«Железный камзол в пятьдесят девять фунтов весом и две железные кувшинообразные гири, по четыре пуда каждая, с длинными цепями». Блаженная Пелагия Дивеевская до прихода в Дивеево носила железный пояс, «который также долгие восемь лет своей жизни в миру носила она Христа Господа ради, так что он врос в мучимое всякими побоями и истязаниями тело её». Блаженный Иоанн Быков «изнурял себя веригами весом в 18 фунтов, железными башмаками, обтянутыми сукном, и чугунными чётками».
Самобичевание по своему происхождению родственно веригоношению. Побивание камнями, палками, розгами, плетками, бичами – обычные наказания, практиковавшиеся в древности повсеместно.
В рабовладельческих обществах этот вид наказания имел специфический уничижительный оттенок, поскольку применялся в основном по отношению к рабам: свободного человека можно было казнить, но не выпороть. Бичевание нередко служило способом наказания первых христиан, среди которых было много рабов, деклассированных элементов и лиц, не имеющих римского гражданства. Сам Иисус, по свидетельству евангелий, был подвергнут бичеванию, прежде чем его казнили. Не избежал этой участи и апостол Павел, несмотря на то, что был римским гражданином; впрочем, узнав о его гражданстве, власти вынуждены были извиниться и отпустить его (Деян. 16:19–40). Очевидно, что ревностные последователи христианского учения могли добровольно подвергнуть себя бичеванию в знак солидарности с мучениками первых веков, а так же в знак самоуничижения и покаяния. Будучи презираемыми за свое рабское звание или низкое социальное положение в Империи, христиане переосмыслили его и сделали своим знаменем, объявив себя рабами Божьими, вполне в духе учения Иисуса: «кто из вас больше, будь как меньший, и начальствующий – как служащий» (Лук.22:26).
Идея добровольного рабства находила выражение в добровольном принятии наказаний, которым христиане подвергали собственное греховное тело.
В средневековом католицизме способы умерщвления плоти отличались чрезвычайным разнообразием, принимая такие экзотические формы, как лежание на горячих углях дабы победить «страсти»; чтение наизусть всей Псалтири с крестообразно раскинутыми руками (curcis vigilia): у практиковавших это ирландских монахов само слово figill в итоге стало обозначать молитву; лежание распростертыми на полу в течение трёх дней неподвижно и храня «сугубое молчание» (как при приёме пострига у валломброзанцев). Святая Бригитта Шведская (XIV в.) основательница бригиттинского ордена, «капля за каплей проливала на свое тело горячий воск, чтобы таким образом памятовать о страданиях Сына Божьего»118.
Однако наибольший размах в Римской церкви получила порка бичом или плетью: она стала настолько неотъемлемой частью средневекового монашеского быта, что за инструментами бичевания закрепилось название «дисциплины».
Любопытна эволюция этого термина, обязанного своим происхождением слову «ученик» (discipulos – тот, кого обучают). Первоначально латинское слово «дисциплина» означало «преподавание»; затем – преподаваемый предмет («моя дисциплина» – так до сих пор говорят преподаватели о своём предмете); потом – средства, необходимые для того, чтобы учить и направлять людей, затем – соблюдение членами определённой группы правил и обычаев, принятых в данной группе (в этом смысле говорят о правовой, семейной, школьной, производственной дисциплине). Отсюда слово эволюционировало в ином направлении: оно стало означать совокупность наказаний для монаха, нарушившего дисциплину. А среди этих наказаний одно стало обозначаться самим этим словом – «дисциплина». Речь идёт о розгах или кнуте из верёвок или маленьких цепочек, которые использовались монахами для умерщвления плоти или для наказания провинившегося119.
«Различные способы подобного раскаяния в грехах и умерщвления плоти были известны сначала под одним общим понятием „disciplina“; тем не менее бичевание, т. е. применение плети (disciplina flagelli), ставилось при этом официально на первый план и к тому же так усердно, что позднее под словом disciplina непременно понимали именно этот род или способ наказания или епитимьи».
