Разумеется, не все эти черты могут быть явно выражены у конкретных новых религиозных движений, особенно в том, что касается "программирования" и "зомбирования". Многие домыслы относительно этих движений базируются на предположении, что добровольно человек не станет вступать в движение, ограничивающее их свободу, и, тем более, там оставаться на протяжении длительного времени. Но это не так: как правило, люди присоединяются к новым религиозным движениям вполне добровольно. Дело в том, что большинство таких движений дают простые, однозначные ответы на все жизненные трудности, что оказывается для многих идеальным средством от стресса. Люди, отделенные судьбой от общества, находят в новых религиозных движениях "атмосферу любви". Культивируемая идеология "семьи" привлекает и подрастающее поколение, которое часто имеет страх перед ответственностью в реальной жизни и старается укрыться за крепкой спиной "харизматического" лидера или пророка. Равнодушие, зачастую царящее во многих нынешних традиционных религиях, провоцирует многих на поиск тех религиозных движений, где существует атмосфера взаимной поддержки, "семейной" обстановки. Наконец, многие движения привлекают людей с уже определенным религиозным опытом, но которые ранее не идентифицировали себя с какой–либо традиционной конфессией.
Тем не менее, ряду новых религиозных движений действительно присущи тоталитарные черты: претензии на полноту истины, полная нетерпимость к традиционным религиям; жесткая изоляция своих адептов от доступа внешней информации; создание различных фобий, зависимости (психологической, физической и т.п.); крайний фанатизм при выполнении "миссионерских" заданий; наличие некоего "тайного учения", которое от непосвященных скрывается; использование специального "культового языка". Но важно отметить, что воздействие на личность в различных "добропорядочных" традиционных религиях может быть даже более интенсивным, чем в некоторых новых религиозных движений. Если отрешиться от конфессиональной точки зрения и рассматривать религиозные феномены с точки зрения независимого внешнего наблюдателя, придется признать, что методики личностного и группового воздействия зачастую оказываются идентичными в большинстве религиозных организаций и движений. Фанатический элемент присутствует внутри большинства религий. Это означает, что люди во имя своих мировоззренческих убеждений приносят вред себе или другим людям, вплоть до совершения преступлений. Проявления фанатизма есть, например, и в православии: отказ части православных верующих от получения ИНН (идентификационного номера налогоплательщика), "младостарчество" (принуждение некоторыми священниками верующих к беспрекословному послушанию), нарушения основных прав человека в некоторых монастырях, разжигание вражды и ненависти к инакомыслящим под видом борьбы с "тоталитарными сектами"[273].
Если непредубежденно сравнивать новые религиозные движения второй волны с традиционными религиями, то становятся очевидным сходство между ними. Среди "традиционных" верующих повсеместно встречаются нетерпимость, осознание собственной исключительности, "сектантский дух". И в новых, и в традиционных религиях властвует атмосфера, сформированная авторитарными структурами (и уже не важно становится, церковная ли это иерархия, или же "харизматический лидер"). Очень часто групповое давление общины (неважно, "традиционной" или "новой") умаляет человеческую личность, вплоть до ее духовного разложения. И традиционные религии, и новые религиозные движения обычно выступают против всего мира и от него изолируются. Единственное существенное отличие заключается в том, что в традиционных религиях фанатичные, активно практикующие члены общин составляют меньшинство по сравнению с основной массой номинальных верующих, а в новых религиозных движениях формальное членство практически невозможно.
С другой стороны, сравнивая новые религиозные движения второй волны с новой религиозностью третьей волны, можно убедиться в тождестве лишь их основных вероучительных идей, но не социальных практик и организационных структур. Так, большинство организаций, относимых нами к новой религиозности третьей волны, имеют не жесткую иерархическую, но свободную "сетевую" структуру, обычно без фиксированного членства и со свободным входом и выходом. Измененные состояния сознания каждым "адептом" достигаются исключительно добровольно и в индивидуальном порядке. Миссионерская деятельность в традиционном понимании практически не ведется, поскольку нет единой организации, куда следовало бы привлекать новых членов, но лишь сеть "кружков по интересам". Соответственно, коммерческие аспекты функционирования подобных групп можно считать незначительными.
273
Левинсон Л. Заметки о вере и безумии // Альманах "Диа-Логос. Религия и общество. 1998-99". М., 1999. С. 87-96.