Айрис, порывшись в поясной сумке, достала несколько листьев.
— Шалфей, — пояснила она. — Просто жуйте. Помогает справиться с голодом, а еще отлично заменяет зубную пасту.
Листья и правда подействовали — на смену жгучему голоду пришло вполне терпимое посасывание под ложечкой. А вот справиться с унынием не помогало ничего. Наверняка с начала поисков и часа не прошло, а Бастиан уже совершенно выбился из сил; в глазах остальных читались те же тоска и усталость.
— Варце! — крикнул он еще раз. — Сандра! Ларс!
Крики затерялись в темных кронах сосен. Молчание да новый порыв ветра — вот и всё, что они услышали. Бастиан чувствовал себя уже на грани отчаяния.
— Всё, хватит, возвращаемся. Нам тут никого не найти. Может, другим повезло больше? Если мы пойдем дальше, то рискуем и сами заблудиться.
Альма колебалась.
— То есть мы вернемся с пустыми руками?
— Да. И с пустыми желудками. Но так мы тоже ничего не добьемся. Нам нужна помощь спасателей. Это же настоящая катастрофа — трое исчезли бесследно. Своими силами мы ничего не добьемся. — Он выплюнул шалфей и вытер губы. — Тут нужны поисковые группы. Полиция. Собаки-ищейки. Вертолеты. И к черту это дурацкое Средневековье!
— Бастиан прав. Возвращаемся, — согласилась Айрис.
Натан сразу повеселел. Альма, хоть и выглядела опечаленной, тоже присоединилась к общему решению.
— Что ж, идем. Если Штайнхен еще не вернулся, приготовлением обеда займусь я. — Она встала и огляделась, ища собаку. — Родерик?
Вздохнув, Бастиан закрыл глаза. Теперь еще и пес пропал.
— Родерик! Родди! Ко мне! Идем!
Ни звука! Альма уже готова была расплакаться.
— Он нас найдет, — утешала ее Айрис. — В этом лесу он ориентируется куда лучше нас. Может, он тоже проголодался и как раз сейчас охотится на каких-нибудь мышей или кроликов?
— Ты так думаешь? Не уверена. Я не очень-то за ним следила. — Альма совсем расстроилась. — Даже не знаю, давно ли он убежал.
Никто не видел, куда скрылся пес.
— До ручья он все время крутился под ногами и смотрелся намного бодрее нас, — припомнил Натан.
— Родерик! — Альма не сдавалась. — Иди сюда, милый! Родди!
Да без толку это всё, хотел возразить Бастиан, но вдруг услышал в подлеске какой-то шорох, становившийся всё громче. В кустах мелькнул собачий хвост — Родерик возвращался к ним со стороны лагеря.
— Родди! Мой храбрый мальчик! Где же ты был? Что там у тебя такое? — Альма побежала навстречу собаке. — О, Родерик нашел косточку! И такую большую! Молодец!
Ну хоть одним пропавшим меньше, даже если это всего лишь собака, подумал Бастиан. И он, в отличие от хозяйки, не с пустым желудком возвращается — вон, и впрямь что-то прихватил, тащит в зубах. И как он его только несет, такое большое? Похоже, это правда ко…
Он пригляделся внимательнее и оцепенел. Дыхание перехватило, словно ему заехали кулаком в солнечное сплетение.
— Родерик? — с трудом переводя дух, спросил он. Пес завилял хвостом, но попятился, когда Бастиан подошел ближе. — Тише ты! Дай-ка мне на это посмотреть.
Злое рычание — похоже, Родерик догадывался, что на его добычу хотят покуситься, и не собирался отдавать ее без боя, хотя едва волочил.
Но Бастиан уже успел разглядеть всё, что хотел. Он плюхнулся на ближайший пень; собака лишь вильнула хвостом в ответ, восприняв это как само собой разумеющееся. Родерик с довольным видом улегся и принялся грызть Trochanter major.[29] Бастиана вывернуло наизнанку.
— Что случилось?
По встревоженному голосу Айрис он понял, что выглядит не очень-то хорошо. Бастиан с натугой поднял взгляд на девушку и улыбнулся ей.
— Желудок. Видимо, шалфея ему недостаточно.
Теперь на него смотрели все.
— Чего ж тут удивляться! — воскликнула Альма. — Мы возвращаемся, и немедленно. Может, хоть ягоды по дороге попадутся, чтобы Бастиан не свалился с ног.
Перед глазами мелькают мушки. По неровной земле шагать трудно, всё так и кружится. Снова и снова он останавливался и прислонялся к ближайшему дереву. Альма с Натаном ушли уже довольно далеко вперед, а Родерик по-прежнему вертелся рядом, зажав в зубах… кость.
— Что случилось? — Айрис обняла его, подставляя плечо для опоры. — Это же не с голодом связано, верно? Что произошло?
Ей можно сказать. Она не из тех, кто визжит и сеет вокруг панику.
— Не говори никому, ладно?
— Конечно.
— Кость, которую принес Родерик, это… это бедро. — По глазам девушки Бастиан понял: она догадалась, что он сейчас скажет. Губы ее немного побледнели и будто внезапно пересохли. Однако он все-таки закончил фразу, чтобы избавиться от невыносимого груза. — Это бедренная кость человека.