— Если так, то не только партия и ее кандидат виноваты в этом, — возразил Магат. — Виноват также и народ, тот самый маленький человек, о котором вы только что упомянули. — Ведь недаром говорят, что всякий народ достоин своего правительства.
— Однако же большая часть вины лежит на политических лидерах, которые хотят, чтобы народ оставался невежественным и забитым. Ведь если не…
— А не думаете ли вы, что деятели, организовавшие Макапили, входят в ваши пятнадцать процентов? — решительно парировал Магат.
Андрес широко раскрыл глаза, затем зажмурился и принялся озабоченно тереть лоб.
— Известно, что многие активные пособники японцев стремились попросту побольше урвать для себя, — признал Андрес. — Они руководствовались шкурными интересами. Однако погоду в Макапили делали не они, а мы, рядовые члены.
— Япония руководствовалась отнюдь не добрыми намерениями, поэтому любая помощь ей являлась злом… Вы вместе с японцами боролись против партизан. А ведь партизаны — плоть от плоти простого народа. Поглядите на мое лицо и руки. — Магат показал свои ладони. — Я сын крестьянина. И если я чему-то научился в жизни, то только благодаря своему усердию.
— Мы боролись за возвращение к тому, как было когда-то, — сказал макапили. — Все жертвы напрасны, если филиппинский народ вернется к своему довоенному состоянию, потому что, если выиграет Америка, — а она выиграла, — то мы снова станем пленниками доллара. Но если бы выиграла Япония, мы, конечно, не были бы свободными, но у нас оставались бы надежды на перемены. Перемены, которых ждут, которые нужны восьмидесяти пяти процентам населения нашей страны.
— Если так, то вас, стало быть, огорчает поражение Японии? — резко спросил Магат.
— Господин Магат, война началась не по нашей вине. Как и все филиппинцы, мы хотим мира.
— И вас не смущает, что победили американцы?
— Мы надеемся, что и победитель и побежденный, в первую очередь победитель, конечно, извлекут из войны урок. Теперь у них, по крайней мере, есть возможность исправить свои ошибки. Хочется верить, что воцарится справедливость и не останется места сведению счетов. Думается, что пережитое пойдет всем нам на пользу.
— Так должно быть, — убежденно согласился Магат.
Постепенно Магат проникся уважением к Андресу. «В конце концов, — думал он, — наши взгляды по самым важным вопросам довольно близки. Жаль, что такой незаурядный человек сделался членом Макапили, а не примкнул к партизанам».
Магат объявил Андресу и его людям, что их поместят в муниципальную тюрьму и будут там держать вплоть до выяснения, чем они занимались во время службы в Макапили: не чинили ли зверств над мирными жителями.
— Можно по-разному служить своей стране, — сказал Андрес. — Единственно, чего мы хотим, так это справедливости.
Магат ничего не ответил на это. Он вызвал своего заместителя и приказал ему препроводить Андреса в тюрьму, а когда за Андресом закрылась дверь, партизан подумал, что, если бы ему довелось вершить правосудие, он не смог бы вынести суровый приговор этому макапили, сумевшему внушить ему такое уважение.
Глава четырнадцатая
Приход американцев не очень обескуражил дона Сегундо Монтеро. Уж если ему удалось поладить с коварными и хитрыми японцами, то к простодушным американцам он как-нибудь сумеет найти подход. Однако поначалу, когда партизаны обрушили свой гнев на коллаборационистов, он основательно струхнул. Ему даже пришлось покинуть собственный дом и искать прибежища у одного из близких друзей, умудрявшегося искусно лавировать между японцами и партизанами. Друг дона Сегундо свел его с командиром одного партизанского отряда, штаб которого теперь размещался в самой Маниле. Нередко во главе подобных отрядов оказывались бывшие офицеры ЮСАФФЕ[36], прикинувшиеся пособниками японцев для того, чтобы выбраться живыми из лагерей смерти для военнопленных в Капасе. Как правило, едва очутившись на свободе, они немедленно включались в борьбу против японцев. Их мнимое сотрудничество с оккупантами было очевидно для окружающих. В самом деле — разве не они героически сражались на Батаане? Разве не они прошли от начала до конца Марш смерти и только чудом остались в живых? Разве не они так долго томились в концлагере в Капасе? Вот почему все верили, что их помощь японцам в установлении марионеточной республики на оккупированных Филиппинах служила всего лишь маскировкой, позволявшей вести активную разведывательную и подрывную работу.
36
Юсаффе — USAFFE (United States Armed Forces in the Far East) — вооруженные силы, оставленные американцами на Филиппинах после вторжения японцев для осуществления диверсионной и разведывательной деятельности.