— Дай мне упасть к твоим ногам, — твердил он. — Дай мне упасть к твоим ногам...
И даже после того, как он умер, испуганные привратники рассказывали, что по ночам в его доме слышится женский голос:
Так кончается повесть о ядовитом дереве.
Будем надеяться, что ни в одном дворе его семя не найдет для себя благодатной почвы.
Чондрошекхор
Пролог
Дети
На берегу Ганга в манговой роще сидел мальчик Протап и слушал вечерний шум реки. У его ног, на нежной траве, лежала девочка Шойболини и молча, не отрываясь, смотрела на него. Время от времени она поглядывала на небо, на реку, а затем снова обращала свой взор к мальчику. Шойболини было лет семь-восемь, Протап вступал в пору юности.
Высоко в небе громко пела маленькая певчая птичка палия. Шойболини стала передразнивать птицу, и манговая роща ответила ей трепетом листьев. Шум бегущей реки подхватил эту песню-насмешку.
Шойболини собрала нежные лесные цветы, сплела из них гирлянду и украсила ею шею мальчика. Затем она отобрала у него гирлянду, надела ее на себя, а потом снова на мальчика. Она никак не могла решить, кто должен носить это украшение. Наконец, заметив пасущуюся недалеко корову, Шойболини нацепила венок ей на рога и тем самым избежала неминуемой ссоры. Ссорились же они часто. Если не из-за гирлянды, то из-за птенцов, которых Протап доставал из гнезда, а когда поспевало манго — из-за спелых плодов, которые он срывал с дерева.
Когда на мягком вечернем небе зажигались звезды, дети принимались их считать. «Кто первым увидел?» — «Какая звезда появилась раньше?» — «Ты сколько видишь звезд?» — «Только четыре? А я вижу пять! Вот одна, вон другая, а во-о-н еще три». Но это была неправда, Шойболини видела только три звезды.
«Давай лучше считать лодки. Угадай, сколько там плывет лодок? Шестнадцать? Спорим, что восемнадцать!» Шойболини не умела считать, сосчитает раз — получается девять, сосчитает другой — уже двадцать одна. Потом они бросали это занятие и начинали следить за какой-нибудь одной лодкой. «Кто в ней? Откуда она плывет? И куда?»
Вода на веслах блестит, словно золото.
КТО УТОНУЛ И КТО СПАССЯ
Так возникла привязанность, которую можно назвать любовью, а можно назвать и как-нибудь иначе. Ему шестнадцать лет, ей — восемь. И кто умеет любить более пылко, чем юноша!
Но словно каким-то проклятием обычно бывает отмечена ранняя любовь. Часто ли, став взрослыми, вы встречаете того, к кому вас влекло в юности? Да и многие ли остаются достойными любви? К старости все проходит, от любви остаются лишь воспоминания, но зато как сладостны они!
В жизни каждого юноши бывает пора, когда он вдруг начинает замечать, что лицо его подруги прекрасно, а в глазах у нее светится какой-то загадочный огонек. Сколько раз, забыв про игру, он тайком наблюдает за ней, незаметно любуется ею! Порой он и сам еще не понимает, что уже любит. Но проходит время, и это прекрасное лицо, эти загадочные глаза куда-то исчезают. Он ищет ее по всему свету, но находит только в своих воспоминаниях. Да, над любовью ранней юности тяготеет какое-то проклятие!
Шойболини думала, что выйдет замуж за Протапа. Но Протап уже тогда знал, что этому не бывать. Ведь она приходилась ему родственницей, правда, очень дальней, но все-таки родственницей. В этом заключалась ошибка судьбы.
Шойболини родилась в бедной семье. У нее нет никого, кроме матери, и ничего, кроме хижины и собственной красоты. Протап тоже был бедняком.
Девочка росла и с каждым днем становилась все прекраснее. Но ни о какой свадьбе речи не шло. Ведь свадьба — это большие расходы, кто возьмет их на себя? Кто отыщет в такой глуши бесценный цветок?
Со временем Шойболини и сама поняла все это. Она знала, что без Протапа для нее нет на земле счастья. Она также знала и то, что в этом рождении[60] им не суждено быть вместе.
Протап и Шойболини стали думать о том, как им поступить дальше. Много дней они совещались тайком от людей. Наконец выход был найден. Они отправились к Ганге. В это время в реке купалось много народу. Протап сказал: «Поплывем, Шойболини!» И они поплыли. Оба являлись искусными пловцами, никто в деревне не мог соперничать с ними.
Стоял сезон дождей, Ганга выходила из берегов. Она волновалась, бурлила и стремительно катила свои воды. Разрезая волны, вспенивая воду и поднимая брызги, Шойболини и Протап быстро удалялись от берега. В пене волн их прекрасные молодые тела сверкали, словно два драгоценных камня, оправленных в серебро. Люди на берегу, увидев, что дети заплыли слишком далеко, стали кричать, чтобы они немедленно вернулись. Но мальчик и девочка не слышали тревожных криков и продолжали плыть дальше. Их снова звали, бранили, а они все плыли и плыли. Когда берег уже почти скрылся из виду, Протап сказал:
60
Согласно индуизму, господствующей в Индии религии, живые существа не умирают, а перевоплощаются. Человек, таким образом, имеет много рождений.