Подступив к названному замку, мессир Людовик и все его люди затеяли мощный штурм. Генуэзские арбалетчики сделали множество выстрелов, но воины гарнизона оборонялись весьма хорошо, и в первый день французы ничего не захватили. Они расположились под замком на ночь, а следующим днем снова пошли на штурм и отыскали путь и способ для того, чтобы повредить укрепления. Прямо там, где арбалетчики вели стрельбу и отвлекали на себя защитников замка, они стали ломать стену и, проделав большую брешь, ворвались внутрь, ибо людей у них было много. Когда воины гарнизона увидели себя в таком [безвыходном] положении, то пожелали сдаться с условием, что им сохранят жизнь. Однако никто не стал к ним прислушиваться. Все они были захвачены силой и перебиты без всякой пощады, за исключением рыцаря, которого оставили в живых и сделали пленником.
Завоевав таким образом Конке, они решили его удержать и отрядили для этого 60 воинов с новым кастеляном, добрым и надежным. Эти воины на свой страх и риск взялись охранять замок и восстановили укрепления, разрушенные во время штурма.
Затем отряд мессира Людовика Испанского проследовал дальше и осадил город Динан, капитаном которого был мессир Рено, сын кастеляна Генганского.
Тем временем в замок Энбон пришла весть о том, что мессир Людовик Испанский остановился под замком Конке. Тогда мессир Готье де Мони очень захотел туда отправиться и сказал мессиру Ивону де Тигри и другим:
«Нам нужно съездить к Конке и помочь его гарнизону. Если мы сумеем разбить мессира Людовика Испанского, то совершим славное дело!»
Эту речь поддержали все соратники. Они быстро собрались в путь, и те, кому было нужно, заново подковали своих коней. День миновал, а когда настало следующие утро, зазвучали рыцарские горны. Все воины вооружились, сели верхом и выехали из Энбона. В их отряде насчитывалось примерно 500 латников и 500 лучников, и направились они к замку Конке, не зная еще, что с ним случилось. Поэтому они весьма огорчились, когда обнаружили, что французы его захватили и оставили там свой гарнизон. Тем не менее они рассудили и сказали между собой, что замок вполне можно взять. Плотно его окружив, они разбили лагерь и послали в Энбон за своими продовольственными припасами. Погруженные на повозки, припасы были к ним доставлены.
Англичане и бретонцы провели под замком Конке три дня и в каждый из них устраивали приступы — большие, яростные и упорные. В гарнизоне находились испанцы, которые, рьяно обороняясь, совершали великие подвиги и ранили многих противников.
Перед последним штурмом нападавшие раздобыли плетни и дополнительно укрепили их. Затем лучники велели нести плетни перед собой, прикрываясь таким образом от камней, которые метали в них сверху. Выполняя свою задачу, они подступили к стенам столь близко, сколь могли, а затем принялись так стрелять вверх, что никто уже не осмеливался показаться из-за укреплений, если не хотел, чтобы стрела насквозь пронзила ему голову, руку или тело. В то время как лучники донимали воинов наверху укреплений, некоторые бретонцы постарались проломить стену и обнаружили заделанную брешь, через которую французы вошли в крепость прежде. Тогда, с помощью свай и кирок, они снова ее пробили, разворотили и уже проторенным путем проникли внутрь. Так был Конке взят и захвачен, а все находившиеся в нем испанцы убиты, за исключением капитана по имени Пьер Ферран де Тудеск[910], а также некоторых дворян из его земли. Они состояли у него на жаловании, и он поручился, что внесет за них выкуп, если потребуется.
Англичане снесли укрепления замка Конке, решив, что его вовсе не стоит охранять и удерживать. Затем они вернулись в Энбон и доставили туда своих пленников.
Глава 22
О том, как горожане Динана сдались после переговоров, и о том, как мессир Людовик Испанский захватил город Гарланд
Однако теперь я желаю рассказать о мессире Людовике Испанском, который велел, чтобы его войско раскинуло лагерь, полностью окружив город Динан-ан-Бретань. Сразу после этого он приказал срочно раздобыть малые лодки и челноки, дабы можно было штурмовать город со всех сторон — и с суши, и с воды.
Когда именитые горожане увидели эти приготовления, то стали за себя опасаться, а ведь они и так намного больше тяготели к французам и к мессиру Карлу де Блуа, нежели к графине де Монфор. Поэтому они вступили в тайные переговоры с мессиром Людовиком Испанским и пообещали сдать город в обмен на сохранность своих жизней и имущества. Мессир Людовик охотно прислушался к этим условиям. Однако мессир Рено де Генган, капитан Динана, проведал, что ведутся переговоры о сдаче города. Люто разгневанный, он пригрозил самым влиятельным горожанам, что велит отрубить им головы, и назвал их вероломными злодеями и предателями. Тогда горожане весьма осерчали и заволновались, как бы он и впрямь не исполнил свою угрозу. Между ними и рыцарем вспыхнула такая ссора, что прямо там, в общей драке, они его и убили. Затем горожане дали знать мессиру Людовику Испанскому, что он может вступить в город: ему откроют ворота.
910
Вероятно, имя этого испанского дворянина могло произноситься как Педро Фернандо де Тудела (в оригинале —