Хронография

л. м. 6209, р. х. 709.

При Леоне Исаврском царе Константиноп. 1 год.

В сем году[375] воцарился Леон[376] родом из Германикий[377], но по истине из Исаврии[378]. При царе Юстиниане[379] с своими родителями[380] переселился он в Мезимеррию Фракийскую[381] в первом году его царствования[382]. Во втором же году его царствования[383], когда царь пришел туда с болгарами[384], Леон встретил его с дарами, состоявшими в пятистах овцах[385]. За сию услугу царь Юстиниан тотчас сделал его оруженосцем и обращался с ним как с искренним другом. За это возникла зависть и его оклеветали пред царем, что он домогается престола. Сделано было исследование касательно его, и клеветники его постыдились. Но это слово с того времени у многих было на языке. Юстиниан не хотел вредить ему явно, но в нем осталось тайное подозрение[386] к Леону, которого и послал он в Аланию с деньгами, чтобы возбудить аланов[387] против Авазгии[388], Лазики и Иверии. [В то время в Абасгии, Лазике и Иверии господствовали сарацины[389].] Прибывши в Лазику, он спрятал свои деньги в Фазисе[390] и с немногими туземцами[391] пошел в Дафилию[392] и перешедши Кавказские горы, пришел в Аланию. Юстиниан, чтобы погубить его, пославши, унес деньги из Фазиса. Аланы приняли оруженосца с великою честью и, поверивши словам его, {286} вторглись в Авазгию и многих пленили. Владетель[393] авазгов[394] дал знать аланам, что Юстиниан не нашел другого такого обманщика как этого человека, которого бы мог послать, чтобы возбудить нас против вас, наших соседей. Он обманул вас и обещанием денег: ибо Юстиниан, приславши, взял их. Но выдайте его нам, а мы дадим вам за него три тысячи монет, и старинная дружба между нами да не разрушится. Но аланы отвечали: мы не из денег послушались его, но из любви нашей к царю. Авазги еще послали к ним: выдайте нам его и мы дадим вам шесть тысяч монет. Аланы, желая узнать страну авазгов, согласились взять шесть тысяч монет и выдать оруженосца, но наперед все ему открыли и сказали: ты видишь, что дорога в Римскую землю[395] заперта и тебе негде пройти. Итак мы употребим хитрость[396] и согласимся выдать тебя и отпустить вместе с нашими людьми; мы осмотрим ущелья их[397], сделаем набеги, истребим их с лица земли и сделаем все для наших выгод[398]. Ответчики аланские ушли в Авазгию, согласились выдать им оруженосца и получили от них многие подарки. Авазги послали еще большее число ответчиков с великим количеством золота, чтобы взять оруженосца, которому тогда аланы сказали: эти люди, как мы уже говорили тебе, пришли взять тебя, и ты пойдешь в Авазгию; мы имеем с ними сообщение, и наши купцы всегда ходят туда. Впрочем, чтобы намерение наше не подверглось какому-либо нареканию, мы предадим тебя только повидимому; но когда они двинутся в путь, мы подошлем тайно сзади, их убьем, тебя скроем, пока войско наше внезапно соберется в земли их; что и случилось. Ответчики авазгов, взявши оруженосца с людьми его, связали и ушли. Аланы с владетелем своим

375

У Феофана А. М. 6209, т. е. 716/717 г.; точнее 717 г., так как Лев III в этом году вступает на престол. Рассказ о посольстве Льва на Кавказ дается ретроспективно, источник его не выявлен; неизвестны также параллели к повествованию Феофана в иноязычной (негреческой) литературе.

376

Император Лев III (717—741), инициатор иконоборческой политики византийских императоров VIII—IX вв., чем в основном и объясняется негативная оценка его Феофаном.

377

Город в Киликии; совр. Мараш в южной Турции.

378

Исаврия – область на юго-востоке Малой Азии, напротив острова Кипр. Лев III при крещении принял распространенное среди исаврийцев имя Конон, что послужило Ю. А. Кулаковскому основанием для предположения об исаврийском происхождении Льва III (Кулаковский. История, II, с. 319). Впрочем, К. Шенком было показано, что Феофан, видимо, перепутал Германикию с Германикополем (совр. Эрменек) – городом в Исаврии и что слова «а по правде» являются позднейшей вставкой (Schenk. Kaiser Leon’s Walten, S. 296—297; cp.: Ostrogorsky. Geschichte3, S. 129 u. Anm. 2). Обращает на себя вниманиеи их отсутствие в латинском переводе Анастасия, где читаем: genere Syrus (Theoph. Chron., II, 251.32). Вместе с тем имя Конон не обязательно указывает на исаврийское происхождение: папа римский Конон (686—687) был родом из Фракии.

379

Т. е. Юстинианом II.

380

Отец Льва III, вероятно, был стратиотом (Кулаковский. История, III, с. 319—320).

381

Феофан упоминает о переселении исаврийцев во Фракию при императоре Анастасии I (Theoph. Chron., Ι, 140.5); позже, в конце VII– VIII в., это, видимо, стало практикой: «Хронография» сообщает о переселении Константином V (741—775) во Фракию сирийцев (ibid., 422.15—16), Львом IV (775—780) опять-таки сирийцев (ibid., 451.1—2).

