«Призраки» моментально оказались возле лежащей баронессы с обнажёнными клинками, которые раскалились холодным белым пламенем. Яна накинула «невод», чтобы наёмница не могла пошевелиться, а Никита выкрикнул демонов. Мечущиеся от высасывающей их силы энергии, они подхватили людей и рванули прочь, через инфернальную тропку прямиком в Явь. Вышвырнув их из непроницаемой воронки на бетонный пол, тут же умчались в Ледяные Пустоши зализывать астральные раны.
Никите хватило несколько секунд, что открыть все каналы для поступающей извне энергии, и как только он почувствовал в себе возможность не только шевелиться, но и отдавать Силу, встал на колени перед едва дышащей Стеллиной. Необходимо было нащупать центральный канал в её аурном контуре и начать напитывать его энергией. Неважно, какой: водной, огненной, или земной. Сейчас стоял вопрос выживания ватиканской агентессы. Ромка, Немец, Туман и Винт мгновенно сообразили, что нужно делать, и, оттащив обессиленных, опустошённых «призраков» и чародейку в сторону, окружили тело Стефании Сегрейв. Получив мощную подпитку, она дёрнулась, как после удара током, потом её выгнуло от мириада уколов, лицо налилось румянцем, и даже морщинки куда-то исчезли.
— Достаточно! — приказал Никита и опустился задом на пол, глядя на баронессу. — Как бы плохо даме не стало.
Переизбыток маны, которую сейчас получила Стефания, мог сыграть плохую роль. Остатки негативной энергии Изнанки ещё пытались сопротивляться и закупорить каналы, но золотисто-жёлтые потоки постепенно выдавливали их наружу, заставляя раствориться в пространстве Яви.
— Мы её спасли? — раздался дрожащий голос Яны, пришедшей в себя. К ней бросился Роман и крепко обнял, щедро делясь своей Силой.
— Будет жить, — ответил капитан Севостьянов, с удовольствием защёлкивая на запястьях баронессы наручники. Кивнул своему напарнику: — Помоги поднять.
Они легко вздёрнули на ноги баронессу, которая до сих пор не могла поверить, что попалась в руки русских. В её глазах стояло разочарование и злость.
— Вы в порядке, мадам? — легонько похлопал её по щекам Севостьянов, сугубо ради того, чтобы привести в чувство. И едва не поплатился пальцами, в которые Стефания попыталась вцепиться зубами.
— Brutto figlio di puttana bastardo![15] — выкрикнула она с невероятной экспрессией, сверкая взглядом серых глаз с золотисто-синими крапинками на радужке.
В молодости баронесса была невероятно красивой, глядя на неё, подумал Никита, как и все итальянки, которых боги одарили внешностью и фигурой. В густых волосах цвета воронова крыла едва-едва просвечивали серебристые нити, придавая женщине шарм. Почему итальянка? А раскололся Матео Висконти, признался, что Стеллина в девичестве носила фамилию Лето. Стефания Лето вышла замуж в двадцать пять лет за швейцарского богача Энцо Сегрейва, оказавшегося связанным с английской разведкой. Только вот он не знал, что красавица-жена давно завербована ватиканской «Опус деи» и активно работает под прикрытием религиозного движения. А «Опус деи» работает только на себя, и никогда — ни на кого. Никто никогда не умудрился и не смог использовать ватиканские спецслужбы в своих целях. Это они всегда используют всех.
— В порядке, если ругается! — расплылся в улыбке капитан.
— Она тебя сукиным сыном обозвала, — усмехнулся Никита. — Причём, уродливым.
— Ну и ладно, переживём. Главное, птичка теперь в наших руках.
— Нужно проверить, есть ли у неё амулеты или ещё какая холера, — предупредил Никита. — Яна, возьмёшь на себя роль надзирательницы?
— Конечно, — чародейка мило улыбнулась, но взгляд её не сулил ничего хорошего для пленницы.
Баронесса окончательно пришла в себя и, кажется, поняла, о чём разговаривают русские. Возможно, она даже понимала разговорную речь, освоенную с помощью лингво-мага, но проверить это не представлялось возможным. Более того, Стефания разразилась каскадом английских и итальянских ругательств, что совсем не красило женщину такой внешности.
Никита резко хлопнул её по лбу, раскрывая «сонный» скрипт точечным ударом. Баронесса мгновенно закатила глаза и стала оседать на пол, но контрразведчики успели подхватить её.
— Несите её в камеру, — приказал он «призракам». — Яна, пока эта склочная дама спит, досконально проверь всю одежду на наличие закладок. Если надо, раздевай. Я хочу убедиться, что на теле нет никаких сюрпризов в виде рунической татуировки.
— Я поняла, — кивнула девушка. — Сколько времени она будет спать?
— Час, — успокоил платиновую чародейку, чьи волосы из потускневших прядей вновь белоснежно засверкали даже в скудном освещении секции.