[139]
О том, как между двумя королями было заключено перемирие, и о том, как Эмери Павийский был назначен капитаном Кале
Однако невозможно, мне кажется, без великой печали и жалости думать и вспоминать о том, что стало с именитыми горожанами, знатными горожанками и их милыми детьми. Как и их предки, они были уроженцами и коренными жителями Кале, и в день сдачи города их насчитывалось там большое количество. То было великое горе, когда им пришлось покинуть свои прекрасные особняки и всё имущество, ибо они ничего не унесли с собой и впоследствии не получили никакого возмещения или вспоможения от короля Франции, ради которого всего лишились. Я скажу о них коротко: они устроились, где смогли, но большинство из них направилось в добрый город Сент-ОмерI–II[1562].
Король Англии задержался в Кале, чтобы как можно лучше позаботиться о городских делах. А тем временем король Филипп всё еще пребывал в городе Амьене. При нем находился кардинал Ги Булоньский, приехавший во Францию в качестве легата. III-Благодаря его посредничеству, король заключил с противником перемирие сроком на два года-IV[1563], но его условия не распространялись на земли герцогства Бретонского, ибо там до сих пор непрестанно шла война между двумя дамами — графиней де Монфор и супругой мессира Карла де Блуа.
V–VI[1564]Затем король Эдуард вместе с королевой и своими детьми вернулся в Англию. Покидая Кале, он назначил капитаном одного ломбардца, которого очень любил и сильно продвинул по службе. Его звали Эмери Павийский. Король доверил ему охранять весь город и замок, из-за чего с ними едва не случилась беда. Скоро вам будет об этом рассказано.
Когда король Англии вернулся в Лондон, он проявил великую настойчивость в том, чтобы снова заселить город Кале, и послал туда 36 богатых и мудрых горожан вместе с их женами и детьми, а также VII-более 400 других людей-VIII[1565] меньшего достатка. В дальнейшем их число постоянно возрастало, ибо король издал и скрепил печатями указ о даровании жителям Кале столь больших вольностей и свобод, что каждый ехал туда охотно.
В ту пору был доставлен в Англию мессир Карл де Блуа, который именовался герцогом Бретонским. Как рассказывалось выше, он попал в плен под Ла-Рош-Дерьеном. Его стали учтиво держать в заточении в Лондонском замке вместе с королем Шотландии и графом Морэйским. Однако уже в скором времени, по просьбе госпожи королевы Английской[1566], он был выпущен оттуда под честное слово. Теперь, при желании, он мог ездить по окрестностям Лондона, но ему нельзя было ночевать за пределами города более одной ночи, если только он не находился в обществе короля Англии и королевы[1567].
В ту же пору в плену у короля Англии находился граф Э и Гина. Однако, будучи очень живым и веселым рыцарем, он умел так хорошо ладить со всеми людьми, что ему повсюду были рады — и король, и королева, и дамы, и барышни Англии.
[140]
О том, как многие бриганды и грабители стали хозяйничать в отдаленных пределах Франции
После заключения перемирия, о коем вы уже слышали, два короля целый год не тревожили друг друга нападениями. Однако храбрый рыцарь мессир Вильям Дуглас и другие шотландцы, укрывавшиеся в Джедуортском лесу, продолжали воевать с англичанами при любой возможности, невзирая на то, что их государь король Шотландии находился в плену, и нисколько не считаясь с перемирием, которое заключили между собой король Англии и король Франции[1568].
С другой стороны, французы и англичане, находившиеся в Гаскони, Сентонже и Пуату, тоже никогда твердо не соблюдали это перемирие и часто захватывали друг у друга города и мощные замки — силой или хитростью, внезапными наскоками или украдкой, с помощью штурмовых лестниц, ночью или при свете дня. Нередко с ними случались превосходные приключения, один раз — с англичанами, другой — с французами. При разграблении городов и замков постоянно наживались бедные бриганды, которые захватывали столь большую добычу, что удивительно! Некоторые на этом так разбогатели, что стали предводителями и капитанами других бригандов. Среди них было довольно много таких, кто располагал средствами в 40 тысяч экю.
1562
«В6»: «и во Фландрию, Артуа, Булоннэ и другие края. Некоторые по ним плакали, а другие — нет. Ведь еще до осады город Кале был известен среди тех, кто часто в нем бывал и хорошо его знал, как один из самых грешных городов на свете, где оседает и распродается большинство вещей, награбленных и добытых худыми путями. Поэтому говорили некоторые, кто знал калезцев, что Бог воздал им по заслугам, ибо вряд ли кто-нибудь мог выйти в море без хорошего военного сопровождения и проследовать возле гавани Кале так, чтобы не быть убитым или ограбленным. И вот поэтому-то и ненавидел жителей Кале король Англии».
1563
«В6»: «Два кардинала ездили от одной стороны к другой до тех пор, пока не было заключено перемирие между двумя королями и их людьми. Оно должно было длиться до дня Святого Иоанна Крестителя, который наступит в год Милости 1348».
1566
Карл де Блуа доводился двоюродным братом Филиппе д’Эно, королеве Англии, поскольку их матерями были, соответственно, Маргарита и Жанна — сестры Филиппа VI, короля Франции.
1567
Рассказ Фруассара противоречит свидетельствам Жоржа де Ленана, врача Карла де Блуа, и Оливье де Биньона, его комнатного слуги. В 1371 г., в ходе опроса, проводившегося с целью канонизации Карла де Блуа, они заявили, что англичане содержали его в очень суровых условиях (Luce, t, IV, р. XXIX, n. 1).
1568
Как бы то ни было, Шотландия была включена в договор о перемирии как союзник Франции (Luce, t. IV, р. XXIX, п. 4).