Жан был хорошо знаком с братьями Розенберг. Двое из них были кожгалантерейщиками и имели мастерские — одну на улице Бривибас, под кафе «Флора», другую на улице Пелду, 4; другие два брата были коммунистами. Один из них, Эрнест Розенберг, был заброшен в Ригу для организации партизанского движения и для связи латышских партизан с рижским подпольем. До 1943 года партизанское движение в Латвии практически не существовало[56]. Одно время Эрнест Розенберг скрывался в мастерской брата Бернета на Пелду, 4, а иногда в доме Жана. Эта мастерская была официально зарегистрирована у немцев, там работала группа евреев из гетто, и некоторых из них Жану удалось впоследствии спасти. В этой мастерской Жан неоднократно встречался со своими людьми, получал и передавал записки в гетто, условливался о сигналах, договаривался о побегах и т. д. Там же одно время скрывались от немцев два брата-латыша Берзиныни. Одного из них, Эдварда, Жан в дальнейшем переправил в Аннасмуйжу[57], на хутор Жаниса Розенталя, и тот скрывался вместе с Либхеном и Ульманом.
Примерно в это же время в доме Липке оказался еще один жилец. Это был подпольщик Янис Крастынын, оставленный в оккупированной Латвии с каким-то секретным заданием. Жан раздобыл для него фиктивные немецкие документы на имя Петерсона, и он числился у Жана квартирантом. В 1943 году гестаповцы выследили Крастынына и пытались его арестовать, но, отстреливаясь, он был убит на улице. В связи с этим Жана Липке арестовали, и он чуть было не поплатился жизнью, но опять чудом выкрутился.
Провал с Перлом в конце сентября 1942 года сразу сделал ненадежными все городские укрытия Жана, созданные такими мучительными усилиями. Перл знал эти места, и Жан опасался, не выдаст ли он их под пытками гестаповцам. Жан запомнил первое посещение Перлом сарая и бункера.
— Иди, найди вход и заходи в бункер! — предложил ему Жан.
Перл облазил весь хлев, но, кроме свиньи с поросятами и кур, ничего не обнаружил.
— У вас никакого бункера нет, — сказал Перл, глядя на сплошной слой земли и навоза.
— Ищи лучше, есть! — настаивал Жан. Перл сдался.
— А теперь смотри! — и Жан отодвинул верстак с инструментами, казавшийся вмурованным, и перед изумленным Перлом раскрылся люк: внутри были люди, горел свет, играло радио, было тепло и уютно.
А теперь после ареста Перла нужно было срочно перебазироваться. Кроме того, к этому времени оккупанты стали систематически устраивать облавы, оцепляя целые кварталы и тщательно проверяя все дома и строения: искали заброшенных в тыл к немцам парашютистов, партизан и просто местных жителей, уклонявшихся от службы в германской армии.
Вот что рассказал мне Жан Липке о таких обысках, прошедших у них в доме.
«К нам неожиданно заявился с обыском один немец-эсэсовец, сперва в дом, затем потребовал провести его в сарай. Пришлось подчиниться, иначе — расстрел. Немец внимательно осмотрел все углы и стены сарая — ничего не нашел подозрительного. Он хотел было уже выходить, но тут заметил, что диск электросчетчика вращается необычно быстро для дневного времени. Это в бункере горел свет, и жгли электроплитку. Эсэсовец уставился на счетчик.
— Это видимо жена забыла выключить утюг! — объяснил я ему и поспешно выбежал из сарая, а по пути незаметно вырвал запасной штепсель — электропитание в бункер. Через пару минут я вернулся к нему, счетчик благополучно замедляя вращение, остановился. Подозрение эсэсовца рассеялось и он, наконец, оставил сарай».
«В другой раз ко мне завалился с допросом Волмар Лапиньш, состоявший в команде СД[58], бывший коммунист, ставший при немцах профессиональным убийцей, палачом в массовых расстрелах евреев. Я был с ним немало знаком до войны и даже дружен — он был известным коммунистом-общественником, правда, всегда был большой любитель выпить. В 1941 году он выручил генерала Бангерского[59], который был у красных в списке под угрозой ссылки в Сибирь. Лапиньш заступился за Бангерского, поручился за него, и так тот избежал депортации.
С приходом немцев Волмар Лапиньш оказался в Риге, и неожиданно выплыл на поверхность при новой власти — видимо, генерал Бангерский, который был облечен у фашистов большими полномочиями (в дальнейшем тот стал главой Латышского легиона СС[60]), соответственно отблагодарил Лапиньша за выручку при Советах. И, таким образом, по-видимому, генерал Бангерский также пристроил его в карательную службу СД.
В тот раз Волмар Лапиньш стал выведывать, каким образом Перл оказался у меня в момент его ареста. Я угостил “гостя” водкой, но все старался уходить от ответа, увиливал — неизвестно что мог говорить Перл на допросах в гестапо.
56
Возможность для узников Рижского гетто бежать к партизанам была очень мала, ввиду следующего обстоятельства. Решение о начале партизанского и подпольного движение в оккупированной Германией Латвии Государственный комитет обороны СССР принял еще 3 августа 1941 года. Трудности его организации, в отличие от ряда других оккупированных территорий СССР, были связаны с тем, что в результате стремительного продвижения германских войск в Латвии не были созданы необходимые опорные пункты. Кроме того, в результате репрессивной политики сталинского режима в 1940–1941 годах движение Сопротивления в начале войны еще не имело здесь достаточной социальной базы. Весной 1942 года около 700 человек, выходцев из Латвии, добровольно прошли специальную подготовку для действий в тылу противника. Впоследствии они составили ядро партизанского и подпольного движения. Перелом в движении Сопротивления в результате перемен в настроениях населения Латвии наметился лишь в конце 1942 — начале 1943 года. Причинами этого были: поражения германских войск на Восточном фронте, крушение надежд на возвращение немцами национализированного советской властью имущества, трудовая и иные повинности, мобилизация мужчин в германскую армию (вместе с добровольцами-коллаборационистами под ружье нацистами были поставлены до 150 тысяч жителей Латвии), принудительная отправка населения на работу в Германию (за время оккупации туда были вывезены до 23 тысяч человек), наконец, террор гитлеровцев (погибли 18 тысяч латышей, около 35 тысяч их побывали в заключении). Значительного размаха на территории Латвии партизанское движение достигло только в 1944 году.
58
Команды СД, созданные в Латвии из представителей местного населения, — «команда Арайса» в Риге, «команда Вагуланса» в Елгаве, «команда Тейдеманиса» в Валмиере и др.
59
Рудольф Бангерский (1878–1958) — генерал. В годы Первой мировой войны — командир ряда латышских стрелковых полков, в 1918–1920 годах командир дивизии и корпуса в армии Колчака. В 1921 году возвратился в Латвию, с 1924 года командовал дивизиями в латвийской армии; в 1928–1929 годах военный министр. В период нацистской оккупации в 1942–1943 годах работал в созданном нацистами «самоуправлении» Латвии, в 1943–1945 годах генеральный инспектор Латышского легиона СС, группенфюрер СС. В 1945 году бежал с гитлеровцами, жил в Федеративной Республике Германии. В 1995 году его останки были привезены в Латвию и перезахоронены на Братском кладбище в Риге.
60
Латышский легион СС (нем.