- Совершенно верно. Салон, куда будут приходить не за плотской любовью, а за эстетическим наслаждением от хорошей музыки, дорогого вина и общения с интересными собеседницами.
Тут, похоже, удивилась даже Авдотья. Но я не обратила на неё никакого внимания – не на Авдотью я смотрела, а на кареглазого коллежского асессора Городищева. Прокашлявшись, он усмехнулся и легонько склонил голову, словно признавая за мной право совершать ошибки:
- Что же, это богоугодное дело, Татьяна Ивановна. С любопытством зайду к вам, когда вы откроетесь.
- Благодарю, - ответила я. – Так что с паспортом для Авдотьи?
- Думаю, мы можем устроить это, - задумчиво сказал Городищев. Мне показалось, что он уже думает о чём-то другом, и даже захотелось немного обидеться. Я отпила глоток горячего чая и поставила стакан на стол. Авдотья сделала то же самое. По-моему, она боялась даже дышать в кабинете полицейского. А мне наоборот дышалось очень легко, когда я смотрела на Городищева.
Лес я знаю, мужчин тоже…
Этот мною даже не заинтересовался, кроме как случаем полицейского беспредела в рядах сотрудников. А это значит… Что это значит? Что я выгляжу в горчичном платье, как чучело – раз. Что, возможно, он женат и счастлив в браке – два. Что я старею и теряю хватку – три.
Ни одна из этих версий для меня не приемлема.
Может быть, надо надавить?
Я даже уже рот открыла, чтобы задать какой-нибудь идиотский вопрос и прозондировать Городищева на предмет его предпочтений в женщинах, но в коридоре раздались шум и громкий голос:
- Я имею право, я адвокат!
Дверь распахнулась, и в кабинет ворвался господин в элегантном пальто, в серой шляпе и с тростью. Его роскошные усы блестели, а глаза горели возбуждением. Он ткнул кончиком трости в Городищева и заявил:
- Госпожу Кленовскую необходимо отпустить за неимением доказательств её вины!
- Господин Волошин, - усмехнулся Городищев. – Приветствую вас. А к госпоже Кленовской у нас нет никаких претензий. Она может быть свободна.
И он подтвердил это соответствующим жестом, словно отпустил меня на все четыре стороны. Я обрела способность говорить, потерянную при появлении адвоката, и спросила:
- А Авдотья?
- Я выпишу ей паспорт самолично, госпожа Кленовская, и отпущу, - он посмотрел мне в глаза и улыбнулся так, что сердце моё упало куда-то в район попы. Презирает. Но почему?
- Благодарю вас, - я встала, забрав у Авдотьи свои перчатки, и обернулась на адвоката: - Господин Волошин, вы позаботитесь о девушке?
- Разумеется, - он слегка поклонился. – Но сначала я отвезу вас домой, госпожа Кленовская.
Я хотела возразить что-нибудь, но благоразумно заткнулась.
Мне и правда надо домой.
У меня самой-то в этом мире есть паспорт?
Глава 5. Изыскиваю
Перед полицейским управлением стояло два экипажа: тот, на котором нас с Авдотьей привезли, и тот, который мне выдала в пользование мадам Корнелия. С облучка последнего соскочил проворный, несмотря на свою комплекцию, Порфирий и поклонился в пояс:
- Барыня, всё исполнил, как было велено!
- Спасибо, Порфирий, ты очень вовремя, - ответила я ему. Мужик рассиялся, как новый рубль, и прогудел в кулак:
- Куда теперича, барыня?
- Любезный, отвези нас к Татьяне Ивановне домой, - велел Волошин, протягивая мне руку. – Позвольте вам помочь, Татьяна Ивановна.
Я не решилась отбрить его. Всё-таки прискакал галопом в полицию меня вызволять! Ну, деньги, да, но всё же…
Забравшись в коляску, я села в самый угол, а Волошин пристроился рядом, вытянул свою трость и тронул кончиком спину Порфирия:
- Трогай.
Вот за это надо убивать… Но я промолчала, ибо Порфирий как будто только этого и ждал, скомандовал лошадке:
- Н-но, пошла, родимая!
Мы заколыхались в такт лошадиной рыси по булыжникам мостовой, и Волошин озаботился внезапно:
- А вам предъявляли обвинения, Татьяна Ивановна?
- Вроде да, но потом как бы и нет.
- Это хорошо… хорошо.
Он задумался, а я вдруг сообразила:
- Я, наверное, должна вам гонорар?
Волошин очнулся от мыслей, очень деликатно рассмеялся:
- Что вы, что вы, Татьяна Ивановна! Корнелия Яковлевна передала мне вас на тех же условиях, на которым мы с ней сотрудничали!
- А можно узнать условия? – во мне проснулась деловая женщина с хваткой. Вдруг там вообще что-то кабальное? А я тут разъезжаю с ним по улицам… А вдруг у него поминутная оплата?
- Конечно, Татьяна Ивановна. Корнелия Яковлевна меня вызывала при любых проблемах, а в определённое время, раз в год, её банковский поверенный присылал мне оговоренную сумму.