Да, так тоже бывает. Может, недоработала наша разведка, может, вэсэушники оказались хитрее и переиграли нас на этом участке. Это только в сказках былинные богатыри пачками крошат супостатов, выходя из боя без единой царапины. В реальности всё намного жёстче, и противника недооценивать нельзя ни в коем случае. Неплохо натаскали хохлов за восемь лет. Упёртые, злые, обученные, тактически грамотные. На хорошо укреплённых позициях, по уши залитые в бетон, яростно грызущиеся за каждый метр, блиндаж, окоп. В этом мы убедились прямо в первый день СВО, 24 февраля 2022 года, на мосту к городу Счастье.
– Док, на три часа! – орёт в ухо Саня с позывным Цыган, сбрасывая стопор с турели[4].
Стволы развернули за доли секунды. Пока Цыган ловит цели в коллиматор[5], выставляю дальность…
– Давай!
Очереди спаренных 23-миллиметровых пулемётов выкашивают посадку. Реально выкашивают, я подобное видел только в кино. При попадании в дерево просто исчезает кусок ствола, а остальное валится куда попало. В лентах через каждые два осколочно-фугасных – один бронебойно-зажигательный трассёр. При таком раскладе эффективности стрельбы не мешает даже густая посадка. Наоборот, помогает: оэфзэшки[6] разрываются при малейшем касании и дают плотную волну осколков. Уцелеть просто нереально.
Высаживаем на вспышки по коробу из каждого ствола. Поляк, Моряк и Туник поддерживают автоматами с борта. Попаданий не видим, далековато, но огонь из посадки вроде утихает.
– Заряжай!
Пустые короба летят в кузов, на их место с лязгом вщёлкиваются полные. Но отработать уже не успеваем. Правый ствол клинит намертво – пуля попала в спусковой механизм. А ещё через пару секунд – крик Пушкина:
– Водила – «двести»[7]! Всем – с машины!
Сафона, водителя, снайпер снял. Точно в голову. А это уже совсем плохо, по двум причинам. Первое – неподвижная машина становится лёгкой целью. Второе и самое главное – сейчас этот же снайпер начнёт выбивать расчёт. Так что с машины надо спрыгивать. И чем быстрее, тем лучше.
Успеваем. Прямо в последние мгновения. Моряк, Поляк, Цыган… Туник перелетает через борт, и я вижу, как прямо под его рукой в железе появляются три аккуратные дырочки – точно на том месте, где секунду назад был он сам. Уже не оглядываясь, лечу следом – не словить бы самому. Прыгать почти с двухметровой высоты в бронике 6-го класса защиты и с полным боекомплектом… Ощущения – так себе. Ноги себе не отбил лишь потому, что вовремя сообразил упасть и перекатиться. И ещё сообразил кое-что: пытаться встать – идея тоже не фонтан. Не сам сообразил, подсказали. Дёрнули за ногу так, что чуть носом в асфальт не воткнулся, и сопроводили сие действие очень убедительной фразой, где единственными приличными словами были «лежать» и «дебил».
Тут я по сторонам глянул наконец. Поляка увидел сначала – это он меня, оказывается, за ногу дёргал, и слова нехорошие в мой адрес – тоже он. Потом вокруг огляделся… И захотелось мне к словам Поляка ещё много чего прибавить. Тоже нецензурного. Потому что общая картинка мне очень не понравилась. Никому не понравилась, если честно.
Если коротко: колонну на мосту заблокировали. Впереди машина пехоты горит и завал из песка. Назад тоже никак: мост узкий. Это во-первых. А во-вторых, простреливается этот мост с обеих сторон – очень плотно. И снайперы работают. По этому мосту можно только ползком. И то не везде, а только слева и справа вдоль бетонных бортиков. Они сантиметров тридцать высотой, от силы тридцать пять, всё, что выше, простреливается на раз. Середину моста тоже достают. Пацаны уже вдоль бортиков рассредоточились, залегли. Стреляют, но не прицельно, а так: ствол через бортик выставил, не поднимая головы, дал пару коротких в направлении огня – и всё. Толку от такой стрельбы немного, но хоть хохлам расслабляться не даём. Что дальше делать – непонятно, в рациях пока только мат и никаких дельных предложений. Одно понятно: надолго такой пинг-понг затягивать нельзя – патронов не хватит. Но пока приказа нет – лежим вот так, постреливаем. Напротив, у бортика, смотрю, Борчана перевязывают – зацепило. Не его одного, сзади где-то тоже слышу: жгутуют кого-то. В горячке боя «трёхсотых»[8] и «двухсотых» считать некогда, но понятно, что не обошлось. Про пацанов с первой машины даже думать боюсь, про бронегруппу, которую пропустили хохлы, – тоже. Слышно только, что в городе тоже бой идёт, значит, надежда есть.
4
Установка для крепления пулемётов или малокалиберных автоматических пушек, обеспечивающая наводку в горизонтальной и вертикальной плоскостях.