Они приготовили свое снаряжение и погрузили его на суда, стоявшие в гавани. Туда же были помещены и все их лошади. Затем англичане взошли на суда и отчалили. В их отряде насчитывалось добрых 500 латников и 2 тысячи лучников. И были там такие рыцари, как мессир Амори де Клиссон, мессир Ив де Тигри, кастелян Генгана, сир де Ландерно, мессир Гильом де Кадудаль, мессир Жоффруа де Малетруа, мессир Анри де Пенфор, два брата де Лефдаль, мессир Ги де Нюлли[265], сир Диспенсер, мессир Джон Батлер, мессир Хъюберт де Френэ, мессир Алэн Суинфорд, а также многие другие рыцари и оруженосцы.
Благодаря умелым и опытным мореходам, они плыли без остановок до тех пор, пока не вошли в порт Кемперле, — прямо туда, где спокойно стояли корабли и нефы монсеньора Людовика Испанского, которые были нагружены великой добычей, захваченной в окрестных землях.
Высадившись, англичане и бретонцы перебили всех, кто охранял корабли, и узрели там столько богатств, что пришли в полное изумление. Пленники[266] сообщили им, что мессир Людовик отправился в разъезд. Поэтому они посовещались и решили, что разделят свои силы на три полка, поедут туда, где виднеются дымы пожаров, и при встрече с отрядом монсеньора Людовика дадут ему бой.
В соответствии с этим решением, они выступили в поле и оставили 300 лучников и 100 латников для охраны кораблей — своих и тех, что нашли в Кемперле. Затем они поехали в сторону дымов, придерживаясь путей, на которых рассчитывали скорее встретить монсеньора Людовика Испанского и весь его отряд, чтобы сразиться с ним.
К вышеназванному монсеньору Людовику пришла весть о том, что англичане едут с войском и ищут его, имея безусловный перевес в силах. Тогда стал он опасаться встречи с ними и, стянув к себе потихоньку своих людей, вновь собрал их воедино. Затем он двинулся в сторону Кемперле[267], дабы вернуться на корабли. Но когда он ехал вдоль берега, повстречался ему отряд, который возглавляли мессир Гильом де Кадудаль, мессир Анри де Пенфор и монсеньор Жоффруа де Малетруа. Едва их заметив, мессир Людовик сразу понял, что битвы не избежать. Поэтому построил он своих людей в общий боевой порядок и, ободряя их, прокричал свой клич. Затем он велел, чтобы его знамя вывезли вперед. Подозвав своего племянника по имени Альфонс[268], мессир Людовик посвятил его в рыцари, а также еще шесть человек — из любви к нему. Он попросил их, чтобы они приготовились хорошо себя выказать, и каждый ему это пообещал.
Тогда сошлись французы и бретонцы, и сразились сначала на копьях, мощно и крепко. А когда копья стали бесполезны, воины схватились за мечи и секиры, висевшие у них на ленчиках седел, и стали наносить удары тяжкие и опасные, так что многие там были ранены и изувечены. И ручаюсь вам, что мессир Людовик Испанский и его племянник мессир Альфонс совершили множество прекрасных подвигов, и все их воины тоже сражались превосходно. Поэтому они непременно разбили бы бретонцев и обратили их в бегство, если бы туда не подоспел мессир Готье де Мони с большим отрядом английских латников и лучников, свежих и бодрых. Тогда битва разгорелась с новой силой, лютая и яростная. Великий натиск пришлось выдержать и вынести монсеньору Людовику Испанскому, его племяннику монсеньору Альфонсу и всем рыцарям, что были в их отряде.
Вам следует знать, что эта битва, завязавшаяся в области Кемперле[269], поблизости от Кемпер-Корантена, была весьма ожесточенной и упорной. Мессир Людовик Испанский и все его люди очень стойко держались, но слишком тяжким и суровым стало для них бремя битвы, когда туда прибыл мессир Готье де Мони, ибо он привел совсем свежих людей и добрых бойцов, которые нашли французов уже изрядно уставшими. Еще какое-то время французы рьяно сражались и оборонялись, но под конец всё равно не смогли выстоять. Там был сражен и убит мессир Альфонс, а знамя его дяди, монсеньора Людовика, пало наземь, поскольку был убит и повержен тот, кто его нёс — добрый оруженосец по имени Юг де Контен[270].
Мессир Людовик и его люди начали отступать к своим кораблям. При этом англичане и бретонцы наседали на них со всех сторон. Самый разный сельский люд из той местности тоже преследовал их с палками, дубинами и мотыгами, стараясь отбить награбленное добро. В итоге, понеся великий урон, с многочисленными тяжелыми ранами, мессир Людовик всё-таки сумел покинуть поле боя. Он увел с собой не более трехсот человек из тех трех тысяч, что у него были, и оставил там тело своего племянника, из-за чего впоследствии очень сильно сокрушался.
265
Ги де Нюлли (
266
Из контекста фразы явствует, что речь идет о пленниках, захваченных людьми Людовика Испанского и оставленных на кораблях.
267
В оригинальном тексте сказано «
268
Альфонс де Ла-Серда (ок. 1313–1342), сын младшего брата Людовика Испанского, Хуана Альфонса де Ла-Серда (ок. 1295–1347), и Марии (ум. до 1340), внебрачной дочери короля Диниша I Португальского.
270
Юг де Контен (