Когда гости опустошили стол, Риззэл заставил принцессу вернуться в тронный зал и возобновить танцы. После пятого круга она уже готова была сама молить некроманта о том, чтобы он снова применил заклятья подчинения плоти и избавил ее от необходимости снова и снова уговаривать непослушные ноги двигаться. И если бы не три упавшие девицы, одной из которых оказалась Раэлин, Кана уснула бы в объятиях Риззэла.
Как и предполагала наемница, магистр разума не смогла проигнорировать такой подарок судьбы как шлейф на платье соперницы и попыталась на него наступить. На руны она беспечно не обратила внимания, за что и поплатилась отбитой пятой точкой. Ее завывания радовали слух Демона больше чем нежное пение менестреля под аккомпанемент алайи[8]. Остальные две видимо прониклись ее пируэтами и решили повторить номер эквилибриста с разницей в несколько минут.
— Зачем ты это сделала? — голос Риззэла оторвал девушку от созерцания картины "за что боролись".
— Что именно? — она округлила глаза, изображая недоумение.
— Только не говори, что не знаешь назначение этих рун на платье.
— Конечно, знаю. А еще я знаю на что способны женщины. Но я сомневалась, что Раэлин попадется на такую простую уловку, все таки магистр. Могла бы внимательнее рассмотреть руны.
— Кажется, Силивен предупреждал тебя, чтобы ты не задирала ее? За это тебя, как и ее ждет наказание.
— Ну что Вы, магистр, и в мыслях не было. Кто ж знал что у нее такие коварные планы были в голове. Я в отличие от Раэлин читать мысли не умею — быстро поправилась Кана, с облегчением заметив, как некромант усмехнулся и махнул рукой на этот инцидент.
— Ты права, она поплатилась за свою невнимательность.
— Долго мне еще строить из себя хозяйку бала? Я очень устала и хотела бы отдохнуть. Да и тебя уже заждалась хозяйка. Еще немного и ее терпение закончится. Не боишься что она при всех потащит тебя за шиворот в свои покои? — неся этот бред Кана сильно рисковала попасть под горячую руку, но упустить такой шанс чтобы не разозлить некроманта на Раэлин не смогла.
Риск был оправдан. Некромант и сам обратил внимание, каким собственническим взором на него поглядывает коллега. Его совершенное лицо исказила презрительная гримаса и открытая эмпатия позволила полуэльфийке ощутить весь его гнев направленный на вампиршу. Кана решила ретироваться, пока его злость не переключился на более близкую цель. О том чтобы уйти сейчас не могло быть и речи. Во-первых, Риззэл придет в ярость, если принцесса покинет самовольно покинет праздник. Во-вторых, Кане было любопытно, чем закончится ее проделка.
Она поискала глазами Ронни и как только прозвучали последние аккорды алайи, направилась к нему, предоставив Раэлин единолично испытать на себе всю ярость дроу.
С радостной улыбкой она подошла к другу. Но тот ее чувств не разделил и лишь холодно поклонился, в знак внимания к высокой персоне. Девушка пришла в ярость, ведь нет ее вины в том что она оказалась престолонаследницей и этика наемницы не позволяет даже друга посвятить в тайны своей работы. А немногочисленные друзья весь вечер пытаются убедить ее в предательстве и коварстве.
— Роннилиэль, не хочешь пригласить меня на танец?
— Конечно, принцесса — предельно вежливо с приличествующей миной он протянул руку и они закружились по залу под новый мотив.
— Рони, за что ты на меня сердишься? Думаешь, я догадывалась кто мой отец? Сам прекрасно знаешь, где я росла и жила все это время.
— Это не причина скрывать от меня свое истинное имя! Я думал мы друзья, да что там друзья, я ведь по уши в тебя влюбился. Но твое снисходительное отношение ясно мне дало понять, что пока я не докажу тебе что я уже взрослый, у меня нет даже шанса на более близкие отношения. И вот когда я стал советником правителя Морграна и наивно предположил что достиг достаточных высот чтобы подарить тебе брачные браслеты, выясняется что ты не обычная наемница Канара Элиос, а единственная наследница эльфийской короны, а твоя мать была наследницей красных драконов! Считаешь, что у меня нет причин злиться? — такого поворота событий Кана не ожидала.
Она не замечала за Ронни романтических чувств. Или не хотела замечать, ведь когда они познакомились, она действительно относилась к нему как к младшему товарищу, которому нужна была защита и покровительство. И совсем не думала о том, что ему только исполнилось первое столетие, и эльф вступил в пору взросления. Она полагала, что Рони уже забыл о ее существовании, путешествуя по миру. Как оказалось все совсем наоборот. Она не знала, как ответить на такое признание. Ей безусловно льстили его слова, но ответных чувств она не питала, а оскорблять друга в лучших чувствах она не хотела. Но и давать ему ложную надежду, чтобы в один прекрасный момент спустить с небес на землю тоже выходом из положения не считала.