— Сейчас я ухожу, — сказала Гранья, — так что передай папе, что я не приду сегодня, и он может запирать дверь.
Но их отец вряд ли спешил домой.
Эйдан Дьюн пошел в школу на всякий случай, вдруг встретит там Синьору, но там все было заперто. Одна она никогда не ходила в паб. Он никогда не звонил ей в дом Салливанов, потому и сейчас не мог этого сделать.
Но он очень хотел встретиться с ней перед Рождеством, чтобы отдать маленький подарок. Это был медальон с изображением лица Леонардо да Винчи внутри. И хотя медальон не был дорогим, он казался весьма подходящим подарком.
Как-то раз она сказала, что в конце дороги, проходящей мимо ее дома, есть каменный выступ, где она иногда сидит, смотрит на горы и размышляет о том, как же изменилась жизнь. Возможно, сегодня вечером она окажется там.
Эйдан шел мимо домов, в окнах которых горели рождественские огни. Должно быть, в Италии, где жила Синьора, Рождество праздновали совсем по-другому.
Она сидела там очень тихо и, казалось, не сильно удивилась, когда он сел рядом с ней.
— Я принес вам рождественский подарок, — сказал он.
— А я принесла вам, — сказала она, держа большой сверток.
— Мы откроем их сейчас? — с нетерпением в голосе спросил он.
— А почему бы и нет?
Они обменялись подарками. Синьора приготовила для него большую итальянскую тарелку, расписанную желтыми, золотыми и пурпурными цветами — как раз отлично подходящую для его комнаты. Потом они поблагодарили друг друга и сели, как подростки, не зная, как быть дальше.
Стало холодать, и они поднялись одновременно.
— Buon natale[12], Синьора. — Он поцеловал ее в щеку.
— Buon natale, Эйдан, caro mio, — сказала она.
Накануне Рождества склад бытовой техники работал допоздна. Почему люди ждали так долго, чтобы решиться купить мясорубку, видео или электрический чайник? Лу весь день ждал конца рабочего дня, и как раз в это время появился Робин. На этот раз Лу почему-то ожидал его.
— С Рождеством тебя, Лу.
— Buon natale, Робин.
— Что это значит?
— Это итальянский, который ты заставил меня учить, а я теперь с трудом думаю по-английски.
— Ладно, я пришел сказать тебе, что ты можешь выйти из игры в любое время, — сказал Робин.
— Что?
— Правда. Но помни, люди остались довольны твоей работой, тем, как ты все сумел организовать.
— Но последний раз? — Лу побледнел.
— А что такое?
— Коробки до сих пор стоят там, — сказал Лу.
— Ты шутишь?
— Как я могу шутить с этим? В четверг никто не пришел.
— Ладно, разберемся.
— А что у тебя в ящике?
— Это телевизор для тебя и Сьюзи.
— Я не могу его взять. Она может догадаться, что он ворованный.
— Как она догадается? — Робин был настойчив.
— Нет, ты понимаешь, о чем я. Я пойду и отнесу его в твою машину.
— Я собирался подвезти тебя вместе с рождественским подарком до ее дома.
Лу знал, что со Сьюзи этот номер не пройдет и она обязательно устроит допрос.
— Подожди, я получу зарплату и еще надо решить вопрос со школой.
Лу присоединился к ребятам, которые получали деньги, а потом вернулся.
— У меня есть ключ от школы, но кто знает, вдруг наткнемся там на какого-нибудь лунатика.
Он достал ключ, который носил с собой с того дня, когда стащил его у Синьоры.
— А ты смышленый парень, Лу.
— Уж посмышленей тех ребят, которые не предупредили меня, что парень в капюшоне не придет. — Сейчас он был зол, агрессивен и говорил испуганно. Он сидел с преступником в машине, припаркованной около его работы, а рядом стоял огромный телевизор, который он не мог принять. Он выкрал ключи и оставил наркотики в школьном помещении. И он совершенно не чувствовал себя смышленым парнем, наоборот, он чувствовал себя круглым дураком.
— Ну, что поделаешь, с людьми всегда бывают проблемы. Он больше не будет работать.
— Что с ним случится? — со страхом спросил Лу. Почему-то ему в голову пришла мысль, что его убьют, скинув с моста в реку, повесив на шею тяжелый булыжник.
— Я же сказал, он просто больше не работает.
— Может быть, у него сломалась машина или его ребенок попал в больницу.
— Почему Лу защищал его? Ведь это был преступник.
Значит, он мог соскочить с крючка. Люди Робина найдут новых подельников. А вот уроки можно не бросать, ему понравилось посещать их. Он мог бы даже отправиться в поездку в Италию, которую Синьора планировала на будущее лето.
— Наказанием ему будет то, что он никогда больше не будет работать. — Робин печально покачал головой.