Об этом он и не подумал, ведь он никогда… он бы ни за что, этого не может быть. Ак Торгу. И её мать. За скалой, в одном исподнем. И он, чурбан, дурачина, зассанец, посмешище для духов, пьющих водку. Наполовину без сознания, он пробрел мимо них и, как ни отворачивался, но увидел достаточно, чтобы картина — две обернувшиеся к нему полуобнажённые, между ними — сумка, навсегда врезалась в память. Вроде бы они, отойдя от испуга, рассмеялись и помахали ему руками, дразнясь, но он этого не воспринял, и как его встретил Артём, тоже не помнил.
Только когда они проехали полдороги по кроткой речке, когда певица позвала его, наклонилась почти так же близко к нему, как и он к ней; только когда она заверила его, что это особая радость, что он поехал с ними (а её мать истово кивала) — только тогда Блейель позволил себе вернуться к жизни. Щурясь, он почтительно посмотрел в лицо Ак Торгу, на сверкающую воду, позолоченную тайгу, и быстро затараторил, перекрывая рёв мотора, мешанину из английского и русского, пытаясь выразить, как ему понравилась и сама легенда, и то, как она её рассказала.
— Аржан, — ответила она и повторила несколько раз, всё громче и чётче, пока он не повторил за ней, аржан.
— Ну! Ну! — ответила она и сообщила переводчику, что «аржан» — шорское название Холодных ключей.
Новые слова. Аржан. Кара-Том. А как назывался тот мыс, где встретились эти двое? А упрямая вдова? Для одного раза информации было многовато, но он надеялся, что позже что-нибудь ещё вспомнит. Кормление костра. Его желания на ветках пихты. И та стрекоза. На него напал смех, он сжал губы, но его распирало, словно он укусил лимон. Соня обернулась, посмотрела на него и улыбнулась. Как далеко прошёл логистик из Штутгарта на пути в глухомань? Ещё недалеко. Главное, что дороги назад уже нет. Шаманка открыла ему новый мир, и он переступил порог. Сделал два-три шага — и заметил, что дверь за его спиной захлопнулась. Какое счастье. Силы на берегах. Духи-хранители. Они появились вместе с местом, где жили. Он чувствовал их, они давали о себе знать. Может быть, как покалывание на коже. Логистик этого в жизни бы не почувствовал. Но логистика он с себя стряхнул, самое позднее, в болоте. Новый Матиас Блейель беспечно, с любопытством шёл на ощупь по волшебному миру. Особые места, самые важные вехи. Рождение, совершеннолетие, Горная Шория, Холодные ключи. Главное — не отупеть от счастья.
Описав широкую дугу, лодочник пошёл к пристани — плоскому каменистому берегу, где уже не было никаких духов, зато рядышком покачивались более дюжины деревянных лодок. Вечернее небо вовсю сияло сиреневым светом, тайга утонула в темноте. Вернувшись в Чувашку и пройдя через ворота, Блейель увидел на веранде, на бельевой верёвке, волчью шкуру и волосяную плётку. Он отстал от других, прикоснулся к жесткому меху, потрогал клыки и жёлтые стеклянные глаза. Но плётка напомнила о чём-то неприятном, и он поскорее развернулся и пошёл в дом, к остальным.
Они сидели той же компанией, что и вчера, и пили чай с шоколадками. Саша уехал в Мыски, где его ждали жена и дети.
— Ак Торгу, — обратился к ней Блейель, — White Silk[44] — Катя?
— Да, да, Катя, — ответила за неё Татьяна, — Катя Сабанова.
— Катя… Сабанова?
— Юрий Сабанов! — лучезарно улыбнулся Юрий, положив ладонь себе на грудь, и вышел из комнаты.
— Да, White Silk, — ответила певица, — Ак Торгу, White Silk. And what is Blejel?[45]
У него пробежали мурашки, когда она произнесла его фамилию. Но что означает Блейель? Очень долго он считал, что это вообще ничего не значит, и никогда на эту тему не задумывался. В школе его дразнили Плейелем, спасибо, ещё, что не цыпой. Только Илька показала ему статью в толковом словаре. Валёк, деревянная колотушка, чтобы отбивать мокрое бельё. Но как это сказать по-английски? Он вспомнил волчью шкуру на бельевой верёвке.
— Bleuel is very happy,[46] — ответил он.
Тут снова вошёл Юрий, замахал руками и закричал: «Баня, баня!»
Блейель снова занервничал, но перед глазами всплыла Ак Торгу в нижнем белье. Какое везение, что Юрий тут же поставил на стол несколько банок пива, купленных в деревне по пути. И охотник за духами узнал, что в баню пойдут парами, сначала Ак Торгу с Соней, потом они с Артёмом.
— И только одну банку пива наперёд, слышишь? Я хотел бы обойтись без массажа сердца. Сам-то я выпью две, потому что мне кажется, что пора расставить точки над «и».