382

Т. е. в 685—695 гг. Место неправильно понято В. И. Оболенским – Ф. А. Терновским: «в первом году его царствования» (Летопись Феофана, с. 286). Ср. латинский перевод Анастасия: cum prius regnaret (Theoph. Chron., II, 251.32—33).

383

Т. е. в 705—711 гг. Ср. латинский перевод Анастасия: posterioris imperii sui tempore (ibid., II, 251.33—34) и ошибочный – В. И. Оболенского – Ф. А. Терновского: «во втором же году его царствования» (Летопись Феофана, с. 286).

384

Т. е. с Тервелем (см.: «Хронография», 704/705 г.).

385

Речь идет, очевидно, о провианте для войска Юстиниана II.

386

Так мы передаем греческое βρόμος; ср. у Анастасия taedium – «отвращение» (Theoph. Chron., II, 252.5). К. де Боор допускает написание βρῶμος – «зловоние» (ibid., 735), хотя все рукописи дают без разночтений βρόμος.

387

Византийские авторы ничего не сообщают об аланах в течение целого столетия – с конца VI в. до конца VII в. Ю. А. Кулаковский связывает молчание византийских источников об аланах с их зависимостью от хазар; с точки зрения Кулаковского эпицентр событий переместился на восток – от Кавказского прохода (Дарьяла), где селились аланы, к Каспийскому (Дербенту), через который хазары совершали набеги на персов и позже на арабов; тем самым аланы оставались в стороне от столкновений империи с сасанидским Ираном в VII в., чем и объясняется отсутствие упоминаний об этом народе. Повествование Феофана о посольстве Льва III на Кавказ рассматривается Кулаковским как свидетельство свободы аланов от власти хазар. И для VIII в. рассказ «Хронографии» остается единственным источником по истории аланов, хотя контакты Византии с аланами, вероятно, не прерывались, о чем говорит, по Кулаковскому, обращение аланов в христианство в начале IX в. (Кулаковский. Аланы, с. 142, 144). В VIII в. аланы селились к северу от Кавказа, в долинах Кубани и Терека. На это время приходится сужение территорий аланских племен: если в V—VII вв. их земли простирались от Кубани до Дагестана, то в VIII—IX вв. аланы, вытесненные черными болгарами, теряют район Кисловодска (Кузнецов. Аланские племена, с. 30). По мнению В. А. Кузнецова, понятие «аланы» в раннее средневековье не только имело узко этническое значение, но и использовалось как собирательный термин для определения союза племен (там же, с. 74). В соответствии с этим Кузнецов выделяет три крупных локальных варианта аланской материальной культуры: западный – в верховьях Кубани, центральный – Кабардино-Балкария и восточный – Северная Осетия и Чечено-Ингушетия (Кузнецов. Локальный вариант, с. 149). В нашем случае речь идет скорее всего об аланах в верховьях Кубани.

388

Абасги (совр. абхазцы) называли себя Afswa; греческий этноним передает один из грузинских вариантов имени – Abasq/Ap’xaz; с поздней античности народ распадается на три группы: абасги (от реки Псоу до Бзыби), саниты (от реки Бзыби на юг до Диоскуриады) и апсилы (у устья Кодори); в византийских источниках первое упоминание об абасгах находим у Феодорита Киррского (V в.) под 423 г. (Kollautz. Abasgen, S. 21—24). Абасгам принадлежали области вдоль черноморского побережья от Псоу на северо-западе до устья Ингури на юге (границы между Мингрелией-Имеретией и Абхазией); на севере и востоке Кавказский хребет, тянущийся на северо-запад, отграничивал абасгов от равнин Кубани и Терека; Лазика, хотя и находилась за пределами древней и современной Абхазии, в VIII—Χ вв. принадлежала Абхазскому царству; название страны появляется впервые в VI в. (Kollautz. Abasgia, S. 42—44). Независимость от Византии абасги завоевали в 790 г., когда ими была захвачена и Лазика (Kollautz. Abasgen, S. 35).

389

Список g опускает предыдущую фразу, оставляя лишь слова καὶ Λαζικὴν καὶ ’Ιβηρίαν. Если учесть, что выше все рукописи (кроме d) вместо чтения κατὰ ’Αβασγίας дают κατὰ ’Αβασγίαν, то вариант списка g, ничего не говоря о господстве сарацин в Абасгии, изменяет смысл контекста: συγκινῆσαι τους ’Αλανοὺς κατὰ ’Αβασγίαν, καὶ Λαζικὴν καὶ ’Ιβηρίαν, т. е. «поднять аланов против Абасгии, Лазики и Иверии». Кодекс g, несмотря на свою древность (он датируется Х (в.), едва ли отражает авторский текст или какую-либо иную версию рассказа о кавказском посольстве. Думается, мы имеем здесь дело с ошибкой писца, палеографически легко объяснимой пропуском строки между повторяющимися словами ’Αβασγίαν – ’Αβασγίαν, тем более что разночтение не подтверждается остальными списками «Хронографии» и латинским переводом Анастасия (Theoph. Chron., II, 252.6—7). Предложение отсутствует у В. И. Оболенского – Ф. А. Терновского (Летопись Феофана, с. 286, где передается вариант списка g). М. Канар, анализируя фрагмент об аланах, пишет о признании лишь Лазикой господства арабов в правление императора Леонтия (695—698), абасги же (как и апсилы), с точки зрения Канара, «отложились» (от империи.– И.Ч.); смысл экспедиции Льва III как раз и заключался в том, чтобы до похода императора (Юстиниана II) в Лазику спровоцировать нападение аланов на абасгов (Canard. L’aventure, p. 354). Присутствие арабов в Абасгии вызывает сомнения и у С. Г. Зетейшвили (Зетейшвили. Сведения, с. 85), не подкрепляемые, впрочем, вескими доводами. Между тем Феофан прямо говорит о власти арабов в Абасгии, Лазике и Иверии.

