Действительно, восточный мистицизм в целом остался чужд западному человеку, поскольку "даже его разбавленный вариант, например, трансцендентальная медитация, требует немедленного и радикального переосмысления обычного для западного человека восприятия реальности… Такая переориентация приводит к новым состояниям сознания и новым переживаниям смысла, однако, с точки зрения интеллекта, покупается дорогой ценой. Надо умереть на Западе, чтобы родиться на Востоке"[243]. Поэтому уже теософами отдельные элементы восточных учений были адаптированы к восприятию западного человека. Конечно, теософия - это еще не новая религиозность[244], но возникшее столетие спустя движение "New Age" (о котором далее мы поговорим более подробно) лишь развило основные идеи своих "духовных наставников". Поэтому интересно рассмотреть эти идеи и установить, в чем же состоит секрет популярности теософии.
Некоторые особенности теософского учения указывают на его западное происхождение и укорененность в европейской культуре. Так, позитивизм в чистом виде малопривлекателен для большинства европейцев, поскольку довольно грубо угнетает тягу человека к духовности. Но это вовсе не означает отказа от рациональности: человек западной культуры пытается рационально осмыслить свои верования или хотя бы создать видимость их научного обоснования[245]. Далее, европейцам свойственна потребность в самоутверждении, в личностной значимости (пресловутый "антропоцентризм" культуры Нового времени) - теософия удовлетворяет и этой потребности. Наконец, поразительной чертой западного сознания является тяга к построению идеального общества - не в потустороннем мире, а здесь, на земле. В теософии эта идея гармоничного общества, "золотого века" разрастается до вселенских масштабов[246].
Итак, для теософии характерны рационализм и тяга к псевдонаучному дискурсу, подчеркивание значимости личностных усилий для духовного совершенствования, озабоченность социальными утопическими проектами. Это указывает на генетическую связь теософии с европейской культурой, и на весьма поверхностное заимствование восточных идей. Мы можем с уверенностью заключить, что теософия - это западный модернизм в маске восточного эзотеризма. Как и другие проекты эпохи модерна, теософия "несет выражение зловещей серьезности" (М. Эпштейн), т.е. абсолютизирует и догматизирует свое учение ("синтез всех религий", оказывается, может осуществить теософия, и только она одна). Но это приводит к парадоксальной, на первый взгляд, ситуации (а на самом деле - вполне закономерной): возвышение личности, сверхиндивидуализм сочетается с тяготением к авторитарности и тоталитаризму - оказывается, человек находится под полным контролем "махатм" (духовных учителей человечества), "Высшего Разума" и т.п. Теософия - это вполне модернистская идеологическая симуляция "тайного знания", требующая почтительного к себе отношения и претендующая на универсальность. Поэтому с неизбежностью следует переход от модернистского "супер" к постмодернистскому "псевдо", от фанатичной и догматичной теософии к ироничной и аморфной новой религиозности[247].
Отметим также, что эзотеризм и религиозность - это во многом пересекающиеся, но не тождественные понятия. По мнению В.М. Розина, "эзотерическая культура (сознание) отличается от религиозной. Религиозное спасение предполагает соборное усилие, обращение к Богу (как бы Он не понимался), признание невозможности кардинального изменения своей души (творит и изменяет душу только Бог). Тогда как эзотерическое спасение мыслится как индивидуальное, обращенное к самому себе"[248]. Для этого же автора характерно довольно широкое понимание эзотерики: так, любые творческие личности (мыслители, художники) - личности эзотерические. "Эзотерик - это человек, самостоятельно, под свои идеалы, выстроивший целый мир и так себя изменивший (преобразовавший) что может в этом мире жить… Эзотеризм - это одна из форм эволюции социума, опирающаяся на личное творчество, самоактуализацию и психотехническую работу"[249]. Иной точки зрения придерживается Е.Г. Балагушкин: "Эзотерика - это концептуально-доктринальная форма общественного сознания, продуцирующая прагматические модели объяснения и деятельности"[250]. Ранее мы уже приводили определения Ю.В. Курносова и П.С. Гуревича, также по-своему раскрывающие этот феномен. На наш взгляд, и эзотерика, и религия предлагают свои картины мира, в основе которых - отношение человека к сакральному (к наиболее значимым ценностям для данного общества). Как и в эзотерике, в большинстве религий также есть представления о передаче древних "тайных знаний", особые ритуалы и духовные практики[251]. Но эзотерика более синкретична и содержит в себе не только религиозные представления, но и философские, научные, художественные, моральные. Именно в этом (а вовсе не в ее "индивидуализме", противостоящем религиозному "коллективизму") состоит ее особенность. При этом, как эзотерика может включать в себя религиозные идеи и практики, так и религия - эзотерические учения. В частности, современную эзотерику и оккультизм мы рассматриваем лишь как одну из составляющих (хотя и очень важную) феномена новой религиозности: "в новых религиозных движениях эзотерический дискурс выполняет прежде всего служебную роль - обоснование теологических концепций и элементов культа, особенно когда последние нетрадиционны в данной культурной среде"[252].
244
Теософия появилась в эпоху "классического" буржуазного общества, т.е. в совершенно ином социокультурном контексте. Хотя следует признать, что в каком-то смысле теософы намного опередили свое время, феномен теософии - сугубо "модернистский" (или "индустриальный"), а феномен новой религиозности - "постмодернистский" ("постиндустриальный").
245
При этом теософия и многие другие современные направления эзотерики объясняют духовные явления через материальные процессы, через "энергетику". При этом дискредитируется как наука, так и сама духовность (сведенная до уровня "биополя" и "энергий"), а общество становится все более материалистичным и бездуховным.
246
Фесенкова Л.В. Теософия сегодня // Дискурсы эзотерики (философский анализ). М., 2001. С. 25-30.
247
Здесь мы придерживаемся терминологии и общего направления мысли М. Эпштейна. К похожим выводам (относительно теософии), хотя и с совершенно иных позиций, приходит В. Штепа, критикуя учение Блаватской и Рерихов за "контр-традиционность": "...теософия является уникальнейшим явлением - в ней словно бы нарочно сконцентрированы все самые нелепые заблуждения" (Штепа В. ИNВЕРСИЯ. Петрозаводск, 1998. С. 96).
248
Розин В.М. Эзотеризм как форма индивидуальной и социальной жизни // Дискурсы эзотерики (философский анализ). М., 2001. С. 116.
249
Розин В.М. Эзотеризм как форма индивидуальной и социальной жизни // Дискурсы эзотерики (философский анализ). М., 2001. С. 130.
250
Балагушкин Е.Г. Эзотерика в новых религиозных движениях // Дискурсы эзотерики (философский анализ). М., 2001. С. 217.
251
Распространенное мнение о том, что в религии поклоняются сверхъестественному (или хотя бы священному), а эзотерика и магия используют сверхъестественное для практических целей, верно лишь отчасти. Действительно, религия невозможна без объекта поклонения, относительно которого упорядочена вся система ценностей, т.е. религиозная картина мира. Но в религии также существуют представления о возможности влиять на объект поклонения, т.е. получать от него какую-то практическую, утилитарную пользу (что достигается при помощи особых ритуалов, молитв и т.д.) С другой стороны, многие эзотерические учения (особенно "классические") генетически тесно связаны с теми или иными религиозными системами, а потому и в них существует объект поклонения.
252
Балагушкин Е.Г. Эзотерика в новых религиозных движениях // Дискурсы эзотерики (философский анализ). М., 2001. С. 219.