Из монашеского быта этот термин вышел в мир, не миновав дворцы вельмож и правителей, и закрепился в таком значении в некоторых западноевропейских языках.
Французы прибегают к слову disciplina для того, чтобы выразить им понятие об инструменте, который применялся при религиозном умерщвлении плоти. Так, например, Тартюф в пьесе Мольера говорил камердинеру:
«Дисциплиной» именуют кожаную плеть, используемую для самобичевания, члены «Opus Dei».
Первым самобичевальщиком, которого знает церковная история, был св. Парадульф, живший во франкском королевстве около 737 г. По сказаниям, он проводил целые дни в том, что его бичевали и он сам себя бичевал.
Во времена Карла Великого самобичеванием прославился Вильгельм, герцог Аквитанский. В Х веке на этом поприще рьяно подвизался св. Ромуальд, жестоко истязавший себя и своих монахов. XI век дал теоретика флагеллантства (от лат. flagellare – хлестать, сечь, бить, мучить) Петра Дамиани (1007–1072 гг.), автора трактата «De laude flagellorum» («Похвала бичам»). Пётр Дамиани также написал биографию св. Доминика, представив последнего образцом ревностного флагелланта121.
В XIII веке в Западной Европе возникло движение флагеллантов («бичующихся»), которые практиковали массовые самобичевания как знак всеобщего покаяния. Первое крупное массовое самобичевание такого рода произошло в северной Италии под влиянием францисканца Антония Падуанского.
Вот как характеризует это явление св. Иустиниан из Падуи в «Chronicon Urlituis Barsiliensis»:
«Когда Италия была осквернена всевозможными преступлениями, неведомый дотоле суеверный страх охватил жителей сначала Перуджии, потом Рима и постепенно всех жителей Италии. Они были так полны ужаса и боязни пред Господом, что все, старые и молодые, знатные и простые, совершенно обнажённые, попарно, как бы процессией открыто двигались по улицам.
У каждого в руке находилась плеть из кожаного ремня, которым они с особым рвением угощали друг друга; со стенанием и плачем они приносили покаяние и просили у Бога и Девы Марии прощения, и отпущения грехов».
Особенно поражало современников в этих процессиях то обстоятельство, что даже в зимнюю стужу флагелланты ходили по улицам голыми и предавались мучительным самоистязаниям.
«До этих пор, – продолжает Иустиниан, – публичные раскаяния в грехах вовсе не практиковались, ни сам папа, ни другой кто-либо из влиятельных духовных особ ни словом не обмолвились о них и не рекомендовали применения их. Происхождение их необходимо было отнести к обыкновенным смертным, к ним прибегала темная масса, равно как и ученый люд».
Это была одна из тех средневековых умственных эпидемий, которые внезапно охватывали целые общества и распространялись на огромные пространства. Процессии бичующихся вскоре сделались обычным явлением не только в Италии, но и во Франции, Германии, во Фландрии и других местах.
В 1260 и 1261 годах произошли в Италии первые грандиозные и повсеместные процессии флагеллантов; тогда же впервые в заальпийских странах движение приняло серьезные размеры. Есть известия о появлении итальянских флагеллантов в Страсбурге, в Каринтии, Крайне, Штирии, Баварии, Австрии, Моравии, Венгрии и Польше; в других местах, по-видимому, вспыхивали туземные движения без прямого участия итальянского элемента. Основными вдохновителями флагеллантства в эти годы были Райнер Перуджийский и Иоанн из Виченцы.
Одной из причин возникновения этого движения считают предсказание Иоахима Флорского, назначившего конец света на 1260 год. Поскольку пророчества Иоахима частенько сбывались, предсказание о конце света вызвало панику и волну массового самобичевания: верующие торопились принести покаяние, чтобы предстать пред лицо Господа очищенными от греха.
120
«Лоран, прибери мою