После Ямайки каравеллы вновь повернули к Кубе. Ее южные берега были обследованы в течение месяца. В ходе этих исследований был открыт остров Пинос, впоследствии снискавший славу логова пиратов и контрабандистов. Этот остров и стал конечной точкой Карибского похода Колумба – он решил возвращаться к берегам Гаити, так и не обойдя остров Кубу и не убедившись, что это не материк. Причиной, скорее всего, послужил износ кораблей, нуждавшихся в ремонте. Но для того чтобы обезопасить себя от возможной критики недоброжелателей, командам было объявлено, что основная задача выполнена – точно установлено, что Куба является частью материка (ведь не может же быть островов такой большой протяженности, утверждал Колумб) и относится, по всей видимости, к Китаю. На всякий случай Колумб заручился письменной поддержкой всех участников экспедиции. Нотариус составил акт, по которому все (и командные чины, и матросы) соглашались с утверждением адмирала. Удивительно, что нашелся человек, не согласившийся с точкой зрения Колумба. Но этого матроса адмирал запугал тем, что оставит его на Гаити и тот никогда не вернется в Испанию. Для тех, кто не дай бог впоследствии захочет отказаться от своих слов, были предусмотрены штрафные санкции – отрезание языка и высокий денежный штраф.
Возвращаясь в Изабеллу, Колумб тяжело заболел. Болезнь его продолжалась пять месяцев. Но, еще находясь в постели, он стал снаряжать одну за другой экспедиции для полного подчинения гаитянских индейцев. Процесс этот был недолгим. За короткий период с 1494-го по 1496 год остров был покорен всего лишь сотней-другой испанских солдат и колонистов. Здесь свою роль сыграло и наличие у испанцев огнестрельного оружия, и использование ими лошадей и крупных собак (они были завезены с Канарских островов). Эти доселе невиданные гаитянцами ужасные звери пугали их не меньше, чем стреляющие огнем трубки. В некоторых частях острова испанцам пытались оказывать сопротивление, но индейцам не хватило мудрости объединиться (только в этом случае у них были бы шансы на успех в борьбе с завоевателями), более того, некоторые вожди со своими племенами переходили на сторону испанцев и помогали последним уничтожать других индейцев. Только ничего хорошего им это не сулило[37]. Все индейцы были обложены повинностями. Кроме того, что нужно было сдавать испанцам все золото, предоставлять продовольствие и женщин, необходимо было еще и работать на них – добывать золото и носить грузы (и не только грузы – индейцы и самих испанцев носили на закорках). Многие индейцы не выдерживали подобного унижения и убегали в горы, где умирали от болезней. Были и те, кто сам себя лишал жизни, лишь бы не быть в рабстве у испанцев.
Лас Касас писал об этих событиях: «За это время произошли чудовищные избиения индейцев, и целые области совершенно обезлюдели, особенно в королевстве Каонабо… Так произошло потому, что индейцы прилагали все свои силы, чтобы попытаться выбросить из своей страны таких жестоких и свирепых людей. Они видели, что без малейшего на то повода, без всякого вызова с их стороны их лишают родины, земли, свободы, жен и детей и самой жизни и ежедневно истребляют жестоко и бесчеловечно. При этом христиане легко достигали своей цели, ибо бросались на индейцев на лошадях, разили их копьями, рубили мечами, рассекая людей надвое, травили их собаками, которые терзали и пожирали индейцев, сжигали их живьем и подвергали на разный манер иным немилосердным и безбожным пыткам… Таким образом, как о том пишет сам адмирал королям, усмирено было население острова, по его словам, неисчислимое, и силой и хитростью от имени Их Величеств приведены были к покорности все народы. Адмирал же, как испанский вице-король, обязал каждого касика или туземного короля платить за землю, которой они владели, подать в виде продуктов этой земли и стал эту подать собирать с 1496 года. Таковы собственные слова адмирала».
Глава 12
В 1495 году Колумб понимал, что пора уже возвращаться в Испанию и отчитаться перед Изабеллой и Фердинандом, терпение которых подвергалось испытанию тем, что Новый Свет не давал пока отдачи, соразмеримой с вложенными в экспедиции к его берегам средствами. Однако в июне того же года три корабля из четырех, что были в его расположении, затонули недалеко от Изабеллы во время страшной бури. Осталась только любимая каравелла Колумба «Нинья». Но вице-королю новых земель не пристало возвращаться домой на одном-единственном судне, и Колумб решил построить еще одну каравеллу, названную им «Индией». Ее строительство было завершено только в начале 1496 года, и адмирал тотчас же покинул Изабеллу. С ним было 250 человек (из них 30 индейцев) – очень много для двух не таких уж и больших кораблей.
37
За 1494–1496 годы численность гаитянских индейцев упала с 300 до 200 тысяч; в 1508-м, через два года после смерти Колумба, гаитянцев насчитывалось 60 тысяч, т. е. в 5 раз меньше, чем до открытия Америки. Цифры весьма и весьма печальные.