42. На третий день прибыла графиня, и в присутствии Эн Гильена де Серверы я рассказал ей о переговорах с находившимися в городе. Она сказала, что сделает предлагаемое мною и охотно повторит слова, которые бы я хотел, чтобы она сказала. Она только попросила защитить ее от стрел балагериан. Я сказал ей: "Так и будет." В соответствие с чем я велел более пятидесяти рыцарям, в кольчугах и со щитами, идти с графиней и защищать ее. И она поехала, спешилась и приблизилась к стене в пределах броска камня, и один из рыцарей говорил за нее. "Там ли вы, люди Балагера?" Поскольку в первый раз никто не ответил, она сказала им: "Здесь графиня. Есть ли там главные люди города?" Кто-то сказал: "Да, есть. Чего вы от них хотите, и каково ваше послание?" Тогда один из рыцарей сказал: "Графиня просит вас немного ее послушать: она - женщина и не может говорить громко." Тогда графиня сказала: "Добрые люди, вам хорошо известно, что вы были людьми моего отца по праву его рождения. И поскольку вы были его, то вы и мои люди по праву рождения, ибо я его дочь. Поэтому я прошу и приказываю вам, властью данной мне над вами, сдать Балагер мне, вашей законной госпоже." Они ответили: "Мы услышали ваши слова, обсудим их[139] и сделаем по нашему долгу и никак иначе." Тогда от имени графини ответил другой рыцарь и сказал: "Добрые люди, графиня весьма вас благодарит за то, что вы заговорили о долге, и надеется на вас." После чего графиня возвратилась в лагерь. А к вечерне ученый, который передавал сообщения между мной и городом, прибыл и сказал, что мои планы завершились полным успехом. Балагериане известили, что если бы я и графиня согласились на условия, предлагаемые ими, город стал бы нашим немедленно. Мы с ней согласились назначить барона, который бы держал Балагер для Эн Понса[140] и для графини вместе до того времени, пока спор не будет улажен. Они не осмеливались действовать, потому что в замке находились большие силы, и они не могли завершить это дело без того, чтобы под каким-либо предлогом удалить силы графа из города, потому что они решили, что и город и замок будут отданы графине.
43. И однажды утром, пока вожди города разговаривали на террасе, Эн Геро[141] послал лучника из своего отряда с луком, и тот выстрелил стрелой в их собрание, но никого не поразил. "Итак", сказали они, "он стреляет в нас стрелами, в то время как мы для его выгоды защищаем это место и делаем то, что не обязывались делать." Они направили к нему двух вождей сказать, что они очень удивлены тому, что он стрелял в них, в то время как они подвергались смертельному риску от короля, который пришел против них и опустошал их земли. Если он поступает таким образом, то им придется самим защищать себя и изменить свои взгляды. Когда это сообщение было получено, Эн Геро (граф Урхеля), Эн Гильен де Кардона и их Совет увидели, что балагериане желают подчиниться графине, и поскольку они не знали ничего о том, что планировалось в городе, они послали ко мне и предложили условия. Они желали бы сдать замок Эн Рамону Беренгеру Дахеру, а вопрос между графом и графиней должен был быть решен моей властью. И люди города известили, что согласны на это; поскольку я (сказали они) получал все, что хотел, в тот момент, когда граф оставлял это место. Я говорил об этом с Эн Гильеном де Монкадой и сказал ему, что хотел бы согласиться на те условия; то есть на то, что замок должен быть отдан Эн Рамону Беренгеру Дахеру,[142] чтобы держать его в вассальной верности и опеке, и что, кто бы из этих двух, Эн Геро или графиня, ни выиграл тяжбу, тот получил бы его. Эн Гильен де Монкада ответил: "Я не нахожу такой совет хорошим. Вам не стоит этого делать. Поскольку вы прибыли в такую даль, вам следует осуществить ваше первоначальное намерение и не оставлять его, пока замок не станет вашим." Я еще не раскрыл Эн Гильену, что люди в городе связывались со мной. Так что я сказал ему: "Эн Гильен, ловкость в большинстве случаев лучше, чем сила. Теперь, когда вы сказали то, что, как вы думали, были должны сказать, я сообщу вам тайную причину, которая у меня есть для того, чтобы желать сделать то, о чем я вам говорил. Лидеры города обращались ко мне. Они посылали мне сообщения, что весьма желают сдать и город и замок. По той же причине сюда прибыла и графиня. Итак, я говорю вам, что, если замок перейдет под власть Эн Рамона Беренгера Дахера, то, как только Эн Геро покинет его, вы можете считать и замок и город все равно что моими. И нет необходимости обращать внимание на условия, при которых он (Беренгер) получает его, поскольку, как я сказал, он потеряет это владение сразу." И Эн Гильен сказал: "Вы так полагаете?" "Да", сказал я; "и вы тотчас увидите, что будет, как я сказал."
140
Граф Урхеля, владевший замком, или его сын? Имя графа было Эн Геро и он был сыном Понсе или Понса.