— Нет, Лоренцо, у меня нет друзей в Италии.
— Но вы бывали здесь раньше.
— Четверть века назад, никто и не вспомнит меня.
— А у меня здесь есть друзья, — произнес Лэдди гордо. — И Бартоломео познакомился с кем-то, когда приезжал сюда на Кубок мира.
— Это здорово, — сказал Эйдан, — но я лучше пойду и узнаю, кто хочет со мной поговорить.
— Папа?
— Бриджит? Все в порядке?
— Да, сегодня такой хороший вечер, и мы хотим прогуляться и чего-нибудь выпить.
— Отлично. — Бриджит… ты что-то хотела сказать?
— Папа, может, это глупо, но какая-то женщина два раза приходила и спрашивала, в каком отеле ты остановился. Может, ничего такого, но мне это не понравилось.
— Она сказала, зачем ей это?
— Она сказала, что хочет что-то спросить, но мне показалось это странным, и я не дала ей адрес, а попросила оставить для тебя сообщение, а она сказала, что ей нужно поговорить с моим боссом.
— И что?
— Она пошла к нему, и он дал ей название отеля.
— Она должна знать меня, раз ей известно мое имя.
— Нет, я видела, что она прочитала мое имя на табличке. Просто я хотела тебе сказать…
— Скажи, Бриджит.
— В общем, это как-то странно, так что имей в виду.
— Спасибо большое, моя дорогая Бриджит, — сказал он и осознал, как давно он так не называл ее.
Стоял теплый вечер, и они вышли прогуляться по Риму.
— Сегодня мы просто пройдемся, выпьем чего-нибудь, погуляем по красивой площади, а завтра посмотрим культурные достопримечательности, а кто захочет, может остаться в отеле и отдохнуть.
Синьора напомнила, что каждый решает для себя, чего он хочет, но по глазам поняла, что никто не собирается сидеть в отеле. Они расположились в красивом месте и смотрели, как ночь опускается на Рим.
Синьора спросила у Эйдана:
— Вам позвонили, ничего не случилось?
— Нет-нет, просто Бриджит звонила, чтобы узнать, как мы добрались и устроились в отеле. Я сказал, что все замечательно.
— Она действительно хочет, чтобы у нас все было хорошо.
— Так и будет. — Они сидели и пили кофе, кто-то заказал пиво, кто-то граппу. Синьора сказала, что здесь цены установлены специально для туристов, и посоветовала заказать немного, чтобы не тратить деньги. Лучше оставить их и купить что-то, когда они отправятся во Флоренцию и Сиену. Все заулыбались, когда она упомянула эти названия. Никто не верил до конца, что они уже в Италии и начинается их viaggio.
— Да, наша поездка пройдет успешно, Эйдан, — сказала Синьора.
— Да, Бриджит еще кое-что сказала, я просто не хотел докучать, но какая-то сумасшедшая женщина приходила в агентство и хотела узнать, где мы остановились. Бриджит подумала, что от нее могут быть неприятности.
Синьора пожала плечами:
— Нас здесь много, думаю, нам ничто не угрожает.
Они направились к фонтану, и Эйдан протянул ей руку.
— Приходила ваша подруга, синьор Дьюн, — сообщила синьора Бона Сэра.
— Подруга?
— Леди из Ирландии. Она только хотела проверить, тот ли это отель, в котором вы остановились.
— Она представилась? — спросил Эйдан.
— Нет, только поинтересовалась, все ли остановились здесь. Я сказала, что завтра утром вы едете на обзорную экскурсию. Все правильно, да?
— Все верно, — ответил Эйдан.
— Она не показалась вам странной? — спросил он осторожно.
— Странной, синьор Дьюн?
— Pazza, — объяснила Синьора.
— Нет, нет, совсем не pazza.
— Тогда хорошо, — сказал Эйдан.
— Тогда хорошо, — улыбнулась ему Синьора.
Молодые люди улыбнулись бы, узнав, как много для них значило сидеть, взявшись за руки, и смотреть на звезды, появившиеся на небе над площадью Навона.
Во время автобусной экскурсии они посмотрели Рим, а потом решили погулять по городу, открыть для себя необыкновенные места. Никому не хотелось тратить несколько часов в музее Ватикана.
Они позавтракали в отеле, и Синьора сказала, что днем они могут сами перекусить, а вечером будет ужин в ресторане недалеко от отеля.
Синьора и Эйдан весь день были заняты обсуждением автобусного маршрута, общаясь с водителем, и они ни разу не вспомнили о женщине, искавшей его.
Будет ли у них время, чтобы выйти и бросить монетку в знаменитый фонтан Треви? А найдет ли водитель место для парковки?
После экскурсии у них было еще два часа свободного времени, чтобы погулять перед ужином. Синьора отправилась в ресторан, оставив в номере спящую Кони. Она хотела составить меню и обо всем договориться.
На двери она увидела приклеенную записку: morte in famiglia[19]. Синьора пришла в ярость. Почему бы кому-то из членов семьи не умереть в другой раз? Почему кто-то должен умереть в тот момент, когда сорок два ирландца как раз собрались на ужин? Синьора не чувствовала расстройства, только злость. Что за глупые шутки!