— Правда? — сказал Ник, стараясь соответствовать своей репутации. — Что за сущность?
— Сложно сказать. Не человек, не демон. Я полагаю, она была помещена туда Архимагом Роке. Возможно, чтобы следить за тобой. Возможно, чтобы направлять тебя без твоего ведома. Какой бы ни была цель, она была бы тебе во вред, в этом я уверен.
Ник тоже был в этом уверен, но всё же согласился на её присутствие.
— Что вы сделали? — спросил он.
— Я избавил тебя от неё, — сказал Архимаг. — Это было нелегко. Возможно, я нанёс какое-то… повреждение. Прости, но это нужно было сделать.
Нику потребовалось время, чтобы справиться со своим страхом. Повреждение? Он чувствовал себя так же, как и раньше. В уме, по крайней мере. Он попытался встать.
— Нет, не… — сказала доктор.
Ему удалось сесть в кровати. Кажется, всё работает. Руки и ноги отвечали на команды.
Доктор толкнула его обратно в лежачее положение.
— Ты должен отдохнуть. Это было очень тяжёлое испытание. Не нужно мешать собственному выздоровлению.
Ник позволил ей уложить его без сопротивления. Сейчас он больше всего был сбит с толку.
— Вам удалось отсоединить её?
— Да, — сказал Архимаг.
— Где она сейчас? — спросил Ник.
— Я оставил её в драконе. Там она никому не причинит вреда.
Ник посмотрел на доктора, которая улыбалась. Она тоже хотела убрать Виннум Роке, вот только её метод был несколько более прямым и включал в себя хирургическое вмешательство.
— А что, если она захватит тело Высшего Отца? — спросил Ник.
— Не волнуйся. Без магии Высшего Отца дракон не представляет угрозы. Это совершенно инертная и подходящая ей тюрьма.
Ник снова посмотрел на доктора.
— Я проверила тебя, — сказала она, наклонившись над ним, положив руки ему на лицо и подняв веки большими пальцами. — Признаков серьёзного повреждения не наблюдается. Все незначительные раны заживут, в этом я вполне уверена.
Её руки были удивительно сильными и держали его так, что он не мог пошевелить головой. Не то чтобы он планировал это делать — Ник был даже не смел дышать.
Она смотрела ему в глаза, в которых, казалось, что-то искала. Виннум изменила ему глаза, чтобы убедить доктора и её последователей, что он действительно был тем, кого им сказали ожидать. Она хотела убедиться, что пламя исчезло.
Она отпустила его и отступила.
— Ты будешь в порядке, я уверена. Нужно только время.
Ник не хотел оставаться и поправляться. Даже если у него и были какие-то внутренние повреждения, он очень слабо верил в добрые намерения доктора. В конце концов, она может отрезать ему голову, просто на всякий случай. Она казалась человеком, который многократно перестраховывается.
Он снова сел, на этот раз медленнее, глядя на доктора Вилиан, готовясь избежать её крепкого захвата, если она подойдёт к нему.
— Я не останусь здесь.
— Ты должен, — сказала она. — Тебе нужно быть под наблюдением. Я, как твой врач, настаиваю.
Она получила то, что хотела: сущность, которую Виннум Роке привязала к нему, была вырезана и изолирована. Она застряла в безвыходном склепе из драконьей шкуры и мёртвой магии. Но она хотела получить двойные и тройные гарантии. Она хотела оставить его здесь, потому что то, что он хотел, было неинтересно ни ей, ни кому-либо ещё. Он распознал шаблон.
— Вы не мой врач, — сказал Ник с холодной уверенностью, которая удивила даже его. — Я не студент этого учреждения, и ваше медицинское заключение не является обязательным. Или запрошенным. — Он соскользнул с кровати и встал, самый низкий и наименее одетый из трёх находящихся в комнате. — Я в порядке. И у меня занятия в школе.
Возможно, это была наименее впечатляющая причина отказаться от её профессиональной помощи, но это не имело значения. Он очень рано узнал, что некоторые люди будут пытаться помешать вам, просто чтобы показать, что они это могут. Его успехи в учёбе породили много зависти и мелочного соперничества, и единственный способ справиться с ними — это немедленно бросить им вызов. Люди ожидают, что вы будете плясать вокруг ваших вариантов, как бойцы, ищущие возможность ударить. Они не ожидают, что их блеф раскроют до того, как у них появится возможность сделать ставки.
