Атакованные столь внезапно, французы совсем испугались и ясно увидели, что сопротивление бесполезно. Поэтому они сдались в плен почти без боя. Лишь немногие из них были ранены. Затем англичане велели им войти в башню, из которой только что вышли сами, и затворили пленников со всей надежностью, дабы больше о них не тревожиться. Приведя себя в порядок, англичане вышли из замка и построились рядом на площади. Когда все уже были в сборе, они сели на коней, ибо хорошо знали, что у французов они тоже имеются, и поставили своих лучников впереди. Затем, в таком боевом порядке, они двинулись к Булоньским воротам.
Как раз напротив этих ворот находился мессир Жоффруа де Шарни, и перед ним было выставлено его знамя: червленое полотнище с тремя серебряными щитками. Ему не терпелось войти в город первым. Из-за того, что ворота долго не открывали, он очень сильно дивился, ибо желал, чтоб это сделали поскорей. И говорил он рыцарям, находившимся рядом:
«Чего этот ломбардец так тянет? Он заставит нас тут помереть от холода!» — «Ей-богу, сир, — ответил мессир Пепен де Вьер, — ломбардцы — люди весьма дотошные. Он осматривает ваши флорины — нет ли средь них какого фальшивого, и, наверное, пересчитывает всю сумму».
Так шутливо болтали между собой рыцари, но вскоре им пришлось заговорить по-другому. Ибо вот уже едет король под знаменем сеньора де Мони, его сын рядом с ним, а также другие сеньоры со своими знаменами: граф Стаффорд, граф Оксфорд, монсеньор Джон Монтэгю[1576] — брат графа Солсбери, сеньор Бошем, сеньор Беркли и сеньор де Ла-Вар. Кроме этих баронов, никаких других банеретов в деле не участвовало. I-Большие ворота немедленно были распахнуты настежь, и все вышеназванные выехали наружу.
Когда французы увидели, что англичане выступают из ворот, и услышали возгласы: «Мони! Мони! К бою!», то сразу поняли, что их предали. Тогда мессир Жоффруа де Шарни обратился с возвышенной речью к монсеньору Эсташу де Рибемону и монсеньору Жану де Ланда, которые находились не слишком далеко от него:
«Господа! Бежать бесполезно, ибо если побежим — большинство погибнет. Лучше с твердой решимостью обороняться от наступающего врага, чем потерпеть разгром, убегая, как малодушные и разуверившиеся, и попасть в плен. Возможно, победа еще будет нашей!» — «Именем [1-]Святого Георгия[-2][1577], — ответили оба рыцаря, — сир, вы говорите верно! [3-]Злая хворь на того[-4][1578], кто побежит!»
Тогда все французские воины сплотились вместе, спешились и отогнали своих лошадей в тыл, ибо чувствовали, что те уже слишком устали. Увидев их действия, король Англии велел, чтобы знамя, под которым он находился, остановилось, и сказал:
«Здесь я желаю вступить в бой и сражаться. Но пусть велят, чтобы большая часть наших людей поехала вперед, к мосту на реке Нюлэ, ибо я слышал, что там много пеших и конных врагов».
Было сделано в точном соответствии с его приказанием. До шести знамен и трехсот лучников отделились от королевской рати и направились к мосту Нюлэ, который стерегли мессир Моро де Фьенн и сир де Крезек. Между Кале и этим мостом находились арбалетчики из Сент-Омера и Эра. Они подверглись нападению первыми. Более ста двадцати арбалетчиков было убито и утоплено, ибо англичане их сразу разбили и преследовали до самой реки.
Тогда стояло раннее утро, и уже вскоре занялся рассвет. Пикардийские рыцари — сир де Фьенн и другие — удерживали мост долгое время. При этом было совершено много подвигов с обеих сторон. Однако названный мессир Моро де Фьенн, сир де Крезек и другие сражавшиеся там рыцари хорошо видели, что всё равно не смогут отстоять мост, ибо силы англичан, выходивших из Кале, постоянно росли, а их собственные — убывали. Тогда те, у кого были кони, сели на них и показали спины. Англичане устремились в погоню. Началась большая, упорная скачка, и хотя преследователи сбросили наземь многих французов, те, кто мчался на резвых конях, спаслись. Среди них были сир де Фьенн, сир де Крезек, сир де Сампи, сир де Лонгвийе[1579], сир де Монье[1580] и многие другие. Однако было немало таких, кто попал в плен из-за своей горячности, хотя вполне мог бы спастись, если бы пожелал.
Когда уже совсем рассвело, и французы могли узнавать друг друга, некоторые рыцари и оруженосцы сплотились вместе и стали очень отважно сражаться с англичанами. Иные французы во время этой погони даже захватили добрых пленников, что послужило к их чести и выгоде.-II[1581]
1576
Джон Монтэгю, второй сын Вильяма Монтэгю, первого графа Солсбери, и Екатерины Грандисон. Участвовал в битве при Креси и многих других военных экспедициях. Был придворным сенешалем Ричарда II. Состоял в браке с Маргаритой Мортермер. Умер в феврале 1389 г. (KL, t. 22, р. 213).
1579
Замок Лонгвийе (
1581
«В6»: «Следуя за королем, все англичане вышли за ворота и стремительно ринулись на мессира Жоффруа и его латников, которые в большинстве своем были из Пикардии, Артуа и Булоннэ: сеньор де Фьенн, сеньор де Крезек, сеньор де Бассантен1, сеньор де Жокур2, сеньор де Креки, монсеньор Эсташ де Рибемон, монсеньор Анри дю Буа, мессир Пепен де Вьер, монсеньор Жан де Ланда, мессир Удар де Ранти и многие другие. Когда эти рыцари поняли, что их обманули и предали, то были совсем испуганы и отступили как можно скорей. Некоторые сплотились вместе, а другие сели на своих лошадей и умчались, поспешая изо всех сил. Разгорелась упорная схватка и большая битва, ибо английские латники и лучники, сидевшие в засаде в стенах замка и городских домах, быстро выскочили наружу, лишь только заслышали, что трубят в один рог, — это был для них знак напасть на французов. И напали они на них очень рьяно. Французские рыцари старались обороняться, но англичане заставили их пехоту попятиться до большой реки, которая протекает всего в четверти лье от Кале или еще ближе. Многие пехотинцы были убиты на пути к речному берегу, и многие утонули в самой реке.
Рыцари и оруженосцы с обеих сторон сражались так долго, что уже настал день, и противники начали узнавать друг друга. Тогда к монсеньору Жоффруа де Шарни примкнули некоторые добрые рыцари, не желавшие бежать без него, — такие как мессир Эсташ де Рибемон, мессир Жан де Ланда, мессир Пепен де Вьер, мессир Говен де Байёль, мессир Анри дю Буа, сир де Креки, мессир Удар де Ранти и многие другие».
1Рено де Базантен (
2Эрар, сеньор де Жокур, имел под своим началом 5 оруженосцев на сборах в 1339 и 1340 гг. В 1355 г. жил рыцарь Пьер де Жокур (KL, t. 22, р. 2).