Фредегар допускает ошибки в своих вставках. Он пишет, что готы нанесли поражение Рехиле, правителю свевов, что, однако, не соответствует действительности (Fred., II, 51), а Гейзерих не был предшественником Рехилы на свевском престоле. Фредегар ошибочно пишет, что Пульхерия возвела на престол Маркиана и вышла замуж за Валентиниана (Fred., II, 52), в то время как Пульхерия была женой Маркиана. Землетрясение в Галисии Фредегар перенес в лучше знакомую ему Галлию.
Фредегар добавил свою мысль о предзнаменовании упадка готского владычества и грядущем владычестве франков (Fred., II, 56).
Как отметил Н. С. Горелов, все дополнения, внесенные во II книгу «Хроник» Фредегаром, так или иначе связаны с франкской историей[44]. В III книге Фредегар старается не повторять того, о чем уже было написано. Сообщая о битве на Каталаунских полях, он ссылается на хронику Идация, лишь кратко очерчивает историю вандалов, которую он излагал.
В конце II книги «Хроник Фредегара» помещается серия легендарных повествований о Теодорихе Великом, Юстиниане и Велизарии а также короле вандалов Хрохе. Долго однозначно было признано, что эти сюжеты были созданы, скорее всего, самим Фредегаром. Р. Коллинз предположил, что все три истории входили в состав некоего сборника, которым воспользовался Фредегар и автора которого он обозначил в прологе IV книги как «некоего ученого мужа». Так или иначе, все эти легенды перекликаются с историей франков и тесно связаны с замыслом Фредегара.
ВЗГЛЯД ФРЕДЕГАРА НА ИСТОРИЮ ФРАНКОВ (III-IV КНИГИ)
С начала III книги Фредегар приступает к изложению истории франков. Хронист не обладал талантом Григория Турского или Беды Достопочтенного. Несмотря на то что повествование не было завершено, имеет нестройную композицию и хронист использовал довольно бедные изобразительные средства, можно попытаться понять, что заставило человека, известного нам под именем Фредегар, взяться за перо в середине VII в., и составить представления о взглядах писателя.
В 613 г. начался новый период в истории меровингской Галлии. Все королевство франков было объединено под властью одного короля Хлотаря II (584-629 гг.). Несколько раз стоявший на пороге смерти Меровинг, потерпевший много тяжелых поражений, стал единственным властителем франков. Фредегар сравнивал его с дедом, Хлотарем I (Fred., IV, 42), которому тоже удалось в 558-561 гг. объединить все франкские королевства. Однако условия, в которых правил Хлотарь II, значительно отличались от тех, в которых находился его тезка. Внук уже не обладал всей властью деда.
С 550-570-х гг., после окончания активной экспансии франков, началось институциональное оформление королевства. Галло-римская аристократия постепенно начала смешиваться со знатью франкской и образовала впоследствии прослойку магнатов, из которых Меровинги формировали свою администрацию и на которых опирались в военном и политическом отношениях.
Междоусобицы, с незначительными перерывами длившиеся с 561 г., создали все условия для значительного увеличения веса аристократии в политической жизни королевства франков. Роль местной знати возросла настолько, что в 614 г. Хлотарь II издал Парижский эдикт, в котором, помимо прочего, предписывал назначать местных чиновников не иначе как из уроженцев данной области, а епископам и магнатам, имеющим владения в другой области, приказывалось делать своими представителями в них исключительно людей, происходящих оттуда. Это решение Хлотаря II рассматривалось историками как очевидная уступка знати и епископату. Король вынужден был назначать своих представителей лишь из числа местных аристократов, что делало их позиции более прочными. Историки спорят, действительно ли это решение было такой уступкой. В год издания Парижского эдикта Хлотарь II назначил Заюрским герцогом Эрпона, «по рождению франка», то есть не «бургундца»; тем самым король нарушил собственный эдикт. Можно предположить, что Хлотарь II в действительности хотел воспрепятствовать дальнейшему распространению влияния и без того могущественных магнатов.
Как бы то ни было, сам факт появления в эдикте этих решений говорит о том, что местная знать приобретала все большее и большее значение в жизни королевства. После смерти Варнахара по настоянию бургундских фаронов (фаронами называли себя бургундские аристократы, зачастую носители сепаратистских идей; это слово происходит, вероятно, от древнего бургундского понятия, обозначавшего знать) Хлотарь не стал назначать в Бургундию майордома. В 622 г. под давлением австразийских аристократов этот король был вынужден создать в Австразии «королевство в королевстве» для своего сына Дагоберта. Воссоздание Австразии в составе номинально единого королевства дало начало процессу дезинтеграции королевства франков. Все более отчетливо оно распадалось на западно-франкское (Нейстро-Бургундию) и восточно-франкское (Австразию).
44