Ким кивнул: «Вряд ли они могли быть родными братом и сестрой. Девушка была выраженная азиатка, а молодой человек - белым. С другой стороны, они могли бы быть сводными братом и сестрой, - от разных родителей. Однако, вот что интересно. Почему сводный брат идет к сутенеру и платит, чтобы нанять свою сестру на ночь?»
«Я могу вообразить одну гипотезу. Скажем, они хотели вырваться из банды этого Во. Тогда, если Во не знает, что у Амелии есть сводный брат, это дает Нику некоторые преимущества. Он же был инвалидом, с протезом вместо ноги. Против «конкретных пацанов» Во у него было маловато шансов.»
«Я боюсь, что это немного надуманно, сэр. Однако...»
«Надумано или нет, а стоит посетить этот адрес в первую очередь. Если это пустышка, мы всегда можем вернуться сюда и придумать что-то еще. Но, если нам повезет, мы сможем избежать много дней беготни по трущобам. Хорошо, что кто-то, наконец, начал разбирать ваши документы,» - Марк улыбнулся Кэйт.
«Хорошо, сэр, тогда поедем,» - Ким с готовностью поднялся с кресла.
Кэйт насмешливо приложила ладонь к виску, как бы отдавая им честь: «Удачи, господа. Я тогда закончу набивать вот это, запру офис и пойду покатаюсь на моем скейте. Если я не выполню норму, «Путь Спасения» отберет у меня ведерко. Кроме всего прочего, мне нужно покурить. И - лучше делать это на «Маршруте.» Запах моей папироски может плохо отразится на репутации Полиции.»
«Ты опять собираешься курить свою травку?» - спросил Марк.
«Выбора нет, сэр. Ножки болят. Особенно левая ступня. Это фантомные боли. Сегодня немного хуже, чем обычно. Похоже, погода меняется...»
Марк кивнул. Время от времени, Уильям так же жаловался на боль в отсутствующих руках. Правда, сейчас - не так часто, как раньше. Кто-то обнадеживал, что фантомные боли рано или поздно пройдут совсем, кто-то заявлял, что они останутся на всю жизнь...
Глава 11
Когда Марк и Ким отъехали от Околотка, Марк спросил: «Ты, Ким, хочешь небольшой, но полезный совет? Не как от ФБР Полиции, а как мужчина мужчине?»
«Конечно, сэр,» - с готовностью подтвердил Ким.
«Только, сначала я должен спросить: ты уже... хм, спал с Кэйт?»
Ким снова покраснел, сейчас даже больше, чем еще в околотке. «...Да,» - наконец, выдавил он из себя.
«Как она? Я имею в виду: в постели?»
«Мне... Мне не с чем сравнить, сэр... Видите ли,.. я - девственник. Был. До вчерашней ночи. Я знаю, для двадцати пяти лет - это странно...»
«Ну, во-первых, нет ничего плохого или странного в том, чтобы быть девственником до двадцати пяти. До «Обвала,» это вообще было в норме. Я, например, встретил Мэри в 2006 году. Мне было - двадцать четыре. Моя жена, - единственная женщина в моей жизни. А во-вторых, парень, вот тебе мой совет: ни за что не отпускай эту Кэйт! У нее характер есть. Такую девочку так просто не найдешь. Женись на ней. Если ты готов, конечно.»
«Вы... в самом деле так считаете? Вы знаете, сэр, как ни странно, моя мама сказала то же самое...»
«Она тебя не отругала, что ты притащил домой безногую девушку со скейтом?»
«Отругала,» - признался Ким: «но скорее для острастки. Чтоб мы прочувствовали, кто в доме хозяин. Зная маму, она как-то невероятно легко согласилась на то, что Кэйт будет жить у нас... Причем, сказала мне именно это:.. Кэйт - девушка с характером, что угодно выдержит. И, знаете, - мама отрезала штанины у своей любимой пижамы и подарила ее Кэйт!»
«Вот как? Ну, тогда мой совет был тебе на слишком нужен. Я уверен, твоя мама знает жизнь куда лучше, чем я. Она сама - сильная личность. На свадьбу - пригласишь?»
«Непременно, сэр, и спасибо за поддержку.»
«Что я могу сделать для вас, ребята: я поговорю с начальством в Участке. Твой околоток уже давно нуждается в третьем депьюти. Сколько населения у вас в трущобах по последней оценке - шесть, шесть с половиной тысяч?»
«Почти семь,» - подтвердил Ким.
