– Что огорчило Вас, королева Ильжбетта? – спросила большая розовая стрекоза, появившись перед ней.
– Я устала, – ответила королева, не поднимая головы.
– Не бойтесь меня, я Ваш друг, – стрекоза превратилась в короля эльфов Юнга.
– Я ничего и никого не боюсь, – сказала Ильжбетта, глянув на него с вызовом. Разве могла она, королева, признаться, что умирает от страха и отчаянья. Что не знает, как жить дальше. Она встала.
– Мне немного взгрустнулось, вот и всё… Я специально ушла подальше, чтобы никто не видел меня.
– Простите, что нарушил ваше уединение, – он поклонился, развернулся, чтобы уйти.
– Постойте, Юнг, скажите, это правда, что Вы помогли звёздному королю?
– Тише, – он приложил ладонь к губам, перешел на шепот. – Прошу Вас, не говорите об этом, чтобы не навлечь на нас гнев жреца. Да, я совершил грехопадение, освободив звёздного короля, и теперь искупаю этот грех. Я отдал жрецу кольцо короля, чтобы ничто не напоминало больше о моем проступке, который чуть было не стал началом войны миров. Я принес жрецу трех белых голубок, чтобы смыть позор со своей души и теперь жду, когда закончится время, отведенное для полного очищения. Нам с Вами, королева Ильжбетта, не стоит прибавлять грех ко греху, чтобы не погибнуть самим и не губить больше невинные души.
– Я ничего не понимаю, Юнг, – проговорила она. – Зачем жрец убивает невинных птиц? Неужели нельзя придумать что-то другое для искупления грехов?
– Я тоже испытываю отчаяние, когда вижу этот обряд, – признался Юнг. – Но, к сожалению, пока мы ничего не можем изменить. Мы должны приносить жертвы за свои грехи. К тому же сейчас, когда назревает война миров…
– О, оставьте это! – перебила она его. – Никакой войны нет. Звёздная пыль положила конец всем войнам.
– Ценю Вашу уверенность, королева, но пока мы не можем утверждать это наверняка, – сказал он. – «Мудрый человек будет молчать до времени; а тщеславный и безрассудный не будет ждать времени»[2].
– Мудрый человек, – она посмотрела ему в глаза. – Приятно слышать такие слова от эльфа. Надеюсь, мы подружимся, король Юнг.
– Я сделаю всё, что потребуется, королева, – он склонил голову. – Мы присягнули Вам на верность, а это значит, что мы готовы умереть за Вас.
– Я не хочу, чтобы вы умирали, Юнг, живите, – она протянула ему руку. Он поцеловал кончики её пальцев и исчез.
– Мне не нужно грустить, – сказала Ильжбетта. – Я прилетела на землю для того, чтобы узнать, чем занимаются здесь люди. Что здесь такого интересного? Почему звёзды не возвращаются обратно? Почему… – закрыла лицо руками. – О, какая же это мука… Как же я хочу обратно… Как я тоскую по вам, мои дорогие матушка и сестрицы… Как невыносимо мне осознание того, что я не увижу Вас больше, мой звёздный король… О, какая это мука, любить… Какая это мука… Но именно любовь подсказывает мне, что всё ещё может измениться, – подняла голову вверх. – Всё обязательно изменится, я верю. Я найду способ вернуться в небесную страну, обязательно найду…
Полная решимости она пошла обратно к дому волшебника…
Колдун
Всё, что потом рассказывали про Ильжбетту, можно считать правдой лишь на одну треть. Не она правила королевством Сицильяно, а волшебник, которого называли сыном Ильжбетты Леопольдом. Он прибавлял к своему имени цифры, чтобы никто не догадался о его вечном правлении, о его бессмертии. В Сицильяно рождались только мальчики, потому что менять пол волшебник не собирался. Он привык к своей земной оболочке. Она его устраивала. К тому же он считал, что быть мужчиной почетней. Мужчина всегда выше и сильнее слабой беззащитной женщины. Он господин. Ему дана власть господствовать не только над нею, но и над всем сущим на земле. Волшебник так уверился в своем величии и могуществе, что забыл главное правило: «Никогда ничем не клянись!» Он поклялся звездочёту, выполнить любое его желание, и лишился кольца силы, власти и могущества. Символ бесконечности вернулся в небесную страну. Леопольд впал в уныние.
Он прекрасно понимал, что в кольце нет никакой магической силы, что оно всего лишь символ доверия между мирами, но именно с потери кольца в жизни Леопольда всё пошло не так. Время вновь возымело над ним свою власть. Он почувствовал его тяжелую руку на своих плечах. Вторым ударом стало появление в королевской колыбели маленькой падшей звезды, которая должна будет стать королевой Сицильяно, принять корону от отца короля Леопольда X. Чтобы перехитрить судьбу и повернуть всё в нужное русло, Леопольд назвал девочку Леоне. Ему хотелось верить, что малышка послана для того, чтобы сделать его ещё могущественнее, чем прежде. Поэтому он решил воспитывать Леоне в неге и любви.