Новая религиозность - это новый виток спирали исторического времени, а не "конец истории", поэтому современная массовая культура не "растворяется" в мифе, но его имитирует и творчески перерабатывает. Конечно, даже искусственно созданные неомифологии играют важную роль в современной массовой культуре, но феномен новой религиозности не может быть сведен только к ним. Такие формы новой религиозности как оккультизм, магические практики, религиозно-мистические учения, паранаучные верования, нетрадиционные методы лечения и т.д. содержат в себе мифологические компоненты, но сами по себе не являются мифами. Индивидуализм, плюрализм и аморфность новой религиозности (и вообще всей современной полистилистической культуры) противоположны жесткой структуре архаического мифа, а коммерческий характер массовой культуры приводит к рынку не только "религиозных услуг", но и неомифологий. Диверсификация современной массовой культуры приводит к появлению множества индивидуальных стилей, что также опровергает тезис о ремифологизации: если есть свобода выбора между различными "мифами", то это уже не мифы.
Итак, мы считаем, что нет оснований говорить о "панмифологизме" современной культуры или о ее ремифологизации: как правило, новые мифологии - это искусственно сконструированные идеологии, функционально необходимые для современного социума (хотя и учитывающие глубинные, архетипические потребности человека). Общая тенденция развития человеческого общества заключается в развитии аналитического, рационального мышления, а кризис чувственной культуры совсем не обязательно должен привести к закату культуры (ее смене мифом), скорее следует ожидать появления новой, интегральной (или идеациональной) культуры. Тесная взаимосвязь между религиозными и мифологическими составляющими культуры делает разграничение между неомифологиями и новой религиозностью затруднительным, но не невозможным. Так, важнейшая особенность религиозности вообще (и новой религиозности - в частности) - это наличие объекта поклонения (необязательного для мифологической картины мира); эта особенность ярко выражена и в современной массовой культуре.
3.3. Религиозная составляющая массовой культуры
Многие современные исследователи говорят о массовой культуре как о современном мифе и пространстве новой архаики, но при этом проблема существования религиозной составляющей массовой культуры практически не рассматривается. Как правило, эта составляющая или игнорируется, или трактуется лишь как разновидность неомифологий. Поэтому представляет интерес рассмотреть массовую культуру в ракурсе ее религиозности.
Напомним, что религиозность, в нашем понимании - это любая система взглядов и действий, которой придерживается индивид или группа людей и которая дает индивиду/ группе систему ориентации и объект поклонения. Безусловно, в эту систему взглядов могут входить те или иные неомифологии, но специфика новой религиозности определяется не ими, но наличием объекта поклонения. Какие же объекты поклонения предлагает современная массовая культура?
Вообще говоря, объектом поклонения может быть кто угодно и что угодно. Важнейшая особенность массовой культуры - это то, что таковые объекты, как правило, имманентны миру (а не трансцендентны, как в большинстве традиционных религий); даже "сверхъестественные" сущности обычно трактуются в терминах материи и энергии. Наиболее же характерный объект поклонения в массовой культуре - это Герой (в самых различных формах).
На религиозный характер культа Героя в массовой культуре (но вместе с тем - на вторичность и поверхностность этого культа) указывает Е.В. Касьянова. "Без кумиров, идолов, "асов", богов и богинь (эпитеты, распологающиеся в тех же семантических горизонтах), по которым равняются, на которых молятся, перед которыми благоговеют и которых яростно ниспровергают, жизнь "простого человека", вероятно, была бы и вовсе безотрадной - скучной, пресной и убогой. Культовые персонажи - знаковые персонажи масскульта. Как явствует из самого наименования - "культовый персонаж" - он "намекает" на культовую практику. Если точнее, заимствуя из нее и декор, и опыт репрезентации, и отрицает, замещает, предлагая собственный, новый и современный вариант идолопоклонства. Дело, конечно, не только в масштабе героя масскульта, сколько в "режиме продуцирования и циркуляции" культового персонажа, не способного являть блеск антропологической, субстанциональной полноты. Если точнее: не приспособленного для "данной роли", но разработанного для исполнения иной, одновременно и гораздо более возвышенной, и гораздо более прозаической функции - воспроизводить абсолют, "съедать" ущербность непритязательной действительности, транспонировать ее в виртуальную непрерывность тотального ритуала"[398].
398
Касьянова Е.В. Рок-культура в контексте современной культуры. Дисс. ... канд. филос. наук. СПб., 2003. С. 20-21.