«На третьего депьюти майор Ферелли ни за что не согласится, - бюджет трещит по швам. Однако, если попробовать продавить должность клерка, причем гражданского, и инвалида, - кто знает, может быть, дельце выгорит. Конечно, они за такую должность платят фигню: тысяч пятьдесят в год. Все же, это больше, чем Кэйт может собрать в программе «Пути Спасения.»
«Спасибо, сэр,» - кивнул Ким. «Это было бы очень здорово.»
Вскоре Марк и Ким оказались перед той же лачугой семьи Хобсонов, которая была так же пуста, как и в прошлый раз. Тот же старик, который рассказывал им о своей службе в Кувейте, сидел на своем обычном месте - на противоположной стороне грязноватой тропинки, что служила тут заместо улицы.
«Доброе утро, сэр,» - Ким подошел к старику: «Помните, мы были здесь в среду? Если не возражаете, можно Вам задать еще несколько вопросов?»
«Конечно, господа. Никаких возражений и быть не может! Задавайте ваши вопросы. Знаете, когда я служил в армии...»
«Вот эта девушка - ваша соседка, сэр?» - Марк вытащил из кармана фото убитой.
«Секундочку, один момент, господа. Не так быстро,» - старик похлопал себя по карманам и крикнул в приоткрытую дверь своей хибарки: «Изабелла, Изабелла, золотко, ты не видела мои очки?»
«Вы знаете, мое зрение в последнее время стало слабовато,» - признался он Марку. Мгновение спустя, среднего возраста женщина появилась на крыльце, держа в руке затребованный оптический прибор. У очков отсутствовали обе дужки, а стекло было только одно, зато очень толстое.
«Боюсь, господа полицейские, вы не того человека просите опознать ваше фото,» - сказала женщина: «У моего отца зрение не просто«слабовато.» Было бы честнее сказать: «совсем никакое!» Ким изумленно посмотрел на Марка. В среду, когда они спрашивали старика о соседях, они автоматически предположили, что он был способен видеть, что делается через дорогу! В оправдание, старик был настолько зациклен на своих военных приключениях в Кувейте, что задавать вопросы было не слишком-то легко.
«А Вы не могли бы посмотреть наши снимки, мэм?» - Марк подал женщине фотографии убитых. Женщина сразу указала на фото девушки. «Это наша Ами, однозначно. Только теперь она хочет, чтобы ее звали Мел. Живет в той холупе, через дорогу. Обычно бывает дома в это время дня, примерно до обеда. А сегодня ее почему-то нет... Хотя, я не видала ее в последнее время. Немного странно, знаете ли... Других-то я редко вижу. Ее сестренка, Джас, и два брата - они приходят домой только вечером, а уходят - еще затемно. Однако, я не видела у них света. Не то, чтобы я специально смотрела...»
«Понятно. А этого молодого человека Вы не видели?» - спросил Ким, указывая на второе фото.
«Я не уверена. Приходил к ним кто-то на прошлой неделе. Я думаю, это было в четверг. Но не могу сказать, тот это парень или нет. Не знаю, врать не буду.»
«Мел и Джас. Вы их полные имена случайно не знаете, мэм?» - спросил Марк. Учитывая их ляп три дня назад, он старался не пропустить ни одного факта.
«Старшая - Амелия, это точно. Хотя, все называют ее просто Мел. Младшая - Жасмин.»
«Амелия и Жасмин Хобсон?»
«Амелия - это сто процентов, но - не совсем Хобсон. Она предпочитает другую фамилию: Хан, Хань, или Хаи. Что-то навроде. Азиатская такая фамилия, от ее матери. Я не знаю, как это пишется...»
«Странно. В базе данных Офиса Военной Карьеры по этому адресу указана фамилия Хобсон. Мы, собственно, сюда в среду и приезжали из-за этого,» - заметил Марк.
«Трое младших у них - Хобсоны. По фамилии отца. Он был белым. Мел - не родная дочь, а падчерица. Она предпочитает свою старую, азиатскую, фамилию...»
«Вы хорошо знаете их семью?»
«Ну, мы не суем нос в дела соседей, если это то, что Вы имели в виду. Однако, невозможно жить от кого-то в тридцати футах [ 54 ]целых десять,.. нет, уже одиннадцать лет, и притом не знать их вообще.»
«Не могли бы Вы рассказать нам, что Вы знаете?»
«Ну, мы перебрались в Хьюстон в 2019. Мы сами-то из Нью-Йорка, ну и Хобсоны тоже были оттуда. Роберт и Ре-Анн Хобсон, они работали в компании по разборке заданий - помните, было много таких?»
