Меня, всего такого расслабленного и великого, отвлекла от блаженных воспоминаний чья‑то тень. Я с неохотой разлепил глаза. Почему‑то захотелось ляпнуть что‑нибудь в стиле Диогена… Мол, свали, чудо, ты не Саня Филлипыч [5]…
Передо мной стоял колоритный персонаж — светлые волосы, высокий, в черной спортивной форме…
— Ты Икари Синдзи? — спросил чудик.
— Да. Чего…
— Хорошо.
Тело не стало долго размышлять, и заехало мне в бубен. Я даже потерялся от удивления.
Драка? Драка! Зашибись!
Пацан, так и не представившись схватил меня за воротник и потянул на себя. Я схватил его за руку и рванулся туда же. Бумс!
Уй, моя голова. Нет, я очень удачно прилетел башкой ему в нос, так что супостат сейчас заливался юшкой, но и сам приложился. Ну ничего, мы только начали! Получай!
Ботинком, да по голени, это очень больно, знаете ли. Давай, разгибайся!
— Судзухара! — достиг до меня вопль Хикари.
— Не лезь, староста! — прогнусавил парнишка, отскочив назад. А молодец, крепкий. По себе знаю, в нос получить приятного мало, ориентация теряется на раз.
Крепкий — это хорошо, надо–олго хватит! Давай! Чего убегаешь! Далеко я тебя все равно не отпущу!
Подскакиваю к нему… и нарываюсь на встречный в лоб, хорошо, хоть голову наклонить успел. Мальчишка тут же замахивается снова. Пропустить кулак мимо, схватить руку, и на излом! Прием, когда‑то не получившийся с пьяным гопником, вполне удается с ровесником сопоставимой массы…
— Икари, Судзухара! Отпусти его, Икари! — надрывается староста.
Чего это я буду его отпускать? Моя добыча!
— Икари–кун.
Ну, разве что ради тебя, Рей.
— Живи, чудила, — в последний раз ткнул «спортсмена» мордой в пыль, и отпустил.
— Икари–кун. Нас вызывают. Обнаружен Ангел. — спокойный голос Рей как‑то не вязался с темой разговора.
— Еще драка?! Хорошо! Зашибись! — столпившиеся вокруг одноклассники несколько побледнели, — Чего ждем! Поехали!
— Машина подъедет ко входу в школу. — Рей уже привыкла к моим заскокам и реагировала слабо.
— Пошли!
Ангел напоминал помесь рака, кальмара и таракана разом. Крупная стреловидная «голова», длинное сегментное тело, под «брюшком» множество ножек, постоянно шевелящихся, подергивающихся… Я говорил, что ненавижу членистоногих, нет?
Кирпичный цвет тела наводил на мысли о вареных раках. К пиву неплохо, но видок омерзительный…
— Ангел обнаружен береговой службой около двух часов назад. На атаки флота и береговых батарей не реагирует, мощность АТ–поля приблизительно триста условных единиц. Направляется в Токио-3 с северо–северо–западного направления. — шпарил по писаному кто‑то из штабистов. То‑ли Аоба, то‑ли Хьюга, никогда не мог запомнить их имена.
— Что скажешь, Синдзи? — Мисато тоже тут.
— Хочу драться! С ним! — мгновенно отреагировал я. Капитан подозрительно посмотрела на меня.
— Он уже с кем‑то подрался, Рей?
— Да, Кацураги–сан.
— Ну, может это и к лучшему… — философски вздохнула Мисато.
Засунули меня в капсулу быстро. Заполнение LCL, вдохнуть, переждать мгновение удушья… Синхронизация.
Момент «провала» в то странное состояние, которое сопровождало каждую синхронизацию уже привычно прошел мимо сознания, и сразу накатило ощущение безграничной мощи, скованной, сжатой бронепластинами.
— Синдзи, как ощущения?
— Весело! — я купался в эйфории.
— Хорошо. Сейчас мы поднимем тебя. Твоя задача — взять винтовку из хранилища. Попробуй ослабить АТ–поле Ангела выстрелами. — идиотская идея, на мой взгляд. На Ангела уже высыпали пару тонн различных снарядов, и не думаю, что еще одна артиллерийская установка чем‑то поможет. Но не спорить же с красивой девушкой!
— Принял, понял!
— Катапульту на старт!..
Не, я люблю строителей и проектировщиков проекта Евангелион. Подъем на поверхность с помощью «американских горок» нагнетает адреналину в кровь, а на выходе сразу в бой! То что адреналин у меня и так из ушей плещет, дело десятое.
— Ева на поверхности!
— Открыть мембрану, снять фиксаторы!
Свобода! Г–р-р…
Моему удовлетворенному рычанию вторит громогласный рык Евангелиона. Ну где ты там, тварь… Готовься, сейчас тебе наступит Полный, Полярный, и Подкрадывающийся Незаметно!
Глава 8.
— Синдзи, ты меня хорошо слышишь? — в голове раздался голос Кацураги.
— Хорошо. Винтовка. Помню.
5
Примечание автора. Саня Филлипыч = Александр Македонский, сын Филлипа. Ну а Диогена, который жил в бочке, думаю все помнят.