Аналогичный призыв к правильному слышанию вводит речение о мере (ст. 24). Поскольку глагол «мерить» здесь явно использован в метафорическом смысле (типичная ситуация для того времени[866]), а современный английский не знает метафорического употребления to measure, нам приходится менять образы, например: «Какое внимание вы уделяете, такое внимание вы и получите». При этом первое «внимание» органично сочетается с предшествующим «замечайте, что слышите», а второе «внимание» — аллюзия на то, как Бог Израилев позаботится о людях, внемлющих Вести о Царстве. Далее идет известная поговорка об имеющих и не имеющих. Судя по всему, «имеющие» = слышащие правильно = подлинная семья Иисуса = те, которым открыта тайна Царства; «не имеющие» = «внешние» (Мк 4:11; ср. 3:31–35)[867]. Израильская история подходит к кульминации, и произойдет великое разделение между истинным Израилем и отступниками (в период Второго Храма аналогично мыслили и некоторые другие евреи). Комбинация Марком этих высказываний выдает проникновение в Весть Иисуса о Царстве.
Далее следует короткая притча о растущем семени[868]. Если мы внимательно прочли притчу о сеятеле, то здесь мы окажемся на знакомой территории. Бог Израилев не совершает ярких зрелищных переворотов. Его Царство придет иначе, чем надеялись современники Иисуса. Его пути сокрыты и тайны, — и все же Израилю следует их распознать. В семени, которое растет само по себе, есть что–то странно знакомое. Семя спит и встает, — а человек и не знает, как. Возможно, здесь есть тема воскресения: именно так Бог–Творец воскресит мертвых при наступлении Царства, — сея семена и позволяя им расти, так что лишь зрячие смогут увидеть происходящее[869]. Некоторые детали притчи перекликаются с апокалиптическим сценарием: когда поспеет урожай, человек берется за серп. Это прямо соотносится с Иоил 3:13, где говорится о предстоящих великих суде и жатве. Иисус не отрицает, что предстоит великий Суд, на котором осуществится судьба Израиля. Он переосмысливает его: День оправдания придет, но пока (т. е. во время служения Иисуса) семя растет тихо — путями, которых Израиль не постигает, хотя должен постичь.
Притча о горчичном зерне предлагает еще одно переосмысление Царства[870]. Царство не явится сразу во всем великолепии, но начнется неприметно. Те, кто ожидают, что Иисус поведет их в атаку на римский гарнизон, будут разочарованы. И все же Иисус не отбрасывает израильскую надежду, — он лишь понимает ее иначе. ГОСПОДЬ посадил маленькое семя, которое вырастет в большой куст. Служение Иисуса, столь непохожее на ожидаемое грядущее Царство, есть начало Царства. В этой притче мы встречаем еще один апокалиптический образ: птицы прилетают вить на дереве гнезда[871]. Здесь можно усмотреть намек на то, что, когда дерево полностью вырастет, т. е. когда Израиль станет тем, чем хочет Бог, другие (вероятно, язычники) придут разделить его благословение. Как известно, сама идея была далеко не нова[872]. С другой стороны, озвучивать ее в период разгорания националистических страстей было делом довольно революционным (и созвучным «Назаретскому манифесту» в Лк 4).
866
См. Chilton 1984a, 123–125, где особенно отмечается Таргум Исайи 27:8. Чилтон замечает (125): поскольку Иисус здесь использует народную мудрость, он, видимо, прибегал к данному высказыванию неоднократно (каковое впечатление и создают евангелисты). На мой взгляд, данное наблюдение справедливо и для многих других евангельских материалов.
867
Ср. Marcus 1986, 156сл. Гюлих (Guelich 1989, 234) полагает, что определенно высказаться здесь невозможно.