— Мне бы еще Ксюшину банковскую карту!
Другой вариант:
— Подала заявку на шоу двойников. Гонорары там не чета нашим!
…На сей раз Стрельниковой понадобился адрес свидетеля по уголовному делу, направленному в суд.
— С ней просто хотят поговорить.
— В обвиниловке же всё написано.
— Там вымышленный адрес. Следак в шпионов играет, — Инга скорчила презрительную гримаску. — Между прочим, это серьезное нарушение УПК, основание для возвращения дела прокурору. Ты, как новоиспечённый правовед, должен это понимать.
Видя замешательство оперативника, она включила дар убеждения:
— Не подставлю, не бойся! Мой клиент — уважаемый человек, гендиректор предприятия, не какой-нибудь бандос.
Прегрешения её протеже квалифицировались статьей о неуплате налогов в особо крупном размере.
Рязанцева просьба насторожила, но отказать в ней не повернулся язык. Свою уступчивость он оправдал аргументом — ну какие преступники из белых воротничков… Вот убийцы, насильники или разбойники — это да! Реальным злодеям потворствовать нельзя.
Меркантильная мысль «а мне что взамен» показалась здравой.
— Ин (буква «гэ» в её имени казалась лишней), займёшь мне денег? На месяц? Лучше на два.
— Цифра? — решив всё-таки закурить, Стрельникова извлекла из плоской пачки, которой небрежно поигрывала, тонкую сигаретку, щелкнула «крикетом».
— Двадцать.
— Ой, Андрюшенька! У меня столько налички нет. Надо в банк идти менять.
— Мне деревянных.
— Да-а? Ну, это меняет дело. Ноу проблем. Когда заглянешь?
— Завтра можно?
— Завтра — вторник? Что у меня после работы во вторник? Фитнес. Но к восьми я освобожусь. Кстати, что-то ты, хороший мой, спорт забросил.
На день рождения Рязанцев получил от любовницы безлимитный абонемент в модный фитнес-центр «Спарта». Оригинальный, уместный в обе стороны подарок быстро завоевывал популярность среди людей с деньгами.
Чтобы легализовать посещение крутого заведения, пришлось врать Юльке. Версия, будто сертификат задарил Кобылянскому подшефный коммерс, а лентяй Феликс толкнул его Андрею за бутылку «Гжелки», то есть даром, вышла убедительной. После знакомства с Ингой убойщику систематически приходилось обманывать жену.
В «Спарту» он действительно не заглядывал давненько. Слишком пафосным казался открытый москвичами клуб в сравнении с тренажеркой политеха, где Рязанцев занимался много лет. Большинство клиентуры фитнес-центра приходило туда, чтобы поколотить друг перед дружкой понты. Вдобавок Андрею не хотелось лишний раз светиться возле Стрельниковой. Удивительно, что Юльке до сих пор не настучали про их шашни.
— Завтра в восемь, — отступать было поздно, да и глупо: «бабки» с неба не свалятся.
Адвокатесса оглянулась, не прилип ли кто из ее коллег к окну, сделала шажок вперед и легонько огладила пах любовника.
— Умира-аю от желания! Мур-мурр…
Рязанцев молниеносно возбудился. Усмиряя зов плоти, он сдавленно прорычал. Эта женщина сводила его с ума. Если поманит пальцем, трудно будет не побежать за ней, виляя хвостиком.
Удерживал долг перед сыном. Андрей знал, что такое расти без отца. Когда ему было двенадцать, батя разбился на мотоцикле. Дальше матушка тащила их с брательником в одиночку.
13
24 сентября 2007 года Понедельник
— Ого! — глянув на часы, убойщик встрепенулся.
Он опаздывал на встречу с ИОИ[63].
Без колёс, как без рук. Обзавестись своими — несбыточная мечта. В обозримом будущем по крайней мере.
За подразделением числилась ВАЗ-2107 цвета баклажан с пробегом сто тысяч кэмэ. Водитель был закреплён с ППС.
Пока Рязанцев грел пузо на турецком курорте, у «семёры» полетели разом бензонасос и помпа. Тачку загнали в гараж. Водителя Серёжу отозвали в батальон.
Сутулов на проблему забил. Его вполне устраивала «Toyota Land Cruiser» Олежки Белобрагина.
Ничего не имел против «крузака» и Рязанцев, но молодой нынче в разгоне. По поручению следствия повёз на экспертизы вещдоки с последнего убийства. Кататься Олеже в кайф. Тудым-сюдым в область сгонял, полдня прошло. «Руль» с зарплатой опера управленческой структуры, плохо ли?
Пришлось добираться на троллейбусе. Когда у милиции отбирали бесплатный проезд на общественном транспорте, нечаянные расходы власть гарантировала компенсировать. Громкие обещания, как заведено в державе, остались пустышкой.