— Архимаг, — сказала доктор Вилиан. — Пожалуйста, проинструктируйте этого молодого…
— Он тоже не имеет надо мной никакого власти, — сказал Ник, полностью сосредоточившись на докторе, давая ей понять, что он готов бросить ей вызов. — И если он захочет задержать меня здесь от вашего имени, он должен будет сообщить об этом в Министерство поручений и Секретную службу, которые оба внимательно следят за моей деятельностью. Они, конечно же, захотят поговорить с вами. — Он позволил удивлению расплыться по лицу доктора Вилиан. Она может не чувствовать угрозы от него, но будет ли она рада более тщательной проверке со стороны самых пытливых отделов Ранвара? Он подозревал, что нет.
Ник повернулся к Архимагу.
— Не думаю, что мне есть ещё что рассказать. Высший Отец втянул меня, потому что я был единственным поблизости. Я не знаю, куда делись остальные. — Он знал, что маги, которые следили за Отцом драконов, убежали из-за взрыва, но он понятия не имел, что произошло после. Однако Архимаг знал, что Ник был наедине с драконом.
— Я думаю, — продолжил Ник, — он хотел, чтобы вы нашли меня и узнали, что он уходит, и, возможно, он знал об этой… другой штуке, и хотел поймать её в ловушку. Если бы он хотел, чтобы я передал сообщение, он бы сказал, но он этого не сделал.
Это звучало правдоподобно. Ник искал у Архимага признаки того, что он принял его версию. Несмотря на угрозы Ника и предупреждение вмешательства со стороны других отделов, если Архимаг захочет оставить его здесь, никто не сможет с этим ничего сделать.
Они могли надеть на него смирительную рубашку и маску и оставить его гнить в башне, а сами будут ждать, когда какой-нибудь демон или призрак вырвется из его тела. Или нет.
Кто тогда спасёт его? Проходящий мимо сказочный принц? Он хотел бы, чтобы это был он. Сказочные принцессы, по его опыту, были не так полезны.
— Я хочу вернуться в школу и к нормальной жизни, если смогу. Я пережил отравление арканумом и был использован демонами забавы ради. Я бы предпочёл не сидеть здесь, чтобы удовлетворить любопытство доктора. А если что-то случится, я сомневаюсь, что она сможет что-то с этим сделать. Она даже не маг.
Он сказал «даже не маг» небрежно, словно был экспертом в этом вопросе.
— Откуда ты знаешь, что она не маг? — спросил Архимаг, его манера речи стала более резкой.
Промашка вышла? Не раскрыл ли он, что видит доктора не впервые? Не похоже, что это была большая ошибка.
— Я проницателен, — сказал он и пошёл дальше. — Если я вспомню что-то из сказанного Высшим Отцом, я обещаю сообщить вам. Или просто приходите расспросить меня. У меня есть свободное время по средам и пятницам.
Он не чувствовал себя очень вызывающе, но он выдал лучшее представление. Он ждал, когда Архимаг вынесет своё решение. Если оно будет не тем, на которое он надеялся, он мало что мог с этим поделать. Без Виннум он был лишь умным мальчиком в глупой ситуации.
В коридоре за пределами комнаты поднялась суматоха, прежде чем Архимаг успел заговорить.
Суматоха была громкой и со спорами. И странно знакомой.
Раздалось щёлканье чего-то, по звуку напоминающего кнут, только более пронзительное. Из-под двери мерцал свет. Кто-то взвизгнул от боли, и по ту сторону от стены раздались многочисленные удары.
Дверь открылась, и там показалась хмурая Симоль. Диззи толкнула её в комнату, улучшив (или, возможно, ухудшив) ситуацию сердитым взглядом.
Это была принцесса-спасатель. Даже две. Ник посмотрел на доктора Вилиан и подумал, не лучше ли будет остаться здесь с ней. Может, она и захочет провести одно-другое агрессивное исследование, но это, вероятно, в долгосрочной перспективе будет менее болезненным.
— Почему ты здесь? — спросила Диззи, совершенно игнорируя находящихся в комнате людей более высокого, чем у него и неё, статуса.
— Отец? — сказала Симоль. — Ты пытался совершить эвокацию чувств? Разве ты не говорил мне, что это незаконно?
Несмотря на то, что он был накопителем тайных знаний, Ник не хотел выяснять, что это за «эвокация чувств», но у него было сильное подозрение, что единственная причина, по которой Симоль знала о её незаконности, была в том, что она хотела совершить её самостоятельно[7].
7
Возможно, правильнее будет «чувственное вызывание». Как и Ник, я понятия не имею, что это такое.