На сей Эспаньоле, в месте, богатом золотыми россыпями и удобном для торговых сношений как со здешним материком, так и с другим, подвластным Великому Хану, где нам можно будет выгодно торговать, я заложил большое селение…
Есть еще остров, говорят, больше Эспаньолы, жители коего безволосы. Там, слышал я, золота не счесть, и я везу с собою индейцев с этих и других островов как свидетелей…
Надеюсь, из рассказа лишь о том, что совершено в сем довольно поспешном путешествии, Ваши Высочества убедятся, что я смогу доставить золота сколько понадобится, получив от Ваших Высочеств лишь самую незначительную помощь; пряностей и хлопка…сколько прикажут Ваши Высочества привезти… и древесины алоэ сколько прикажете привезти, и рабов сколько прикажете привезти из племен идолопоклонников; и я, кажется, нашел там ревень и корицу и найду еще тысячи полезных вещей…»
Доводы Колумба были восприняты благосклонно, и вторая экспедиция была подготовлена через полгода после завершения первой. Причем финансировала ее испанская корона. Правда, какое-то время считалось, что деньги на вторую, а также третью и четвертую экспедиции к берегам Нового Света адмиралу давали его соотечественники итальянцы. Однако данные из испанских архивов, которые стали известны не так давно, показывают, что расходы на это плавание были покрыты золотом и драгоценностями, конфискованными инквизицией у евреев. Какую-то часть расходов взял на себя герцог Медина-Сели, особенно благосклонно относившийся к Колумбу.
Если в первой экспедиции у Колумба было всего три корабля и команда около 120 человек, то во второй, которую он возглавлял уже в должности вице-короля вновь открытых земель, под его началом были 17 судов с экипажем в полторы тысячи человек[34].
Из них примерно тысяча человек получали королевское жалованье. Остальные пятьсот человек были те, кого сегодня назвали бы нелегальными эмигрантами. Их ничто не держало в Испании (более того, многие из них в силу разных причин рады были уехать из страны куда подальше[35]), и они надеялись поселиться в «Индии» – кто навсегда, кто временно. О том, что представляет собой эта разношерстная публика, Колумб, конечно же, знал[36], но, видимо, считал, и не без оснований, что других людей на данном этапе колонизации новых земель просто не найти.
Во второй экспедиции приняли участие и священнослужители в количестве более десяти человек, в том числе два францисканских монаха, один из которых, Б. Бойль, предположительно был приставлен к Колумбу соглядатаем. Были в этом плавании и знатные люди, например X. Понсе де Леон (будущий первооткрыватель Флориды) и А. де Охеда, племянник севильского епископа X. Р. де Фонсеки. Кстати, с самим епископом, который на момент подготовки экспедиции был еще архидиаконом и руководил хозяйственной подготовкой второго плавания, Колумб часто и серьезно конфликтовал. По слухам, адмирал даже наградил пинками одного из фаворитов Фонсеки, любившего вмешиваться не в свои дела. Позднее под контроль Фонсеки попали все хозяйственные связи с Новым Светом. Не раз и не два у него возникали конфликты с адмиралом, причина которых была не только в личной неприязни, но и в том, что католические монархи ставили перед епископом задачу увеличить поступления в королевскую казну, и, как это ни печально было для Колумба, в том числе и за счет нарушения обязательств Фердинанда и Изабеллы по грамотам, предоставленным в свое время Колумбу.
Глава 11
С последующими посещениями Колумбом Америки меновая торговля росла и развивалась. Испанцы привезли индейцам кожи, ружья, порох, рабство и склонность к грабежам и пьянству. Благодарные индейцы отдаривали их картофелем, табаком и сифилисом. Обе стороны поквитались, и никто не мог упрекнуть друг друга в отсутствии щедрости: ни Европа, ни Америка.
34
Некоторые историки считают, что экипаж второй экспедиции был существенно больше – примерно две с половиной тысячи человек.
35
Например, крестьяне, бежавшие от произвола синьора, или разбойники, разыскиваемые за совершенные преступления.
36
Здесь Колумбу пришлось пойти на прямое нарушение данной ему королевской четой инструкции, где было сказано: «Все люди, которые будут служить на кораблях флотилии, должны быть хорошо известны и надежны». Впрочем, эти слова можно отнести только к тем, кто получал жалованье от короны.