— Чудно. По сути дела, эти монетки мы вкладываем в рот умершим, вносим свою искупительную лепту. Чествуем эфемерное, поскольку этот храм всего лишь видимость из цветных мелков, которую немедленно смоет струя воды. Стоит положить монетку, и завтра снова вырастет храм. Мы платим за бессмертие, за то, чтобы длилось мгновение. No money, no cathedral.[576] Разве ты сама не нарисована мелками?
Но Пола не ответила; он обнял ее за плечи, и они дважды прошли по Буль-Миш из конца в конец, а потом медленно направились к улице Дофин. Рядом с ними кружился мир, нарисованный цветными мелками, увлекая их в свой танец, жареная картошка — желтый мелок, вино — красный мелок, бледно-нежное небо — небесно-голубой мелок с добавлением зеленого там, где река. Еще раз бросить монетку в коробку из-под сигар, чтобы не допустить исчезновения собора, и в то же время приговорить его к уничтожению, чтобы снова возродить к жизни, позволить струе воды смыть его, чтобы снова выстроить, мелок за мелком, черный, синий, желтый. Улица Дофин — серый мелок, лестница, конечно, темного оттенка, комната с ее ускользающими линиями причудливо выписана светло-зеленым, занавески — белый мелок, покрывало на кровати — мелки всевозможных цветов (да здравствует Мексика!), любовь — мелки, жаждущие фиксатива, который закрепил бы ее в настоящем, остановив мгновение, любовь — мелок ароматный, губы — оранжевый, печаль и пресыщенность — бесцветные мелки, рассыпавшиеся невидимой пылью, оседающей на спящих лицах и на мелках гнетущей тоски, охватившей тело.
— Ты разрушаешь все, к чему прикасаешься, а бывает, тебе достаточно только взглянуть, — сказала Пола. — Ты как серная кислота, я тебя боюсь.
— Ты придаешь слишком большое значение некоторым метафорам.
— Это касается не только того, о чем ты говоришь, но какой ты вообще… Не знаю, как объяснить, будто что-то затягивает в воронку. Ты обнимаешь меня, а мне иногда кажется, что я куда-то проваливаюсь и падаю в колодец. Еще хуже, чем во сне, когда пропадаешь в пустоту.
— Тем не менее, — сказал Оливейра, — ты еще не совсем пропала.
— Прошу тебя, дай мне жить спокойно. Поверь, я сама знаю, как мне жить. Я живу как живется, и мне хорошо. Здесь, где мои дела и мои друзья.
— Давай давай, перечисли. Это помогает. Надо всему дать название, тогда не будешь никуда падать. Вот стоит тумбочка, вот задернутая занавеска, Клодетта живет все в том же доме, Дантон, тридцать четыре, не помню точно, и твоя мама пишет тебе письма из Экс-ан-Прованса.[577] Все в порядке.
— Ты пугаешь меня, латиноамериканское чудовище, — сказала Пола, прижимаясь к нему. — Мы же договорились, в моем доме не говорить про…
— Про цветные мелки.
— Про все про это.
Оливейра закурил «Голуаз» и посмотрел на сложенную пополам бумажку, которая лежала на тумбочке:
— Направление на анализы?
— Да, сказали сделать как можно скорее. Потрогай здесь, сейчас хуже, чем неделю назад.
Была почти ночь, и Пола казалась похожей на одну из женских фигур Боннара[578] — она лежала на кровати, освещенная закатными лучами света, падавшими из окна, будто окруженная зеленовато-желтым сиянием. «На рассвете явится подметальная машина, — подумал Оливейра, наклоняясь, чтобы поцеловать ее в грудь, в то самое место, куда она только что нерешительно указала. — Только она не поднимется на пятый этаж, никогда не слышал, чтоб подметальная или поливальная машина поднялась на пятый этаж. Разве что завтра придет художник и в точности срисует этот тонкий изгиб, где появилось какое-то уплотнение…» Ему удалось перестать об этом думать, по крайней мере когда он целовал ее, ему удалось не думать ни о чем, кроме поцелуя.
(-155)
65
Образец удостоверения члена Клуба
Грегоровиус, Осип.
Без родины.
Луна, полная (обратная сторона Луны еще была невидимой в те доспутниковые времена) кратеров, морей, лунной пыли?
Имеет обыкновение одеваться в черные, серые, темные тона. Никто никогда не видел его в костюме. Есть люди, которые говорят, что у него их три, но он их комбинирует, надевая пиджак от одного костюма с брюками от другого. В этом не так уж трудно убедиться.
Возраст: говорит, что ему сорок восемь.
Профессия: интеллигент. Двоюродная бабушка посылает ему скромное содержание.
АС 3456923 (действителен на полгода, потом продлевается. Продлевалось уже девять раз, каждый раз все с большими трудностями).
Место рождения: Боржок (дата рождения скорее всего неправильная, судя по заявлению Грегоровиуса, которое он сделал в полицейском управлении Парижа. Основания для такого предположения находятся в полицейской картотеке).
578
*