Марк кивнул. Разборка зданий была популярным бизнесом в течение нескольких лет после «Обвала.» Когда рынок коммерческой недвижимости рухнул, многие офисные здания, особенно небоскребы в центре города, стояли пустыми, или еще хуже: становились прибежищами нищих поселенцев, пьяниц или наркоманов. Компании по разборке зданий, или, как их коротко называли, « разборщики,» занимались сносом зданий, с одновременной утилизацией всех более или менее ценных материалов. Чуть позже эти же компании стали валить ненужные опоры электропередач и выкапывать из земли неработающие водопроводы и электросети.
«В общем, Роб всем тут помогал доставать стройматериалы. Он всегда знал, как купить материалы приличного качества по более низким ценам,» - продолжала женщина свой рассказ. «Отличный Роб был сосед, мы не жаловались...»
«Ваш отец сказал, что Роберт Хобсон погиб в аварии, да?» - спросил Марк. Обычное дело, подумал он про себя. Сразу после «Обвала» еще существовали какие-то правила техники безопасности, компании использовали подъемные краны и средства индивидуальной защиты. Однако скоро развал экономики внес исправления. « Разборщики» перестали использовать механические подъемные устройства, комбинезоны, респираторы и прочие «ненужные» вещи. Очистив очередной этаж от проводов, труб, стекла, гипсокартона и древесины, они резали арматуру газовыми горелками, выталкивая обломки из окон. Часто - с тридцатого этажа! Несчастные случаи происходили постоянно, а число погибших достигало нескольких сотен ежегодно. Однако, это было неважно: бизнес « разборщиков» был прибыльным, и там можно было заработать куда больше, чем копаясь в свалках или выращивая овощи. Недостатка в добровольцах не было. Роб Хобсон был счастливчиком, если ему удалось выжить в этом бизнесе целых семь или восемь лет...
«Да, это был несчастный случай. В 2024, если я не ошибаюсь. У Ре-Анн случилась тяжелейшая депрессия. Она умерла примерно полтора года спустя, в 2026 году. Врач сказал, это был рак легких - от асбестовой пыли. Лично я думаю, это все от депрессии. Вы знаете, что психическое состояние и иммунная система связаны друг с другом?»
«Значит, дети остались сиротами?»
«Ну да, две девочки и два мальчика... Амелия - старшая. Ей сейчас девятнадцать лет. Я думаю - девятнадцать. Только она от первого брака Ре-Анн, еще до Роберта. Жасмин сейчас около пятнадцати. А мальчикам, Мильтону и Альберту - десять и двенадцать, если я не ошибаюсь.»
«Десять и двенадцать?» - удивился Марк: «Интересно, как они очутились в базе данных ОВК? Сэр,» - он обратился к старику: «Вы сказали, что мальчики ходили регистрироваться для военной службы?..»
«Да, ходили регистрироваться! Если я сказал - ходили, молодой человек, значит - ходили!» Он, очевидно, был немного раздражен, что его дочь сказала полицейским про его плохое зрение.
«А, это, должно быть, инициатива местного ОВК,» - догадался Ким: «Это они недавно начали. Что-то наподобие клуба бой-скаутов, раз в месяц. Ничего особо военного пацаны не делают, да еще их кормят бесплатным обедом. Основная идея в том, чтобы заранее собрать данные про всех потенциальных призывников. Чтобы было кого в армию забирать, когда пацаны вырастут.»
«О-кей, с этим ясно. А Вы случайно не помните про то, как девочек изнасиловали три года назад?»
«Помним, как не помнить. Как такой ужас можно забыть? Полиция нас тогда допрашивала... Но, честно говоря, мы ничем помочь им не могли. Рано утром, Берти, то есть Альберт, прибежал к нам. Его трясло всего! Он сказал, что девочек ночью изнасиловали. Мы сразу набрали 911. В общем, Мел и Джас... Там была целая банда - пять человек. Мел досталось больше всех - ее изнасиловали, как минимум, десять раз. Мальчиков насильники связали, но, в общем, ничего больше им не сделали. Странно, но мы не слышали ничего такого в ту ночь. Все было тихо, как обычно... Ну вот, когда насильники ушли, Берти сумел освободиться от веревок и побежал за помощью. Вот и все, что мы знаем. Насильников так и не нашли, суда не было. Мел запретила Джас и мальчикам говорить об этом...»