Выбрать главу

Особенно важно вернуться к традиции святых отцов. Вам намного легче, у вас уже многие святоотеческие труды переведены, вы читаете их в русском переводе. У сербов этого нет. Я начинал читать отцов в русском переводе. Тогда у нас было переведено очень мало, но сейчас уже больше, и работа продолжается. Без знания наследия святых отцов вряд ли возможно возрождение богословия. И кроме того, нельзя ограничиваться только чтением. Богослов не значит хороший начетник, кто читал много книг. Нам необходима благодать Божия и жизнь. Святой Григорий Палама сначала плохо учился. Он молился Богородице: «Просвети мою тьму!» — и получил просимое, стал великим богословом. Дай Бог и вам учиться, но всегда с жизнью. Как говорил митрополит Филарет, жизнь все время свидетельствует. Так что Бог даст по сердцу, по смирению, по труду, по борьбе, по подвигу. Это не бывает сразу, нельзя всего достичь и все получить быстро. Нужно пройти курс в школах, в академиях. Нужно сдать экзамены, нужно освоить программу. Но необходимо и самообразование. Человеческая жизнь такова, что надо быть осторожным, трудолюбивым и надо подвизаться. Вообще ничто не дается просто так, и слава Богу. Как говорили святые отцы, Бог больше наивных Адамов не принимает в рай. Надо пройти большой путь подвига. Но не забудьте, дорогие, что богословие нужно. Не абстрактное, как если бы кто-то просто читал книги и стал мудрецом. Святой Максим так говорит о богословии: «Бог сказал Адаму: возделывай землю и питайся хлебом от земли. Это наше бытие, душа и тело. Вот это наша земля. Делай себя, обрабатывай себя, чтобы есть хлеб богословия».

— Владыка, как Православная Церковь относится к войне? Как участие в военных действиях соотносится с заповедью не убий?

— Знаете, история непрямолинейна. Наш православный опыт в том, что мы должны бороться. Нас обвиняли, Сербскую Церковь и меня лично: «Что это вы говорили?» Даже перед патриархом я ругал некоторых белградских интеллектуалов. Патриарх собирал, они приходили, часто были заседания иерархии, и было трудно. Я им предлагаю: «Дорогие, придите в мою епархию, там будем говорить с вами!» Один мой белградский друг, писатель, христианин, говорит мне: «Как же ты можешь одобрять то, что там происходит: разрушают мечети, хватают мусульман?» Было много клеветы, но и много зла. Мы и не скрываем. Я ему говорю: «Дорогой, приди ко мне, мы там будем говорить, а не здесь. Я не твой епископ, и ты мне не будешь читать лекции!» И он замолчал.

Если бы во время войны я не был в рясе, не был священником, владыкой, я бы взял оружие и боролся. Кто-то другой пусть пойдет молиться на горе или еще что-то, а я бы так делал. И пусть на Суде Божием буду как последний пустынник и молитвенник. Невозможно это определить. Во время нашего страдания под турками что мы претерпели? Тридцать восстаний в Сербии было, и никогда нам не давали освободиться, и сейчас не дают, и все время навязывают свою волю. Мы не должны воевать, а они могут развязать войну? Американцы могут? Вот сейчас эти господа из Гааги делают все, что велят американцы. Убивают мирных людей, и американцы говорят: «Это нормально».

Это война. Когда возьмешь «Калашников», то первой жертвой этого «Калашникова» будешь ты сам. Ты уже не сможешь остаться нормальным. Надо быть искренним и смотреть правде в глаза: не может быть нормальным человек после этого. Я видел войну, исповедовал людей, которые защищали свой народ! Помните «Три разговора» Соловьева? Читайте их, это лучшее из того, что он написал. Много у него дурачества: «Римская империя и папа», «Вселенская Церковь» и так далее. Но «Три разговора» — лучшее. Почитайте.

Господин Толстой говорил: не противься злу. Он это из-за суеты говорил. Но я не буду здесь теорию излагать. Никому нельзя дать рецепт, вроде того, какой вам выпишет доктор. Но я скажу другую вещь. И этим, в Женеве, говорил. Они спрашивают: «Как это ты говоришь, что сербский народ Божий?» — «Ну да, Божий народ». — «А войну ведет!» А Израиль что сделал? Был Божий народ и воевал. Мой народ Божий.

Да, он грешный, но Бог не имеет другого народа на этой территории, кроме того, который я имею, и это Божий народ. Бог в мир и пришел именно такой народ спасать. Вы знаете, какое лицемерие у этого Фишера из Швейцарии[15]. Они прислали помощь из Швейцарии, 2000 маленьких пакетиков, и следили, кому я буду их раздавать. Я давал всем, и мусульманам, и хорватам, но там их было немного, они ушли!

вернуться

15

Жан Фишер исполнял обязанности Генерального секретаря Конференции европейских Церквей (КЕЦ).