Герцог очень сильно потратился на всякие осадные машины, орудия и штурмовые приспособления. Их верховным распорядителем был мессир Людовик Испанский — тот самый добрый рыцарь, о котором вам уже рассказывалось в связи с войной в Бретани. Очень ему доверяя, герцог прислушивался к его советам в первую очередь. Дабы нанести защитникам замка как можно больше вреда и ущерба, мессир Людовик Испанский придумал в ходе осады множество новых хитроумных орудий, коих еще никогда не видели в использовании. Однако в гарнизоне находились славные воины, которые превосходно от всего оборонялись и выстояли, как вы уже слышали[815].
Пока продолжалась осада Эгийона, редкий день обходился без штурмов и стычек. Однажды воины из лагеря вновь пошли на приступ, и было при этом совершено множество прекрасных подвигов. Случилось же так, что о начале этого штурма услышал мессир Филипп Бургундский, сын герцога Бургундского и двоюродный брат герцога Нормандского. Во французском войске, среди своих сверстников, он был одним из самых прекрасных рыцарей и искал случая выдвинуться на ратном поприще. Дабы скорей отличиться и принять участие в деле, он быстро вооружился, сел на весьма резвого скакуна и ударил его шпорами. Конь, который был очень сильным, норовистым и строптивым, пустился вскачь и споткнулся, перепрыгивая через ров. Перелетев через голову, он рухнул на монсеньора Филиппа Бургундского и так его расшиб и ранил, что рыцарь после этого уже не оправился и в скором времени умер[816]. Разумеется, герцог Нормандский тогда весьма опечалился, ибо мессир Филипп принадлежал к самому могущественному дому Франции — и по линьяжу, и по земельным владениям, и по богатству.
Довольно скоро после этого события к названному герцогу пришли письменные известия о великом разгроме, постигшем французов в битве при Креси. Кроме того, король Франции, отец герцога Нормандского, отзывал его назад, повелевая, чтобы он прекратил осаду Эгийона и вернулся во Францию[817].
От таких известий герцог сильно расстроился, имея к тому все основания, ибо он уже поклялся, что не уйдет, пока не получит замок в свою волю. Однако теперь приказ короля, его отца, служил ему извинением и освобождением от клятвы. Как бы то ни было, прочитав письма, он призвал в свой шатер всех великих сеньоров, находившихся в лагере: герцога Бургундского, герцога Бурбонского, монсеньора Жака де Бурбона, графа Форезского, дофина Оверньского, графа Вандомского, графа де Л’Иля, графа Вантадурского[818], графа Булоньского, графа Нарбоннского, монсеньора Людовика Испанского с его сыном монсеньором Карлом Испанским[819], сеньора де Партене, сеньора де Крана, а также многих других банеретов и рыцарей из тех, что там были. Пересказав дошедшие до него вести и королевское повеление, герцог дружелюбно попросил, чтобы ему изволили дать достойный совет.
Все сеньоры, разумеется, были крайне расстроены и огорчены этими вестями о разгроме при Креси, ибо представлялось очевидным, что потери, понесенные высшей знатью, очень ослабят корону Франции. Тем не менее они единогласно посоветовали и сказали герцогу, что для его чести будет намного полезней, если он подчинится призыву короля, своего отца, нежели останется под Эгийоном, учитывая последние события и то, в каком положении оказалось королевство, которое он должен унаследовать. Тогда было постановлено и приказано, чтобы поутру каждый собрался в дорогу, а затем снялся с лагеря и следовал за знаменами[820].
Когда настало утро, все поспешили уложить свои вещи, сняться с места и выступить в путь[821]. Защитники Эгийона тотчас заметили, что французское войско сворачивает лагерь и уходит за знаменами. Едва увидев это, мессир Готье де Мони побежал вооружаться и велел своим соратникам сделать так же. Затем они сели на коней, проехали по мосту, наведенному французами, и прибыли в их расположения. Там они застали довольно много людей, которые замешкались позади своего войска. Ринувшись в атаку, они убили их изрядное количество. Названный мессир Готье не пожелал на этом остановиться, но велел везти свой флажок навстречу вражескому арьергарду, который развернулся, чтобы подобрать и спасти отставших. Главой этого арьергарда был мессир Карл Испанский, носивший герб Кастилии с четвертью французского. Началась очень большая и упорная схватка. Многие рыцари и оруженосцы с обеих сторон были сброшены с коней наземь. Тем не менее англичане и гасконцы сражались столь хорошо, что поле боя осталось за ними. Арьергард был разбит, и в плен попал один добрый рыцарь из Нормандии, очень большой друг герцога, коего звали мессир Гримутон де Шамбли. Затем мессир Готье де Мони вернулся со своими соратниками в Эгийон, доставив туда много французских пленников, припасов и снаряжения.
815
Линии снабжения французской армии, находившейся под Эгийоном, часто подвергались нападениям со стороны англо-гасконского гарнизона замка Бажамон, которым командовал Гайяр де Дюрфор по прозвищу «Архидьякон». Сенешаль Аженэ, Робер Удето, с несколькими сотнями воинов безуспешно пытался противостоять вылазкам гарнизона Бажамона. Наконец, 18 июля 1346 г. военные советники герцога Нормандского решили послать на помощь Удето внушительный отряд, в котором насчитывалось, по меньшей мере, 2000 человек. Однако прежде чем этот отряд успел приступить к планомерной осаде Бажамона, Гайяр де Дюрфор напал на него и обратил в бегство. При этом Робер Удето был взят в плен. Это была последняя значительная операция, в которой участвовали воины из армии герцога Нормандского (Sumption, I, р. 513).
816
Филипп Бургундский скончался не позднее 10 августа 1346 г., поскольку 11 августа его тело уже было доставлено в Ажен, где по нему отслужили торжественный заупокойный молебен (Le Bel, t. И, p. 116, n. 1).
817
В действительности герцог Нормандский получил от своего отца, Филиппа VI, предписание уйти из-под Эгийона еще в начале августа 1346 г., т. е. до сражения при Креси.
818
Эбль (
819
Фруассар ошибается, называя Карла Испанского сыном Людовика Испанского: в действительности он приходился ему племянником. Карл Испанский (1327–1354) сын Альфонса де Ла-Серда и Изабеллы д’Антуэн, в 1351 г. женился на Маргарите де Блуа, дочери Карла де Блуа, герцога Бретонского. В декабре 1350 г. король Иоанн II Французский пожаловал ему графство Ангулем, а в январе 1351 г. произвел его в коннетабли Франции. От своего отца Карл Испанский унаследовал баронию Люнель. Убит сторонниками Карла Злого, короля Наваррского, в январе 1354 г.
820
Перед тем, как уйти из-под Эгийона, герцог Нормандский попытался сохранить свое достоинство. 14 августа 1346 г. его представители прибыли к Генриху Ланкастеру в Бержерак и предложили заключить локальное перемирие в обмен на временное прекращение осады Эгийона. Однако Генрих Ланкастер, у которого уже было собрано войско для новой кампании в Аквитании, ответил решительным отказом (Sumption, I, р. 519).
821
Французская армия ушла из-под Эгийона 20 августа 1346 г. Решение об этом было принято столь внезапно, что воины даже не успели построиться в походные порядки. Большая часть припасов и снаряжения была оставлена в лагере под охраной местных ополченцев. Защитники Эгийона сразу обратили их в бегство и, торжествуя, доставили в крепость многочисленные трофеи. Тем временем армия герцога Нормандского быстро отступала на восток, в сторону Ажена, и передовые отряды Генриха Ланкастера следовали за ней по пятам (Sumption, I, р. 519, 520).