390

Фасис – река (совр. Рион) и одноименный город (совр. Поти в устье Риона), но поскольку в греческом тексте «Хронографии» Фасис употребляется с артиклем мужского рода, то, очевидно, подразумевается река, а не город (ср. неправильный перевод.(Canard. L’aventure, p. 354).

391

По М. Канару, сопровождение Льва III состояло из армян (ibidem), хотя слова Феофана не дают основания для такой трактовки: в «Хронографии» сказано только о местных жителях Фасиса.

392

Наряду с правильным чтением ’Αψιλίαν, списки «Хронографии» дают и ошибочные: ’Αψηλεΐαν h, Δαψιλίαν с, Δαψηλίαν df; Δαψίλειαν g. Апсилия располагалась по течению реки Кодори, впадающей в Черное море к югу от Сухуми у мыса Искуриас (Кулаковский. История, III, с. 323, прим. 1; Canard. L’aventure, р. 354, n. 2).

393

В греческом тексте – κύριος (ср.: «Хронография», комм. 267 – о властителе Болгарии), у Анастасия – dominus (Theoph, Chron., II, 252.13).

394

Годы правления абхазских князей известны, начиная со Льва I (735—786 или ок. 736—766/767 гг.); для остальных установлены в хронологическом порядке только имена (числом 9), последние из них – Димитрий I, Феодосий I, Констанций I и Феодор (Kollautz. Abasgen, S, 33—36). Не исключено, что в нашем случае речь идет о Феодоре, а может быть, и о Констанции I.

395

Термин «Романия» в значении территории Византийской империи появляется у византийских авторов с V в., а на западе с XI в. (несмотря на то, что он встречается в IX в. в латинском переводе «Хронографии»); сам Феофан употребляет слово 47 раз, из которых лишь один в применении к европейской территории Византии, в остальных случаях Романия относится к малоазийским землям и упоминается в связи с византино-арабскими войнами (Wolf. Romania, р. 32; ср.: ВИИНЈ, I, с. 223, прим. 12).

396

Классический греческий язык, видимо, не знал этого слова: оно не зарегистрировано словарем Г. Лидделла – Р. Скотта. Анастасий переводит callide agamus (Theoph. Chron., II, 252.27), т. е. «поступим хитро», что соответствует и пониманию К. де Боора: dolum comminiscor (ibid., 777 s.v.). Такое же значение, со ссылкой на «Хронографию», отмечают словари Э. Софоклиса и Г. Лампе.

397

Греческое клисура означало не только горный проход, ущелье, но и укрепления на перевалах; так, например, разъясняет это понятие Феофилакт Симокатта (Th. Sim. Hist., VII, 14, 8). Очевидно, имеются в виду проходы Кавказского хребта на северо-востоке Абхазии, отделявшие абасгов от аланов.

398

Списки группы у дают чтение ἡμῶν, т. е. изменяют смысл контекста; «послужим и нам»; фраза отсутствует в переводе Анастасия (Theoph. Chron., II, 252.25—29), что не отмечено К. де Боором в критическом аппарате «Хронографии». И. Рохов предлагает в этом месте конъектуру, объясняя ее необходимость следующими доводами: ὑμῶν не может относиться к абасгам, поскольку против них направлена хитрость аланов, а ко Льву и Византии – поскольку Лев III был в оппозиции к Юстиниану II; соответственно предпочтительнее ἡμῶν, которое можно отнести ко Льву III и аланам (Rochow. О îndreptare, р. 120). Однако поправка Рохов сомнительна. Прежде всего ὑμῶν нельзя связать с абасгами чисто грамматически (аланы обращаются ко Льву III, если бы подразумевались абасги, то должно было бы стоять αὐτῶν, т. е. «их»), а не только из-за смыслового противоречия. Но самое главное, ὑμῶν можно понимать в применении к ромеям (и Льву, и Византии вообще): аланы осознают себя союзниками империи (и это отчетливо проявляется в тексте), независимо от того, какие отношения сложились между Юстинианом II и Львом III. Наконец, чтение списков группы у является скорее всего следствием итацизма, а не смысловым разночтением. Немецкий перевод – geben ihnen so eine heilsame Lehre (Bilderstreit, S. 23) – двусмыслен и неправилен.