как задумали — с наскока попытаемся город взять. Если не выйдет, то в осаду возьмем. Людей у меня уже достаточно — сотен пять точно смогу привести. Хускарлов, не ополчения в обмотках с вилами и дубинами.
Белый Кречет скривился от досады и выхлебал залпом целый бокал вина. Красивый, надо отметить бокал — цвета морской волны, из венецианского стекла изготовленный. Из трофеев Ратибора, взятых в походе к поморянам.
— Ты не расстраивайся, Ратибор! Вам работа тоже найдется, — успокоил хевдинга Хельги. — Ослабить-то Драгомира можно и, даже, нужно! Например, пару верных бояр устранить, кого-то из дружины — хевдингов, хольдов. Купчишек на дорогах пощипать, которые Драгомиру наиболее лояльны. Да и собственных драгомировых купцов тоже побить не помешает. Есть же такие у князя?
— Есть, как не быть! И мы про них много знаем — сотник Ходота не зря с нами подружился! — воодушевился идеей Ратибор. — Связи, контакты, торговля — все про князя ведаем. Ну, или почти все. Так что организуем внутренний террор в лучшем виде!
В зал вбежал молодой парнишка, отрок Ратибора по имени Мал. Хельги запомнил его, потому что вчера Кречет представил того, как родича и толкового дренга. Прошептав несколько слов на ухо своему хевдингу, парень сунул тому в руку что-то мелкое и убежал.
— Тебе письмо, Хельги! Голубиной почтой прислали, из Ладоги. Мы с Вацлавом тоже давно наладили связь таким образом, вот от него записка! — Ратибор протянул маленький пергамент, свернутый в трубочку, конунгу.
— Да, спасибо братьям бар Кофинам, что голубей привезли. Теперь мы их разводим и организовали с вами канал обмена информацией. Полезно очень, без всякого сомнения! У меня отдельный дренг ими занимается, почтарь хирда! А у тебя как, Ратибор?
— У меня так же — отрок голубями ведает. А мой кречет Гром перехватывает вражеских птиц! — усмехнулся хевдинг.
— Вот как! Интересно. Покажешь кречета? — заинтересовался Хельги.
— Обученная птица, не раз меня выручал. Конечно, покажу!
Конунг, тем временем, развернул мелкую записочку и внимательно прочитал текст, написанный мелкими буквицами. Нахмурился.
— На княжну покушение произошло. Но отбились. И убийцу схватили живым.
Все присутствующие ахнули.
— Спокойно! Говорю же, жива и здорова княжна полоцкая! — успокоил всех конунг. — Ромей по имени Афанасий знаком вам? Он здесь недавно появился, но уже к Драгомиру примкнул. Это покушение — его рук дело!
— Не слышали про такого, — ответил за всех Ратибор. — Но я узнаю. Для начала у моего лекаря спросим. Он тоже ромей по происхождению, может быть с соплеменником знаком уже. Нечасто ромеи так далеко от своих земель забираются. Если купцов не считать, конечно.
— Я позову Герасима! — Беляй встал из-за стола и вышел из дома.
— Ромей этот ранее боярину Пожеге служил, который Альдейгью под себя подмять хотел, — рассказал Хельги. — Когда я боярина этого зарубил, ромей на меня покушался — из лука стрелял, засаду в городе организовал. Мы его холопа схватили, тот и разговорился. Сам Афанасий смог уйти. А теперь, значит, он здесь появился и на Ингигерду покушение спланировал, пес ромейский!
Конунг отхлебнул изрядную порцию местного пива, которое варили валькирии Ратибора, уж очень оно ему понравилось.
— Вот и первое задание вам нарисовалось, друже Ратибор! — вытерев усы с бородой, продолжил Хельги. — Ромея этого нужно выкрасть по-тихому. И ко мне доставить. Там с ним и побеседуем. У меня такие специалисты есть для разговоров по душам! Немых разговорить сумеют!
В дом вернулся Беляй. За ним вошел седой взлохмаченный человек с выпученными глазами. На поясе его висели пара ножей с костяными ручками, в расшитых рунами чехлах, и множество кожаных и тряпичных подсумков и кисетов с травами и разными снадобьями. В то же время, одет он был очень строго и аккуратно, создавая образ настоящего ученого мужа. Пахло от человека приятно — какими-то травами. Одним словом, лекарь.
— Герасим! Расскажи нам, знаешь ли ты ромея Афанасия, появившегося в Полоцке недавно? — спросил лекаря Ратибор.
— Знаю такого, — не раздумывая, на чистом славянском ответил Герасим. — Нас познакомил купец Мокша, его лавка на торге рядом с нашей. С месяц назад этот Афанасий появился. Сразу подворье себе купил, неподалеку от ворот детинца, в хорошем квартале. Небольшое, но удобное. Злата у него в достатке, так Мокша говорил. Он же Афанасию с подворьем помогал. Еще купец говорил, что Афанасий этот князю приглянулся чем-то, и он его то ли ключником взял, то ли тиуном каким, не знаю точно. Мокша меня Афанасию и представил, когда тот на торг пришел коня покупать. Не понравился Афанасий мне — скользкий какой-то, хитрый. Я на таких в Херсонесе28 насмотрелся, при дворе протевона29 много подобных типов околачивается. Но видно, что воин не из последних — знает, как оружием пользоваться. И очень опасен!